Саамская кровь

Как грозно стучит в твое сердце любовь,

Как мрак к тебе радостно льнет,

Как рвется и пенится крови поток,

Что в жилах проворно течет.

Ответь же, любимая, чистый огонь

Кого из ночи призовет?

Молчат небеса, лишь во мраке луна

Кровавою каплей плывет.

***

      Уилл Грэм стоял в поле. Он не знал как тут оказался. В памяти остался только момент, когда он посмотрел в небо и перестал слышать любые звуки. Это было похоже на приступ, но в этот раз его не мучали галлюцинации и видения, они не затмевали его разум, убивая его морально и даже физически. Собаки бегали где-то возле дома, а он решил выйти освежиться и стоял тут уже неопределенное количество времени. По холодным рукам и леденеющим стопам можно было понять, что стоит он тут не мало, но и уходить явно не собирается. Ветер дул, из-за чего кудри Уилла беспокойно развеивались, создавая бардак на его голове. Впервые за долгое время в его голове не было мыслей. Вообще никаких. Он спокойно дышал, его голова не была забита преступлениями, даже сам Ганнибал Лектер не присутствовал там, и это было необычно. Всегда забитая разными вещами голова перестала работать. Она перегрелась и сломалась прямо в руках тех, кто пользовался ей. Теперь осталась только пустая оболочка с отмороженными руками и пустыми глазами, в которых сейчас отображалось небо. Эти облака, плывущие по синеве, белезной светились и дополняли печально-испепеляющий взгляд профайлера.       К его плечу прикоснулись. Или может ему просто показалось? Теплая рука отдавала свой жар его телу. Уилл повернулся. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы увидеть и узнать человека, который стоял перед ним. Ганнибал Лектер с беспокойством смотрел на него. Его губы шевелились, но он не слышал ничего. В ушах приятная пустота, которая не не раздражала, а наоборот успокаивала его. Ганнибал... его морщинки на лице были так заметны, пока он хмурил свои брови, его волосы растрепались из-за сильного ветра, создавая непривычный вид на его голове. Тяжелые руки на плечах, теплый взгляд на лице и неслышный шум, существование которого невозможно было утверждать.       Уилл очнулся. Голос Ганнибала Лектера отзывался колокольным звоном в его ушах. Он пытался понять слова, слетающие с губ психотерапевта.       —Я искал тебя, Уилл, — его голос был проникающим. — Ты не выходил на связь несколько дней.       Грэм очнулся. Да, он действительно отключил телефон в пятницу ближе к обеду, чтобы его не доставали на выходных. Ему просто надоели студенты, звонящие по пустякам, администрация академии, постоянно его трясущая, и он решил избавить себя от головной боли.       —Сегодня понедельник, четыре часа дня, — Ганнибал прочитал невысказанный вопрос Уилла в его глазах и обраловался, что тот начал реагировать на него.       —А ты что здесь делаешь? — Уилл нахмурился. Обычно острый ум сразу сопоставлял детали, но сегодня его будто бы хорошенько приложили.       —Я волновался, — психотерапевт не отступал. Его руки опустились и взяли замерзсшие ладони Грэма в свои, разминая. — Пойдем в дом? — Уилл кивнул и разрешил вести себя Ганнибалу.       Лектер усадил Уилла на кресло и внимательно посмотрел на него, изучая каждую его эмоцию на лице. Когда взгляд Грэма прояснился, психотерапевт выдохнул. В доме было темнее чем на улице, сейчас было пасмурно и свет почти не проникал в помещение, оставаясь блеклой краской на улице.       —У тебя есть сегодня лекции? — Ганнибал встал и немного наклонился, чтобы быть примерно на одном уровне с Уиллом.       —Одна вечером, — Грэм положил свою голову на руку и вздохнул.       —Сделать чай? — Ганнибал ждал ответа, не давя на Уилла. Когда он увидел положительный кивок, Лектер выпрямился и пошел на кухню, оставляя профайлера одного наедине с его мыслями.       Чайник вскипел быстро. Ганнибал, найдя дешевый пакетированный чай, сначала не хотел его заваривать, но посмотрев, что нет другого выбора, все-таки закинул его в кружку с горячей водой, которая сразу окрасилась в благородный коричневый цвет. Да, это не были дорогие английские и индийские чаи с уникальными ароматами, но, на уливление Лектера, чай пах не так отвратительно, как он представлял. Ганнибал подошел к Уиллу и протянул ему кружку. Грэм благодарно улыбнулся и немного отпил.       —Как ты себя чувствуешь? — психиатр стоял рядом, смотря на него.       —В целом нормально, но боюсь, что если я снова вот так зависну, это может закончится плохо, — Уилл горько усмехнулся и сделал еще один глоток.       —Я мог бы отвезти тебя в академию, — Ганнибал не стал терять такую шикарную возможность побыть с Грэмом дольше.       —А потом как? — Уилл задумался. Это уже о чем-то говорило, не резкий отказ.       —Ты мог бы остаться у меня или я мог бы привезти тебя обратно, — Лектер сел на противоположное кресло.       —Не слишком много проблем для тебя? — Уилл улыбнулся и снова сделал глоток чая. Он грел свои руки об эту кружку, которая была почти горчей.       —Что ты, Уилл, ты никогда не доставляешь мне проблем, — Ганнибал перекинул ногу на ногу. — Главное, чтобы тебе было удобно.       —Я бы остался у тебя, но собаки... — Грэм улыбнулся. — Если ты не брезгуешь, можешь остаться у меня, после того, как привезешь меня сюда.       —Нет, конечно не брезгую, Уилл, — они были похожи на школьников, которые спорили у кого проводить ночевку. Они оба не хотели отказываться от шанса провести время друг с другом.       Уилл улыбнулся и начал собираться в академию. Ганнибал сидел на мягком кресле и смотрел как Грэм ходит по квартире, напяливая свою рубашку и кладя блокноты в свою сумку. Просто наблюдать за этим человеком было интересно. Его движения как-то отличались, выражение лица всегда было иным для этого мира. Лектер мог это утверждать, ведь за всю свою жизнь и работу врачом, он никогда не видел людей именно такого типажа. Он даже не знал можно ли приписать Грэма к такому понятию как типаж, ведь это было бы пошло и до конца не соответствовало бы его личности. Поэтому доктор Лектер решил, что без этих определений анализировать Уилла еще интересней, и отбросил все привычные способы психоанализа, составляя другие, которые подошли бы именно Грэму.       Через какое-то время они уже сидели в машине Ганнибала и тихо вели беседу. Они отбили возможность находиться рядом друг с другом и теперь, откинув все переживания, растворились в этом потоке слов.       Вскоре они подъезжали к академии. Это время они провели за приятным разговором, из-за которого все так быстро пролетело. Выходя из машины Уилл улыбнулся Лектеру и скрылся в толпе прохожих.       Ганнибал остался сидеть, перед тем как нажать на газ и уехать. Он находился в тяжелых раздумьях и ему необходимо было время. Много времени.

