Одержимость

Ларссон в раздражении цыкнул, придерживая тушу за волосы. Рука достаточно сильно сжимала их, чтобы в случае чего он не смог убежать. От удара ключом не было никаких последствий, возможно появится небольшая ссадина, но явно не глубокое ранение. На большее сил у жертвы просто не хватило. Взвалив тело черноглазого себе на плечо, мужчина похлопал его по спине, вовсе не соображая, что он творит. Томас не был слишком тяжелым или что-то в этом роде, но тащить его на себе на протяжении долгого времени надо постараться. Ещё бы чуть-чуть и руки просто отвалились от усталости! Совсем скоро Торд вошел в свой дом, запирая дверь на несколько различных замков. Делал это специально, будто боялся чего-то, хотя раньше не совершал ничего противозаконного. Смущало ли его похищение человека прямо сейчас? Возможно. Почти сразу он уложил Томаса на диван, совсем не колебался с ним. Голова словно не работала, он действовал как попало. А что, если Том сбежит, когда очнётся? Вдруг он начнёт кричать, устроит погром? Все тревожные мысли не хотели уходить прочь. В конце концов он решился на ремни, которыми в дальнейшем закрепил руки с ногами бедняги. Согнул конечности, а затем стянул. На всякий случай норвежец даже залепил парнише рот скотчем, с некой нежностью пригладив его рукой. Риджуэлл все это время был в отключке и никакие недовольные слова не донимали Ларссона. Он просто отрубился и почти ничего не чувствовал всё это время. Организм не выдержал столь большой нагрузки, поэтому сбился. Естественно все переживания и нервные всплески у похитителя были, что совершено нормально, ведь парень, который уже довольно давно привлекал внимание, лежит прямо сейчас дома. Непонятно как поступить и что с ним сделать, кроме того, чтобы обездвижить. Лучше думать обо всём уже на утро, чем сейчас. Очнулся Томас не скоро. Голова болела то ли от захворавшего иммунитета , то ли от алкоголя. А может быть и вовсе от удара об дверь собственного дома! В глазах слишком мутно, а помещение совершенно незнакомое.. "Где это я..?"— спросил сам у себя офисный работник в мыслях, лёжа на боку в неудобной позе. Хотел он только пошевелиться, как вдруг его начала охватывать паника. Руки были связаны за спиной в согнутом положении. Ими нельзя никак двинуть, не разогнуть! А вот ноги закреплены только на лодыжках.. Что-ж, хотя бы что-то. Холодный пот постепенно начал стекать по лицу. Издалека послышались шаги, медленные и робкие, словно старались не спугнуть. Спал рогатый сегодня плохо, вечно волновался, переворачивался с боку на бок и обнимал себя обеими руками. Почему он так поступил?! Нельзя было отстать от бедного человека после первого отказа? Или можно было просто ещё немного подождать со знакомством. Совесть его конкретно мучает, а от былого азарта ни капельки не осталось. Он напуган почти точно так же как и Риджуэлл. Хотя если задуматься, то Томас, давняя мечта, прямо у него дома! Прямо сейчас он лежит на его диване и никуда не денется. В глазах недовольного пьяницы появился знакомый силуэт, а там и скотч со рта медленным движением руки сняли. Теперь его безнадежные мычания можно в полной мере услышать. —Так это всё ты! Думал, из-за алкашки я совсем забуду тебя на следующий день, да?! Что тебе от меня нужно? Деньги? Я тебе задолжал по крупному?! — огрызнулся черноглазый, как только увидел знакомое лицо перед собой. Злость в нём закипала с большой скоростью. —Прости, но мне нужен здесь только ты. Деньги у меня свои есть, ничего ты не задолжал. — объяснился норвежец, сминая кусочек скотча в руке. — Голову слишком сильно ударил? Я боялся, что ты