Ctrl+Z: I Screwed Up

***

Сегодня явно не тот день. Как, собственно, и вчерашний, и частично позавчерашний. Всё началось с того поцелуя в клубе, а потом пошло по одному месту настолько быстро, что Пак даже не успел оглянуться. Появление Чонвона в жизни команды явно начинает на него влиять, и это парню что-то совсем не нравится. Мало того, что раздражающе важное, но чертовски привлекательное личико Яна приходится наблюдать теперь каждый день, так он, оказывается, ещё и любит поязвить в ответ, чем только больше бесит. Повар явно злопамятный, а Хун терпеть не может извиняться, особенно, когда самому теперь приходится замазывать последствия чужой тоналкой, чтобы у фанатов не возникало лишних вопросов. Да, младший действительно подкинул мороки, да и правильно сделал, по сути, однако это не отменяет того факта, что он самая настоящая язва. Ещё, гад, и выжидает подходящего момента, чтобы цапнуть побольнее. Мелкая зараза — ничего не сказать. — Давайте пока без меня, парни, — начинает Сонхун, отъезжая назад, и встаёт с кресла, потягиваясь. — Пойду сделаю кофе, а то башка вообще не варит. Что глаза, что голова сегодня действительно отказываются функционировать, отчего геймер не может толком сосредоточиться на игре, постоянно отвлекаясь на какие-то мелочи. Надежда на то, что кофе поможет взбодриться и прийти в норму, всё же остаётся, однако для этого придётся вновь встретиться лицом к лицу с поваром. Судя по времени и звукам, раздающимся из кухни, он уже что-то готовит, ведь совсем скоро обед. Даже, блин, не придраться, ведь готовит парень действительно отменно, как бы Пак не старался найти изъян. Их, кажется, просто нет. Ну, или же Сонхун слепой, как крот — одно из двух. Как и всегда, Вон циркулирует по кухне из одной точки в другую, словно по уже выученному маршруту, и одновременно следит и за плитой, и за духовкой, держа каждый процесс под строжайшим контролем. Все уже поняли, что повар помешан на качестве чего бы то ни было, поэтому подобное поведение совсем не удивительно. Наоборот, даже похвально, ведь всегда можно быть уверенным, что блюдо приготовлено с надлежащей чёткостью и настоящим знатоком своего дела. Никто уж точно не отравится. — Спидометр сломаешь, язва, — Сонхун останавливается возле кофе-машины и не может не привлечь к себе чужое внимание очередным комментарием, получая в ответ лишь вскинутую бровь, да и всё на этом. Ноль на выходе. — У нас ещё осталось альтернативное молоко? — Глаза есть — открой холодильник и посмотри. Чонвон, очевидно, не собирается отвлекаться от приготовления обеда, поэтому отвечает коротко и доступно, пускай и звучит оно грубовато. Парень не смотрит на старшего, зато уверен, что тот уже прожигает в собеседнике дыру за подобное поведение. Тем не менее, дверца холодильника открывается так же быстро, как и закрывается, после чего Пак наливает соевое молоко в специальную ёмкость, чтобы впоследствии присоединить к кофе-машине. Нашёл всё-таки. — Общаешься, как попало, Ян, ты уж определись. Я всё-таки старше тебя. — Не плевать ли, учитывая, что кое-кто не только залез мне языком чуть ли не в самую глотку, но и облапал в качестве бонуса? — теперь Чонвон смотрит прямо в тёмные глаза, натянуто улыбаясь. — Вам ли, господин Пак Сонхун, рассказывать мне о каких-то нормах? — Настолько обиделся, что будешь припоминать до конца жизни? — Сонхун усмехается и скрещивает руки на груди, опираясь бедром на кухонный гарнитур, пока кофе не спеша льётся в кружку. Ян фыркает и закатывает глаза. — Я просто надеялся, что в тебе есть капля совести, чтобы элементарно извиниться, но по твоему лицу и так всё ясно, — Вон говорит размеренно и спокойно, отчего не сразу можно распознать истинные эмоции. — Жалею, что не разукрасил твоё лицо ещё сильнее, чтобы совсем неповадно было. Ах да… — глаза в глаза. — Научись нормально целоваться, а то слюнявый, как бульдог. Не понимаю, как с тобой вообще кто-то это делает. Парень не успевает моргнуть и пары раз, как оказывается пригвозждённым к ближайшей стене, упираясь в неё спиной. Запястья опутаны чужими пальцами и прижаты над головой, а лицо старшего оказывается намного ближе, чем нужно. Чонвон ни капли не удивлён подобному поведению спутника, поэтому смотрит на него слегка высокомерно, поначалу не вырываясь. Хочется посмотреть, насколько далеко тот опять зайдёт, поскольку совести у Пака, очевидно, нет, раз творит, что вздумается. Чужое дыхание на едва влажных губах ощущается отчётливо, однако, в отличие от Сонхуна, повар смотрит совершенно не на них, а выше — в тёмные глаза. Если он сейчас опять поцелует его без разрешения, Вон окончательно разочаруется в этом человеке, осознав, что