***

      Франклин продолжил поиски этого человека. Так... его имя Уилл Грэм, он преподает в академии (Боже, упаси), он любит собак и знаком с доктором Лектером. Он не мог найти информацию о его месте жительства, но нашел расписание пар, которые он ведет. Поэтому, Франклин, ярый защитник своего дорогого психотерапевта, решил, что проучит негодяя и проследит за ним, чтобы узнать о нем как можно больше. Он оделся, в один из самых его лучших и любимых костюмов, пиджак и жилетка которого еле-еле как застегивалась на его большом животе, пошел перекусить любимыми макаронами и отправился следить за этим человеком в академию.       Он, как самый здравомыслящий человек, который изначально продумал свой шедевральный план, сел ждать в кусты, чуть не порвав свои штаны, ширинка которых расстегнулась. Он взял бинокль и никак не мог настроить его под свое зрение. Плюнув на него, Франклин прищурился и начал наблюдать. Оставалось двадцать минут до пары Уилла Грэма, а Франклин сидел тут уже двадцать шесть, думая, что тот приходит заранее. В итоге его покусали комары и он сидел, почесывая свои ноги через дорогую ткань штанов.       На тридцать первой минуте, он наконец таки увидел эту лохматую башку, которая неторопливо шла и смотрела себе под ноги, сжимая в руках чехол от ноутбука и сумку. Вырвигласный галстук не сочетался с его темной рубашкой, и Франклин, как настоящий модник и эксперт, мысленно пригрозил ему пальцем и еще раз пожалел доктора Лектера. Этот человек зашел в академию и скрылся в плотных дверях здания.       Было бы странно, если бы Франклина пустили в академию. Поэтому, ожидаемо, что его вышвырнули оттуда, параллельно напоминая, что это учебное заведение, а не ресторан. Расстроенный, Франклин снова засел в кусты и начал отсчитывать время до конца лекции Вилки Грамма. Такое оскорбительное прозвище дал Франклин Уиллу Грэму, чувствуя себя детективом, ищущего убийцу. Он сидел так долго, что его ноги и спина стали затекать, но его ожидания оправдались и, через два часа, Уилл Грэм вышел из академии. Франклин, очень незаметный и совсем не бросающийся в глаза, последовал за ним. Преподаватель шел по улице. Он даже не сел в машину. А Франклин, который все это время шел за ним, уже выдыхался от физической нагрузки. Стоп. Какая знакомая дорога. Он что идет к доктору Лектеру? Так он у него вчера был, у доктора Лектера загруженный график! Как он смеет нарушать покой его дорогого психотерапевта?!       Уилл подошел к дому, он постучал в дверь, и ему сразу же открыл Ганнибал Лектер, который приветливо улыбался ему. Он совсем уже зачаровал доктора Лектера... Фраклин решил расспросить обо всем доктора Лектера и обиженно ушел домой.