начнешь буянить и так просто эиу ситуацию не оставишь, поэтому мне пришлось связать тебя. Недовольный, но при всём этом рабочий вид придавал свою изюминку в образ. Выглядит мужчина потрепанно, усталои помято, но если высвободить эту личность, то он точно медлить не станет. —Ясен хуй, что не оставлю. Я тебе морду сразу разукрашу, когда освобожусь.. У Риджуэлла ведь друзей и родственников особо не было. Редко можно заметить его за разговором с кем-то помимо работы. Искать его будет только начальник, если не скинет его пропажу на тот же самый запой. Возможно будет лучше и не выпускать его никуда за пределы этого дома. —Тише, я не желаю тебе зла, а просто хочу чтобы ты пожил со мной. Хочу, узнать поближе.. — всё не отводя взгляда проговаривал Ларссон, держа глаза в распахнутом состоянии. Перед ним ещё никогда так близко не был человек, который ужасно привлекал собой. —Поживу?.. серьезно? Даже ничего делать не придется? — в неверии спросил мужчина, широко раскрыв свои глаза-омуты. Вопрос был невероятно странный. Он был крайне удивлен такому предложению. Даже если ничего делать не придется..или же это так слабо выразился похититель, чтобы получить доверие? Он давно не общался с людьми так близко, еще и один на один. —..только если немного, то я согласен. Но зачем надо было подходить ко мне поздно вечером, так пугать..? Сдурел что-ли?! Поговорить с этим человеком не получается спокойно от слова совсем. Том такой же грубый как вчера. Все сладкие фантазии так и остались в мечтах похитителя. На деле все совершенно по другому. —Бить не буду.. наверное. Только развяжи меня. Риджуэлл слишком сильно запустил себя. Дома не убирался, не готовил, не создавал внутри уют. Ему не нравится собственный дом от слова совсем. Здесь, у этого рогатого придурка можно спокойно жить. По крайней мере так уверяет сам похититель! В помещении тепло и это очень нравилось мужчине. Правда наступившая простуда сейчас сильно давила на голову. —Развязывать тебя сейчас будет слишком опасно. Я не знаю как ты поведешь себя, поэтому полежи так ещё немного. Пырнуть меня ключом хватило смелости, да? Хорошо, что силёнок мало. Последние слова звучали как-то издевательски. Сил у Риджуэлла и впрямь поубавилось с плохим образом жизни. —Всё равно не смог бы убить тебя.. хотя ты ужасно вел себя и я.. я испугался! Так нормальные люди себя не ведут, если что.. Томас пытался разглядеть лицо Торда при свете. Нужно ведь знать, кто его похитил. Похититель оказался, тем ещё красавчиком, довольно симпатичен и наверняка притягивает внимание многих девушек. Но почему именно Томас? Он хуже их в раз сто.. —Ну, что ты хотел? Я ведь сказал: я не педик или кто-то там в этом роде. И раз так, то, может быть, отпустишь меня? — проговорил Риджуэлл, тяжело вздыхая и переворачиваясь на спину. Жар небольшой, но всё еще был, заставляя мучаться беднягу. Полечить его было бы хорошей идеей. —Я ещё и болею. Не думаю, что тебе будет приятно от моего вида. — рубашка работника плотно прилегала к телу из-за пота и связывания, а галстук даже слегка ослаб на его шее. сам он весь помятый какой-то.. Ларссон наблюдал за Риджуэллом м легкой ухмылкой. Теперь то он может разглядеть свой объект воздыхания вблизи. Хотелось бы потрогать, пощупать мужчину перед собой, пускай у него есть все возможности, однако он не спешит действовать, возможно боится чего-то. Вряд ли Томасу понравятся приставания от незнакомого человека, который ещё и похитил его. —Честно, я без понятия как ведут себя нормальные, в твоем роде, люди. На улице бываю редко, точно так же, как и ты.. У тебя нет выбора, хочешь ты оставаться здесь или нет. Всё решаю я..