Прощение

      Севен проснулся очень ранним утром с ощущением, будто его грудь придавили камнем.       Солнечный свет пробивался сквозь шторы, освещая аккуратно сложенную одежду на стуле — ту самую, что Эллиот убрал вчера. Он потянулся к очкам, и вдруг память ударила обрывками: свои слёзы, чужие руки на спине, тихие слова "Я здесь" … Губы сами собой скривились.       "Нытик. Плакал, как ребёнок, а он из жалости обнял"       Пронеслось в его голове, заставляя скрючиться в стыде к себе. Опять.       Прибранная комната напоминала ему о том, как же ничтожно мало он давал взамен.       Сев на край кровати, он уставился в пол. Снова это чувство, как будто бы вчерашнее "исцеление" было лишь жалкой попыткой. Создавалось впечатление, что он зря тратит время и старается делать хоть что-то хотя бы ради кого-то. Та же тяжесть, как и в день, когда он отчаялся в поисках своего сына и застрелился.       Следующие 4 дня он активно избегал Эллиота, даже в раундах близко к нему не подходил, не хотел мешать хорошему человеку своими проблемами. Единственное, что он делал, так это когда Эллиот в опасности отправлял клона, чтобы отвлечь убийцу толчком в спину или встать между ними, дабы его друг не умер. Но больше не позволял.       Когда Эллиот ещё последствия кошмара при нём переживал, он уже тогда понял, что не хочет, чтобы он снова умер.       Ему кошмар приснился ночью на второй день "избегания" после раунда, как он нашёл бездыханное тело друга на земле изуродованное.. кем-то, у него не было даже предположений, с отслойками кожи у ран, виднеющимися местами тёмно-красными костями рёбер, вспоротыми наружу органами, без руки, ноги вывернуты с пузырящейся темной кровью местами, где кровь ещё шла. И хуже всего, с полностью облезлым от многочисленных ожогов лицом, будто бы его там и не было никогда..       Доставщик же думал, что наверное после разговора Севену нужно было отдохнуть.. первый день. Со второго ему уже стало беспокойно, он ждал, когда тот сам придет, не хотел беспокоить слишком сильно, возможно, ему нужно было это время.       Он снова как будто стал изгоем, неким призраком, который где-то есть, а если и нет, то всем всё равно.       Кроме Эллиота.       Он волновался, пусть не особо это показывал. Боялся быть слишком навязчивым другу.       В один день, часов в 5 утра Севен пошёл на кухню, с мыслями вроде "Если никого не будет, то можно сделать чай и.. если получится, что-нибудь съесть".       Дойдя до кухни, он открыл скрипучую дверь. Там был Эллиот, в этот раз он готовил вместо Ту Тайма по причине того, что никто в целом не хотел есть "угольные" шкварки, которые обычно получались у культиста из обычных овощей и мяса.       Мужчина, поджав губы, развернулся в обратную сторону, прежде чем доставщик успел бы что-то сказать или сделать.       "Идиот, я должен был ожидать его там"       Перед тем, как уйти обратно в дом, подумал он, уже переступая порог, прежде чем его взяли за шиворот футболки сзади, потянув. Его тело вздрогнуло. Как он успел подойти, ещё и беззвучно? – Возможно, ты слегка не понял, но ты идёшь есть.. как и задумывал скорее всего, – голос       Эллиота звучал нарочито спокойно, но его пальцы слегка дрожали, сжимая футболку.       Юноша не знал, как достучаться до хакера, чтобы он больше вот так не делал и этот цикл заново не запускался. Может, он просто плохой друг, если не может вытащить человека из ямы самобичевания. – Я не хочу.. – подавленно ответил Севен. – Врёшь, у тебя другая причина, – Эллиот его отпустил, но хакер уже никуда не шёл, боялся двинуться, как будто поймали с поличным. – Так что возвращайся, запирай за собой дверь и говори, пока снова не замкнулся в четырёх стенах. ...Что ж, ему не оставили выбора.       Виновато 007n7 пошёл обратно на кухню. Как доставщик и просил, замкнул щеколду на двери.       