***

      Уилл Грэм, уставший после лекций, с осипшим голосом, направился к дому Ганнибала. Они договорились, что после работы Уилл придет к Ганнибалу на ужин, перед тем, как они вместе поедут домой к профайлеру. Конечно, он заметил, что какой-то придурок идет прямо за ним, но придавать этому значение не хотелось, ведь тот не выглядел опасно, а если даже с ним что-то случится, то Ганнибал его сразу найдет, заподозрив что-то неладное.       Когда Ганнибал предложил Уиллу отужинать у него, преподаватель сразу согласился, понимая, что у него дома ничего съедобного нет. Будет неразумно готовить ужин, после того, как они приедут, ведь в это время будет очень поздно, да и продуктов все равно нет. Терять возможность провести вечер с приятным для него человеком не хотелось, поэтому он, уже в приподнятом настроении, подходил к его дому. Через какое-то время он уже стоял возле его двери и стучал в нее. Хозяин не заставил себя долго ждать и сразу же открыл дверь, приглашая зайти внутрь.       —Добрый день, Ганнибал, — Уилл прошел в дом с улыбкой на лице. Лектер стоял в обычной рубашке с закатанными руковами и фартуком.       —Здравствуй, Уилл, — Лектер помог снять его пальто, невесомо проводя по плечам, и повесил его в шкаф. — Я немного не успел приготовить десерт, поможешь мне с этим?       —Да, конечно, — Уилл пошел на кухню вместе за Ганнибалом.       Без своего привычного образа с костюмом-тройкой, он выглядел достаточно непривычно. Эта броня скрывала его истинное лицо, не давала заглянуть глубже выстроенной личности другим людям, но при нем Ганнибал не боялся показать это. Рубашка подчеркивала его сильное тело, под ней было видно сильные руки. Фартук выглядел по-домашнему. И это сочетание шло Ганнибалу. Но из-за того, что оно было построено на его скрытой личности, он не мог кому-угодно показаться так, ведь это сразу могло бы раскрыть его.       Они прошли на кухню. Ганнибал протянул такой же фартук Уиллу, который сразу его надел. Кухня ощущалась жутковато для Грэма, который знал ее секреты. Но он постарался не брать в голову и не представлять что тут творилось и вопросительно посмотрел на Лектера, ожидая какую работу он ему даст.       —Нарежешь яблоки? — Грэм кивнул, и Лектер дал ему два помытых красных яблока и нож. — Надо будет небольшими кубиками.       Уилл нашел деревянную доску для нарезки и положил на нее яблоки. Он взял нож в руки и стал аккуратно нарезать фрукты, изредка поглядывая на Ганнибала, который что-то замешивал. Психотерапевт налил в сковородку какой-то сладкий соус, который очень вкусно пах, и попросил Грэма дать ему нарезанные яблоки. Уилл протянул тарелку с нарезанными кусочками и наблюдал, как Ганнибал, закинув их на сковородку, начал жарить. Грэм присел на недалеко стоящий стул и наслаждался приятным ароматом.       Вскоре Лектер попросил его пройти на кухню и сесть за стол, пока он сам заканчивал приготовление к ужину. Уилл сидел на деревянном стуле и разглядывал белоснежную скатерть, на которой нитки переплетались в различные узоры, извивающиеся в своем великолепии. Он ждал, когда Ганнибал придет, ему уже не терпелось снова заговорить с ним, услышать голос и увидеть это довольное лицо своего психотерапевта.       