—Томас уже осознавал, что сильно влип. Этот незнакомец знает о нем слишком много, к тому же ведет себя странно, но усталость берет верх над телом. —Нравишься любым, какой ты есть, — лопочет норвежец, протягивая руку, а затем нежно касаясь лба связанного мужчины, — Красивый..мм, рядом со мной. Ладонь ощущает заметный жар, ещё и дыхание учащённое. Всё же его возлюбленный не врёт. От последних сказанных слов у Томаса внутри всё перекосило. Ни разу подобных слов он не слышал от девушек, а уж тем более от мужчин. —Клянусь, принесу таблетку от жара, только немного позже. Хочу насмотреться. Рогатый самодовольно улыбается, не отрывая взгляда от черноглаза. —Всё же мне стоит признаться..Да, я следил за тобой долгое время. Вроде бы несколько месяцев или чуть больше, поэтому знаю кто ты, где работаешь, живешь. Знаю, что ты много пьешь, ведешь плохой образ жизни, почти не высыпаешься и выходишь на смену в единственные выходные. —Ларссон рассказывал обо всём так спокойно, будто это считалось нормой в этом мире. Реакция возлюбленного была неописуемой: расширенные глаза, удивленное выражение лица и сплошной шок! —..- у тебя нет близких друзей и родственников. Конкретно их либо нет, либо ты просто с ними вообще не общаешься. К тому же, я не маньяк, чтобы убивать. Был бы им, то сделал это ещё вчера ночью. —Ты знаешь обо мне слишком много! Это не нормально, тем более для незнакомца. О-откуда ты знаешь, что у меня нет друзей и родственников? Страх все ещё был, но голос стал гораздо тише и спокойнее. Убеждения Ларссона звучали хорошо, даже слишком хорошо. Ему хотелось верить, раз он ведет себя послушно. Пока что. —М-м..Если ты и впрямь ничего не сделаешь мне. Нужно ведь заслужить доверие. а это сделать непросто. Затихнув ненадолго, Томас сглотнул, решив осмотреть комнату. Судя по всему это гостиная. Диван роскошный и мягкий, а рядом журнальный столик, дорого выглядит. В принципе везде порядок, всё лежит на своих местах. —И что я буду делать? Так и сидеть на одном месте связанным? Вернее лежать. —Нет, конечно нет! Мог бы тебя развязать, но для начала хочу объяснить некоторые правила в доме. — Ларссон без стыда рассматривал Томаса со всех сторон, где ему было интересно, а вскоре вовсе приготовился загибать пальцы, перечисляя собственные правила. —Во-первых, любая малейшая попытка сбежать отсюда будет наказываться. Я не прощу так же способы навредить мне. Во-вторых, мне не нужны лишние проблемы, поэтому телефон ты свой не увидишь как минимум ближайшее время. Томас поджал губы, прислушиваясь к каждому слову, которое жутко выходило из уст похитителя. Разве не было в планах "немного пожить" здесь? Как это, телефона ему не видать?! Он теперь и новости почитать не сможет что-ли? —А сколько примерно времени твоё "чуть-чуть пожить" с тобой ты имеешь ввиду? Ты обозначаешь такие правила, будто мне нельзя будет выходить на улицу даже чтобы подышать свежим воздухом.. Я ведь не собираюсь оставаться здесь на долгое время.— старался объясниться Томас, не понимая чего от него хочет этот псих. Голос становился всё более неуверенным, а ладони начинали предательски потеть. —Я ведь не какое-то домашнее животное, а человек, которому важна личная жизнь и многое другое. Ты отобрал у меня телефон, зная, что я ни с кем толком не общаюсь. А самооборону примешь как вред в твою сторону?? Удивлению не было предела. Абсурд, но Томас не мог поверить во всю правдивость этих слов, сказанных Тордом. —Возможно ты неправильно меня понял, Том. Ты будешь жить со мной всегда и тебе нельзя выходить за пределы дома без меня.