Ты - мой дом, а я - твой лучик

Торжество продолжалось всю ночь, но джентльмены решили покинуть сей разгар праздника ближе к 2:00 ночи. Оба стояли на крыльце и выпивали шампанского, оставляя всю суматоху позади и переключаясь на их мир. Ветер немного обдувал их лица, не давая мужчинам сомкнуть глаза в столь обыденный для них праздник, который навевал скукоту. Их молчание прервал Пущин с предложением закончить трапезу и пойти домой. - Как ты на это смотришь? - спросил Иван - Соглашусь с вами, мой друг - ответил Саша Опустошив бокалы, парни двинулись к выходу с балкона. Попрощавшись с важными людьми, друзья пошли к выходу, ну а после домой. Их немного качало, так как двое выпили по 6 бокалов, но нормально соображать они могли. Чтобы было веселее идти до дома, каждый стал рассказывать по одной смешной ситуации из жизни, и прогулка стала гораздо лучше. Подходя к дому Александра Сергеевича, мужчины стали говорить на более откровенные темы, а точнее, на одну из важнейших для обоих тем. В разговоре затронулась утренняя ситуация, которую каждый хотел прояснить. - Саш - Да, Вань? - Я бы хотел обсудить с тобой ситуацию, которая произошла утром Слушая своего друга, Пушкин попутно доставал ключи и открывал замок. Как только дверь распахнулась перед ними, Александр схватил Ивана за руку и затащил в дом, закрыв за собой дверь. Сняв с себя и друга плащ и камзол, Саша толкнул приятеля. Недоумевающий от происходящего Пущин был уже прижат к стене. Его руки были заключены в замок и подняты над головой. Он не мог понять, что только что произошло, но этого не потребовалось, ведь резкий поцелуй откинул все ненужные мысли. Чужие губы жадно впивались в другие, нежно целуя и тихонько кусая. Старший не стал сопротивляться, а наоборот, дал волю своему другу. Ваня закрыл глаза, медленно погружаясь в экстаз. Волна эмоций окутала его, каждый новый поцелуй был всё глубже и глубже, Пушкин всё сильнее впивался в чужие губы, будто кровожадный зверь, который не хотел отдавать свою добычу. Пущин, кажется, был уже на грани, голова уже не соображала, стоны от приятных ощущений следовали один за другим, заводя писателя ещё больше. Саша окинул взглядом друга и, отстранившись, ехидно улыбнулся. - Я думал, что эта ситуация уже сама всё прояснила Приоткрыв один глаз, Ваня посмотрел в эти глаза, полные страсти, и, не став медлить, вырвался из схватки, взяв Пушкина на руки, и потащил в спальню. От жилетов и обуви оба избавились довольно быстро, что дало большей доступности к запретным местам. Опрокинув друга на кровать, старший залез на него и стал нежно покрывать Сашу поцелуями. Теперь власть перешла к Ивану, чего, собственно, и хотел Пушкин. Таких ощущений Александр никогда не испытывал, и поэтому сдерживаться не стал. Чужая рука проникла под рубашку и сжала сосок, немного покручивая. Раздался сладкий стон, который служил намёком, что партнёру всё нравится. Расстегнув несколько пуговиц на рубашке приятеля, старший, склонившись к Пушкину, начал оставлять мокрые следы на шее писателя. Немного надавив на сжатый сосок, Иван кончиком пальца погладил его, после чего возник новый стон. - Боже... После каждого укуса Ваня зализывал поражённое место и делал новые. Закончив оставлять свои следы на шее парня, Ваня приподнялся и осмотрел напарника, который уже находился на грани. - Ты весь красный, неужели тебе настолько это нравится? - проговорил старший Кивок головой был ответом. Пушкин смотрел в эти глубокие синие глаза и с каждым разом утопал в них. Он не понимал, как можно быть настолько прекрасным, милым и властным в один момент. Столько хорошего в одном человеке, даже Саше казалось, что он не такой, как его друг, но мужчина старался не сильно думать об этом, а наслаждаться моментом. Тем временем Иван начал растёгивать рубаху друга, совсем снимая её и откидывая куда-то. Приблизившись к груди, мужчина стал расцеловывать каждый сантиметр, доводя Александра до новых стонов. Охи наполняли комнату с каждой новой секундой, наверное, уже соседи начали слышать звуки развлечений, но мужчинам было всё равно. В комнате постепенно становилось жарко, даже открытое окно не помогало. Выстроив полосу из влажных поцелуев, рука Ивана приблизилась к паху парня и немного надавила - Ванечка... - Ах Услышав своё имя, Пущин преостановил свои действия и перевёл взгляд на обнажённого Пушкина. - Давай сделаем это. - проговорил младший Ваня сразу покраснел. Он не ожидал, что Саша вот так сразу предложит это. Но протеворечить не стал. Встав с кровати, он подошёл к одной из своих сумок и достал крем для рук. Пушкин, пытаясь отойти от резкой волны ощущений, начал снимать с себя брюки. Выдавив немного крема, Ваня стал потирать руки и приблизился к кровати. Сев рядом с парнем, он пододвинулся поближе и наклонился, пока Александр подкладывал под бёдра подушку. Запрокинув ноги на плечи Вани, Саша поправил подушку и обхватил руками шею Ивана. - Ты точно этого хочешь? - Да - сразу же ответил Пушкин - Хорошо - Ах~ На этом моменте мы оставим наших ребят. Не станем им мешать. Парни обрели своё счастье и имеют право насладиться им сполна. Пусть эта ночь будет только под их властью.