Доктор Лектер подошел к нему с подносом и, сказав какое-то необычное название блюда, поставил его перед Уиллом. Тот посмотрел и подумал для чего такие сложные названия... это же обычное рагу... но Ганнибал так не считал. Он уселся за стол и внимательно посмотрел на Грэма, который уже взял вилку.       —Приятного аппетита, Уилл, — Лектер вилкой подцепил кусочек мяса и положил на язык, пробуя его на вкус. Он всегда наслаждался едой. Она создана для удовольствия, так почему бы не вкусить его полностью?       —Приятного аппетита, Ганнибал, — Уилл отзеркалил движение Лектера и прикрыл глаза, понимая, что это блюдо действительно стоило своего еле выговариваемого названия.       —Как дела в академии? — Ганнибал взял бутылку белого вина и разлил его по бокалам. Чувство дежавю преследовало Грэма. Все их ужины были похожи. Всегда вино, всегда вкусные блюда, всегда Ганнибал Лектер, поддерживающий разговор и всегда Уилл, который наслаждается этими моментами.       —Да как обычно, читаю лекции, студенты интересуются почему меня так долго не было и почему я больше не появляюсь на расследованиях, — Уилл благодарно кивнул, когда Ганнибал поставил перед ним бокал.       —Не думаю, что они когда-нибудь смогут узнать истинную причину этого, — Лектер улыбнулся, увидев усмехнувшегося Уилла.       —Ты прав, — Уилл снова положил еду в рот и прожевал ее, прежде чем ответить. — думаю они соскучились по Джеку, срывающему лекции, — они оба засмеялись.       —Думаю, что такие ситуации происходили часто, — Лектер отложил столовый прибор, — я уверен, что пропало много лекций.       —Именно, они потом изучали материал сами. Изучали плохо, конечно... — Грэм усмехнулся.       Было так легко и тепло, что захотелось остаться в этом моменте подольше или хотя бы оставить в сердце, чтобы всегда вспоминать. Это грело бы душу в особо холодные ночи, морозной зимой, унося в этот день, наполненный горящим пламенем свободы и спокойствия.       —И когда ты снова начнешь убивать, Ганнибал? — Уилл подцепил кусочек блюда на вилку.       —Планирую через две недели, успеешь отдохнуть, — Лектер хмыкнул. — А что, хочешь остановить меня?       —Наоборот, — он внимательно уставился на Ганнибала. — я хочу помочь тебе.       Казалось мир остановился. Ганнибал Лектер затаил дыхание. Этот момент он пытался сразу же поместить в свой дворец памяти, чтобы тот остался в его голове на долгие годы. Он не думал, что этот день сможет стать лучше, но он опередил абсолютно все его ожидания. Несколько минут он не знал, что сказать и с изумлением смотрел на Уилла Грэма, который прямо сейчас добровольно не только принял его темную сторону, а еще и сказал, что хочет вкусить ее... это выбило Ганнибала из его прочного равновесия, которое он строил годами. Остался только сидящий перед ним Уилл и его слова, эхом отзывающиеся в его голове.       —Я впервые не знаю, что мне сказать, — Лектер смотрел на серьезного Уилла.       —Тебе не нужно ничего говорить, Ганнибал.       Они продолжили диалог молча. Никто из них больше не сказал ни слова. Они снова взяли свои вилки и продолжили есть, смотря друг на друга. Еда больше не казалась такой вкусной. Теперь они были сосредоточены только друг на друге. Больше им ничего не нужно было. Они доели еду и молча закончили диалог. Ганнибал Лектер и Уилл Грэм договорились об убийстве. О совместном убийстве.