Эллиот же вернулся к готовке. – Спасибо. Так вот, друг, я хотел тебя спросить, почему ты снов- – Нет... Я.. – он перебил, голос прерывался, но он был уверенный и беспомощно уставший. – Я не могу так. Для меня это слишком. Всё слишком сильно давит.. Даже твоя помощь и попытки прийти к выходу из этого всего. Скорее всего, я просто слишком никчемен.. Даже чтобы пытаться... – он сделал ещё одну паузу, будто проверяя слушает ли его собеседник, стоявший у плиты. – Решение в моей предыдущей жизни было единственным правильным для такого неисправимого человека как я.       И Эллиот замер, как будто бы его парализовало. Перестав мешать блюдо, он сделал минимальный огонь на плите.       Плохо.. очень плохо, раз до его друга дошла мысль в голову, что суицид был правильным выходом, а не отчаянием. – Я не думаю так, – начал Эллиот спокойно, хотя сердце заколотилось в бешеном темпе от беспокойства, сделав паузу. – В прошлой жизни тебя загнали в угол обстоятельства, и ты бы даже если тянулся за помощью, тебя бы отвергли. Здесь ты стараешься. Твои попытки не тщетны, даже если всё идёт комом с десятого раза. Ты.. учишься жить заново. И в твоём случае, поражение перед своим подавленным состоянием — нормально. – Нет, Эл, Я не учусь. Я делаю 2 "шага" вперёд и 3 шага назад. Ты не понимаешь, и тем более не знаешь, какого это, продолжать страдать даже после того, как собственноручно убил себя, чтобы закончить всё, что было раньше, что так же мучило, – слова вырвались как-то сами, из-за чего ему снова стало плохо. – Может, я не знаю и не понимаю, но я здесь, чтобы пытаться дальше, если это облегчит твою жизнь, – юноша спокойно перемешал мясо. – Тогда проще.. Я не заслужил этого. Ничего из того, что ты когда-либо делал для меня. И прощения за пиццерию тоже, – голос мужчины под конец затихал, эти слова словно обожгли ему горло.       Рука на дверной ручки дрогнула, но он не сдвинулся. Не мог решиться сбежать, вина съедала изнутри.       Эллиот повернулся, в его взгляде, таком теплом, что аж болело, смешалась обида, которую он гасил в себе, и упрямая решимость. – А кто это решает? – короткая пауза, блондин подошёл ближе, оставляя дистанцию в метр. – Не ты, и не я.. Просто иногда люди помогают не потому что "заслужил" или "из жалости", а потому что им не всё равно. Ты же не считал, что Кулкид не заслуживал твоей заботы, даже когда он сильно ошибался? – вопрос риторический, но Севена упоминание сына по-любому бы заставило чуть опомниться, поэтому Эллиот продолжил. – Я простил, потому что захотел и видел, как ты меняешься. И если тебе так невыносимо это принять, то не отнимай у меня права решать за себя, стоило мне делать это или нет.       Доставщик осторожно открыл защёлку, а после и надавил слегка на руку хакера, открывая дверь, как бы говоря "твой выбор, хочешь — беги и прячься".       Но кажется, хакер сдался и сразу отпустил дверную ручку, пройдя внутрь и сел за стол. Эллиот, видя это, устало улыбнулся и продолжил готовить фарш. Не любил он такие напряжённые моменты, но они давали прогресс, пусть и медленный.       Мясо всё равно чуть-чуть пригорело с одного краю, от чего доставщик расстроился и положил в свою тарелку кусочки с пригарью, а Севену положил свежее и поставил на стол вместе с чаем, не терпким. Напротив ставя свою порцию. – Приятного аппетита, друг.       Остальные выжившие подошли почти через час, поэтому к их приходу Эллиота и Седьмого там уже не было. Первый пил чай в кресле-мешке на втором этаже со случайной книгой, а второй стоял неподалёку, спиной к доставщику, нервно обдумывая слова. "Повезло с ним."       Тихая спокойная мысль пронеслась в голове. Он всё ещё не мог принять мысль, что он кому-то нужен, но это уже не вызывало такой сильной обиды и стыда перед самим собой. Просто слабое беспокойство из-за того, что блондин рядом, и кажется, его не так сильно беспокоило остальное вокруг.       