***

      Уилл Грэм всегда привлекал меня. Да, он был самым любимым пластилином в моих руках. Его ум заслуживал трепетного внимания, не каждый может позволить себе прикоснуться к такому редкому сокровищу. Этот разум достается только избранным. Да и то не всем, да и то... не полностью... Сначала я даже не имел представление об этом безграничном потоке в его голове, не представлял его глубины. Но с каждым мгновением, с каждым взглядом, с каждым вздохом и мимолётным прикосновении я понимал, что в мои руки попало бесценное сокровище. И с этого момента я мог считаться самым везучим человеком за земле. О боже, сколько психиатров и следователей гонялось за частичкой этого человека, а он попал в мои руки и не просто попал, а полностью отдался мне. Это не могло не льстить. Эта лесть не была той, которую мне преподносили на званных ужинах, организованных мной, говоря какие у меня чудесные руки и как я вкусно готовлю. Наоборот, это было что-то совсем незаметное, какое-то даже дикое, неизвестное мне до этого. Хотелось впиться в него зубами и не отпускать, прокусить до мышц, вырывать мясо, но не отпускать. Это было что-то животное, дикое, для этого не требовалось слов. А что слова? Они ничего не значат. Ты можешь сказать все что угодно, даже смотря в глаза близкому человеку, подло соврать. Не то, что взгляд или действие. Да, ты не всегда понимаешь взгляд, но если присмотреться, то даже самые опытные, кто скрывают свои эмоции, не могут скрыть эту трещину искренности, которую всегда видно.       Я сразу увидел этот мрак в нем. Когда он лежал весь обессиленный на койке, почти умирающий и мертвый, я увидел ее... тьму, которая витала в облаках над ним, покрывала его своими клубами и оседала в голове. Эти закрытые глаза, эта перебинтованная рука и его бледное от потери крови лицо говорило мне больше, чем слова. Слова... они не нужны.       Попытка самоубийства Уилла Грэма не была напрасной, как сам профайлер это считал. «Надо, чтобы ты сжег себя в своем собственном пламени: как же мог бы ты обновиться, не сделавшись сперва пеплом!» Это было священное перерождение, которое мне удалось увидеть, это было великолепно в своем отвратительном контексте... но сейчас я наблюдал другое. Сейчас происходило именно превращение. Такое, как будто гусеница сплела себе кокон, а через некоторое время вылезла из него изящной бабочкой, на первый взгляд не имеющего ничего общего с противной гусеницей. Но каждый, кто считает, что ничего общего у них нет, тому нужно постыдиться. Не было бы изящных крыльев, без толстого тела, не было бы красивых узоров без этой прошлой личины... сама бабочка — это всего лишь гусеница, вышедшая на новый этап. И я сейчас вижу именно такое превращение. Я вижу, как он выбился из своего кокона, как красивые крылья формировались у него за спиной, как взгляд становился более осознанным.       Это было так красиво... наблюдая, я понимал, что совсем скоро увижу как Уилл Грэм изменится еще больше. Я не думал, что все будет происходить настолько быстро, но мне определенно нравится это и я буду продолжать подталкивать это прелестное существо дальше к тьме.       