Послышался глухой стук дорогих туфель о доски, Шанс зашёл на второй этаж и осторожно положил свои руки на плечи юноше. Севен обернулся, тихо наблюдая. Почему-то у него появилось ощущение, будто у него отбирают что-то, и ему не нравится такой жест азартника. – Будешь в карты? Я пачку новую нашёл, хорошие, качественные. – Можно.. ты подтасовывать не будешь? – шутливо ответил Эллиот, убирая книгу и отставляя чашку чая. – Обязательно буду. Как же без этого? – саркастично ответил Шанс и отпустил его, садясь рядом, вытащил карты в коробочке и начал их тасовать.       Причем красиво, ловко перекидывая карты из рук в руки, тяжело было уследить, как карты складываются. Азартному игроку нравилась такая реакция на его "талант". Ещё чуть потасовав он раздал карты. – Будешь? – Шанс пригласил далеко стоящего хакера, но тот неловко помахал головой в знак отрицания.       Поэтому владелец казино раздал карты. – Начнём. Играть будем в дурака. Козырная крести как видишь.       Шанс подхватил свою стопку, не глядя разворачивая их веером. Он не подтасовывал, честно всё делал, и в этот раз ему повезло. 3 козырных, среди которых ещё и козырный король. Отлично. – Ходи. – Не торопись, дай разложу, – Эллиот разложил веером свои карты, переложил от большей к меньшей. Ему не особо повезло, козырей не было вообще. Севен хоть и отказался играть, подошёл ближе, наблюдая рядом за их игрой, слегка совсем наклонившись.       Игра проходила быстро и бодро. Не смотря на то, что Эллиот доверял тому, что Шанс играет честно, всё равно смотрел на его руки, которые то и дело перед ходом крутили карту. В особенности наблюдал за длинными рукавами, ибо в прошлый раз шутки ради азартный игрок в конце игры после своей победы он вывалил больше 16 "мусорных" карт из рукавов, смеясь.       Бубновая шестерка — валет, пиковая шестерка — козырная семёрка, червовая семёрка – туз. Шелест карт уходящих в биту, звук подбора карты из стопки. Последняя карта, козырный валет. Стопка кончилась.       Юноша не успевал следить за шустрыми руками Шанса, поэтому уже сдался пытаться уследить под конец, так как сидел с двумя картами, козырная дама и шестерка пиков. Кажется, вероятность на победу высока.       Шанс знал с какими картами сидел Эл и бросил из своих трёх карт - козырного короля, а после того, как тот взял, ещё и двух валетов. – Ты проиграл.       Эллиот кивнул, признавая поражение.       Конец игры, но Севен осторожно опустил свою руку и резко потянул вперёд за левый рукав Шанса, из которого выпало 4 "мусорные" карты и 1 туз крести.       Азартный игрок неловко ухмыльнулся. Не ожидал, что кто-то кроме Билдера умеет так же хорошо следить. – Хороший крупье попался.. – Шанс усмехнулся. – Хитрец, я думал ты шутил, когда сказал, что обязательно будешь подтасовывать, – заулыбался Эллиот. Впервые за всё время.. ну можно сказать выиграл. – Это был стратегический резерв – отшутился, посмеялся и положил на стол свои остальные карты в стопку. – Спасибо за компанию.       Шляпник быстро сложил карты в коробку и убрал к себе в карман, после чего скрылся за стеной.       Севен его проводил взглядом, задержав ещё на несколько секунд в этой стороне, странное неприятное ощущение было. Как будто что-то было не так, а именно то, как весело провёл время блондин в компании с тем, как они вместе бросали друг другу шутки.       "Со мной он так никогда не улыбался и не смеялся.. и раньше тоже.. только с другими."       И эта мысль была как выстрел громкой, ослепляющая и без права на отрицание. Следом за ней пришло осознание.       Ревность.       Последнее, что он хотел чувствовать к единственному хорошему человеку, который старается ради него, чтобы вытащить из затяжного депрессивного эпизода — это ревность, но сделать с этим он ничего не мог. – Севен, может сядешь? Ты когда так стоишь, свет от единственной лампы в комнате закрываешь.. – послышался беспокойный голос снизу от блондина с книжкой. – Извини.. – виновато промямлил Севен.       Что-то его здесь держало, он хотел уйти, но не мог.       В голове гудели разные мысли, от ревности до их сегодняшнего разговора. – Эл.. – внезапно начал Севен, обращая на себя внимание Эллиота, но тут же пожалел. – Тебе.. правда хочется возиться со мной? Ты правда веришь в то, что я стараюсь? – Да – уверенно, без сомнений ответил парень, не отводя взгляд от книги – .. Безоговорочно? Даже не смотря на то, что я так часто по сравнению со всеми, сдавался, сколько раз думал исчезнуть.. – Да. Это не значит, что ты слаб, это значит, что ты сильнее, чем ты думаешь. Потому что ты всё ещё здесь, – Эллиот отложил книгу, смотря на него. – Я не просто верю, я вижу то, как ты стараешься... Почему ты так веришь, что не заслуживаешь того, чтобы ты был важен кому-то?       "Потому что я убил себя и не смог нормально воспитать сына, бросил его на произвол судьбы когда прекратил искать. Потому что я никчёмный."       Крутилось в голове как заевшая пластинка. – Потому что, – голос предательски дрогнул, – если я поверю, если решусь, а потом ты поймёшь, что я того не стою.. это убьёт меня.       Тишина.       Эллиот замер, его лицо стало напряжённым. – Боишься, что разочаруюсь в тебе?       Севен не ответил. Он просто сидел стиснув зубы, чувствуя, как горло сжимает стыд и страх.       И тогда Эллиот неожиданно улыбнулся, тихо хихикнув. В глазах было что-то болезненное, но он всё равно улыбался. – Ты уже разочаровывал меня и не раз, поверь. В прошлой жизни и в этой своими постоянными уходами и молчанием раньше, – пауза, он осторожно подвинулся ближе. – И что? Я всё ещё здесь, я рядом. А если ты решишь снова уйти, Я просто пойду за тобой, потому что я..       Он запнулся где-то в конце, будто поймал себя на чём-то. Слова вроде "ценю" или другие ему казались неуместными, хотя он хотел их сказать.       Поправив прядь волос, он продолжил. – Потому что ты мой друг, – не правда, звучит очень по-детски и глупо, но блондину хотелось в это верить, он убеждал себя в этом постоянно.       Севен кивнул. Последняя фраза его не сильно убеждала. Друг это слишком слабое слово для того, что чувствует он, от этого больнее и одновременно страшно.       Ощущение, что дружба граничила с чем-то ещё более тёплым. Но даже в мыслях это слово произнести страшно.       Не хотелось, чтобы его снова называли просто другом. Но с другой стороны, он не может требовать больше, ведь его чувства "неправильны" по отношению к Эллиоту.       Тиканье часов. Начался отсчёт до следующего раунда.       Севен медленно поднялся с кресла-мешка, отходя чуть в сторону. А Эллиот допил чай перед тем, как он появится опять в неизвестной ему местности.       Мужчина появился возле какого-то корабля. Похож на стереотипный пиратский. Увидев генератор он двинулся к нему, начал чинить. Возле него никого не было.       После починки он пошёл к следующему, ещё одному, проходил минут 40 и никого не нашёл, даже мельком не видел ни одного другого выживающего, это вызывало сильное беспокойство. Зато уже была с собой аптечка и банка колы.       Зайдя в белую постройку полную кустов, растущих прям из бетонного пола, мох на стенах, плесень.       Он прошел на этаж выше и перед дырой в стене лежал труп Ту Тайма с обугленной, слезающей и пузырящейся от ядовитых ожогов на конечностях кожей, сломанной шеей, лежащей в неестественном положении. Картина неприятная, но если что и пугало, то только то, что он может умереть так же мучительно больно.       Севен осторожно подвинул его в сторону ногой, пытаясь не задеть места ран и принялся за генератор. Через пару минут к нему подошёл Шедлетский, измотанный. – Семерка, есть кола? Не смог найти, но надо срочно.       Мужчина сразу положил ему в руку банку. Шед кивнул. – Спасибо, ценю это, – перед уходом улыбчиво сказал кудрявый и убежал куда-то.       Либо все остальные мертвы, либо сидят в углу карты.. Хотелось верить во второе.       Ещё один генератор есть, должен остался один, если не чинили другие. Уйдя из дома, Севен сел близко ко второму выходу на первом этаже цветущей руины.       