***

      Все изменилось, хотя оставалось на прежних местах. Этому послужило недавнее заявление Уилла Грэма. Ганнибал впервые не знал как реагировать, но решил полностью довериться своей судьбе. Хотя судьба... что это такое? Для каждого она разная. Один считает, что она изначально все распределяет, все идет только так, как должно и никак иначе. Второй думает, что судьбу можно контролировать, и она меняется, в зависимости от твоих действий. У всех слишком разное понятие, чтобы наверняка утверждать что это такое.       Ганнибал взял с собой спальную одежду и уже был готов ехать к Уиллу. Эта ночь предвещала быть необычной. Да, Лектер часто уезжал в командировки в другие города и даже страны. У него было несколько квартир, в которых он часто останавливался на время. Он не всегда спал дома, но это было другое. Ганнибал будет не на своей територии, и эта мысль его будоражила лучше, чем холодный душ вначале тяжелого дня. Еще он взял немного продуктов для завтрака и подошел к Уиллу, который уже ждал его на первом этаже в зале. Они оба были готовы поехать.       Сев в машину, они поехали в Вульф-Трап. На улице уже было достаточно темно и только фары помогали разглядеть хоть что-нибудь перед собой. Они какое-то время молчали, не зная, что сказать, но как обычно эта тишина не давила своей тяжестью, а просто спокойно давала собраться со своими мыслями и продолжить беседу.       —Ты правда хочешь этого, Уилл? — Ганнибал не отрывался от дороги.       —Да, Ганнибал, — Грэм смотрел в окно, не поворачиваясь к психотерапевту. Через зеркало, висящее возле лобового стекла, он увидел облегченно успокоенное лицо Лектера. Ганнибал не стал задавать других вопросов, давая молчанию снова повиснуть между ними.       Они доехали до дома Грэма. Ганнибал припарковал рядом с машиной Уилла и вышел из нее. Профайлер последовал за ним, открывая дверь ключом. Зайдя в дом, Ганнибал почувствовал запах, которым пахло жилище Уилла. Этот запах был так привычен и знаком, хотелось ощущать его всегда, поэтому Лектер вдохнул его и прошел в дом за хозяином, сняв верхнюю одежду. Собаки радостно накинулись на хозяина, виляя своими хвостами. Тот прошел дальше и взял корм, насыпав его в миски. Он оставил собак есть их ужин и подошел к Ганнибалу.       —Чувствуй себя как дома, — Уилл улыбнулся. — мне немного неловко, что я приношу такие неудобства, — он запустил руку в свои кудри.       —Да брось, мне не тяжело, — Лектер подошел к холодильнику и положил в него продукты для завтрака, пока Грэм поднялся на второй этаж.       Тут действительно можно было почувствовать себя как дома. Было очень уютно и тепло, отовсюду была атмосфера безопасности. Это было из-за нестабильности его хозяина. Когда тебя постоянно мучают навязчивые мысли и кошмары, хочется создать свой уголок, в котором никто не смог бы тебя побеспокоить. Да, именно этого не хватало Грэму.       Уилл не заставил себя долго ждать. Он спустился к Ганнибалу и провел его на второй этаж за ним. Он показал где находится ванная комната и отвел его в гостевую комнату. Лектер не думал, что у такого человека как Уилл часто бывают гости. Все-таки, обычно нелюдимый и внушающий тревогу в перемешку недоверием и подозрением Уилл, остерегался близких знакомств и людей. Ганнибал не думал, что есть еще люди, которым Грэм бы настолько доверял, что мог оставить их у себя дома.       Гостевая комната была достаточно уютной. Посередине стояла двухспальная кровать, которую Уилл только что застелил. Возле нее был шкаф и рядом стоял стол, на котором ничего не было. Явно, что тут особо никто не жил, это было видно. Комната была достаточно светлой, днем сюда будет попадать много солнечного света и именно из нее можно смотреть на шикарные восходы. Еще одной деталью, которую Лектер отметил, было то, что тут не было собачьей шерсти. Уилл не пускал сюда собак, и комната долгое время была закрыта. Это обрадовало Ганнибала, который не очень хотел спать в комнате, полностью покрытой шерстью.       —Спасибо, Уилл, — Лектер положил небольшую сумку со своими вещами на стул, находящийся возле стола.       —Спасибо тебе, — Уилл улыбнулся. — спокойной ночи, Ганнибал.       —Спокойной ночи, Уилл, — обменявшись пожеланиями, Грэм вышел из комнаты и закрыл ее. Было слышно, как собаки суетятся возле его ног, не давая покоя хозяину.