Через пару минут наконец послышалось тиканье часов. Мужчина выдохнул с облегчением. Какой простой раунд, повезло ему. Вернувшись в лобби, заметил, что ранеными было большинство, а остальные умерли. Ему повезло, что до него не дошли, а те отвлекали всеми силами, но это вызвало стыд. Шанс бинтовал торс Гостя, шуточно нахваливая его маневры, особенно тот, когда он налетел прям на лезвие предплечьями, а после ему полоснули пресс, тот кажется улыбался и в ответ припоминал шляпнику о взрывах его очень новомодного ружья прям из 18 века. И как тот в ноги Иксу упал, когда споткнулся.       Ту Тайм сидел возле старых часов, наблюдал за происходящей картиной, а Нуб спокойно ел недалеко от бильярдного стола чипсы.       Тафф сидел с Дусеккаром, второй ему объяснял, почему не может использовать заклинания мощнее, хотя он бы очень хотел. А первый кивал и активно жестикулировал в ответ, вроде "Как жаль, что то, что их держит, делает могучего мага таким уязвимым". В словах не было сарказма, ему правда было жаль.       Шедлетский сидел с перемотанными по предплечья руками, ткань розовела на глазах. Билдер притащил еле размороженную пиццу и поставил на стол всем. Эллиот опять сидел сгорбившись возле книжной полки, целый, невредимый, но с ужасом в глазах, будто он видел что-то хуже ада.       Вот доставщик привлек его внимание намного больше, чем все остальные. Он один, все заняты своим или общаются, а он разбит снова. В этот раз дрожит, прижимает свои колени, как будто пытаясь их сломать хваткой.       Севен осторожно подошёл и тыкнул его в плечо, от чего блондин дернулся, резко поднимая взгляд с странным страхом. – Что?..       Хакер промолчал и махнул головой в сторону выхода из общей, как бы намекая "Пошли, есть дело". Хотя дела не было как такового. Ему просто хотелось поговорить один на один, а не в таком людном месте. Парень посмотрел, нервно задумался, хмуря брови, не понимая, почему, зачем сейчас. Но кажется, свежий воздух поможет ему лучше.       Выйдя на улицу, мужчина вдохнул, как будто впервые на свежий воздух вышел спустя неделю в душном пыльном помещении. – Твой кошмар.. что там было? – он начал неловко, но старался вести диалог не так напряжённо. – Я.. ох. Не знаю, как это даже описать... – Как сможешь так и.. попробуй?.. – Я не мог ничего сделать и наблюдал со стороны, как это постепенно происходит. Как будто привязали к стулу и заставляли смотреть.. как отнимали единственную ценную вещь... Нет, не вещь, людей, – губы дрогнули, брови напряглись, лицо казалось сжатым, плечи легонько дрожали. – Сначала лезвия на пороге дома, а потом сестру, потом нашёл.. упавший к коридору табурет, а потом заметил верёвку и...тебя.       Послышался тихий треск ниток на ткани, от чего Эллиот сразу дернулся и расслабил ладони на своих рукавах, переставая их тянуть. К глазам подступило обжигающее тепло. Слёзы, которые он сразу сдержал, тихо, но глубоко вдыхая. – Всё, достаточно. Это было омерзительно и страшно.. Больше не хочу.       Хакер застыл, но потом осторожно, как будто могут ударить, взял за руку Эллиота. Мужчина пока что не знал что сказать, но в этом жесте было всё его понимание и сочувствие. А особенно это было видно в его обеспокоенно грустных и виноватых глазах.       Из-за его поведения единственному доброму и светлому, как солнце, человеку виделись такие кошмары.       Доставщик сжал его руку, медленно приходя в себя. У него получилось высказаться, пусть и сдержано, но это как-то структурировано мысли. – Я бы так не поступил с тобой.. никогда. Как бы я себя не ненавидел, пока ты остаёшься рядом, даже когда будет плохо, я не смог бы так сделать.. – с сожалением, глубоким сочувствием проговорил Севен тихо, чем-то между обычным голосом и шепотом. – Я.. рад услышать это, – губы Эллиота дрогнули в улыбке.       Вот чего ему не хватало. Уверенности в том, что он снова не решится на это, не сможет. Теперь она была, слабо грела где-то в груди.       Они простояли почти полчаса в таком положении, пока в общей комнате кипела жизнь и шутки, они стояли на улице, молча смотря то куда-то в даль, то друг на друга.       Оба уже не отрицали, что что-то с дружбой этой не так. Но пока вслух друг другу боялись сказать.