первое впечатление было правдивым. Надежда на хоть каплю адекватности в поведении Пака всё же остаётся, несмотря на то, что уже начинает угасать. В конце концов, Чонвон не привык так быстро ставить на людях крест. Не в его стиле. — Руки убери от меня, — совершенно спокойно, но с нажимом проговаривает Ян, поскольку понимает, что нужно перемешать готовящийся в сотейнике соус. Сонхун ещё несколько секунд сверлит младшего взглядом, иногда спускаясь на губы, а затем окончательно отстраняется, возвращаясь за своим кофе. — Бесишь. — Ничего страшного. — Так вот, кто тебя разукрасил, — Чонсон заходит в кухню совершенно бесшумно и тоже подходит к кофе-машине, мимолётно оглядывая присутствующих. — Признаться честно, Чонвон, я впечатлён. Очень интересно… — Слушай, капитан, наливай кофе и не лезь, куда не просят, — фыркает Пак младший, но кухню не спешит покидать, делая жадный глоток недавно сваренного американо. Горько, потому что лучше надо было выбирать крепость, а не зажимать повара у стены, не понятно для чего. — Мне и одной высокомерной язвы достаточно. — Это ты про себя, милый? Аран оказывается рядом со своим парнем довольно быстро и, приобнимая за руку, целует его в линию челюсти, как-то хитро улыбаясь. На ней ничего, кроме длинной рубашки, очевидно, принадлежащей Сонхуну, но и та приспущена вниз, еле держась на плечах и открывая девичьи ключицы во всей красе. Округлые бёдра вроде и прикрыты, однако, когда девушка поднимает руки, те становится видно намного отчётливее, словно бы нарочно. Фигура у Аран действительно завидная, тем не менее, остальным ей наслаждаться не обязательно, учитывая, что они с Паком, вроде как, в отношениях. Именно поэтому Чонвон не обращает на это никакого внимания, занимаясь работой, а Чонсон без особого интереса сканирует чужой силуэт, через несколько секунд переключаясь на кофе. Их не привлекают чужие вторые половинки, поэтому другой реакции быть и не могло. Они с капитаном команды, кажется, удивительно похожи, потому одного взгляда друг на друга оказывается достаточно — парочка должна сама разобраться в своих отношениях. Их не касается. — Я, вроде как, просил тебя переодеться в нормальную одежду и не светить своими прелестями перед остальными, Аран, — недовольно бурчит Пак, сдвигая густые брови на переносице. Очередной жадный глоток и почти такой же взгляд в сторону Вона, повёрнутого спиной. Парень не знает, зачем опять пялится на него, подмечая тонкую талию в который раз, и мысленно делает вывод, что фляга посвистывает. Бесит. Раздражает. Чертовски манит. И это полный пиздец. Девушка лишь кокетливо заправляет локон за ухо и, приподнявшись на носочках, утягивает возлюбленного в короткий, но настойчивый поцелуй. Тот отвечает будто бы без особого энтузиазма, и никого подобное не смущает, ведь Сонхун так всегда ведёт себя: то притягивает, то отталкивает на глазах у всех. Поистине странный. У них неоднозначные отношения, больше похожие на свободные, однако они до сих пор вместе. О причинах, естественно, до конца не известно, хоть догадки и имеются. Хороший секс и пиар, и этим всё сказано. Не зря же Аран уже несколько лет работает моделью. Их тандем выгоден обеим сторонам. — Не бурчи, Пак, а то рычишь на каждого, кого видишь, — девушка проводит небольшой ладонью по груди Хуна и продолжает довольно улыбаться. Вновь приподнимается на носках, приближаясь к чужому уху. — Может, пойдём в комнату и ты выпустишь пар, м? — У меня всё нормально, Аран, — фыркает Пак, отодвигая спутницу от себя. — Тебе разве не нужно на съёмки? Почему до сих пор торчишь тут и отвлекаешь всех от дел? — Такой ты козлина, конечно, Пак Сонхун, — Аран показательно закатывает глаза и цокает, смещая фокус внимания на изредка переглядывающихся повара и капитана. — Чонвон-а, а когда, примерно, будет готов обед? Для меня найдётся порция? — Найдётся. Я заранее учёл этот факт, зная, что вы ещё не ушли, Аран, — Ян, как всегда, мастерски переключается на относительно официальный стиль и оборачивается, чтобы собеседница не разговаривала со спиной. — Что касается первого вопроса, могу сказать, что ещё минут двадцать пять и всё будет ждать на столе. — Вот видишь, Сонхун-и, я всё успеваю, — девушка радостно хлопает в ладоши, чем только раздражает возлюбленного, который явно планировал от неё избавиться в ближайшее время. — Как раз соберусь, пообедаю с вами и полечу на съёмочки. Классно же, да? — Отпад, блять. Сонхун разворачивается и всё-таки уходит обратно, не забыв взять кофе и кинуть недовольный взгляд в сторону повара, которому вообще фиолетово на подобные мувы. Кажется, Чонвон даже сделал вид, что ничего не заметил. Ничего удивительного, однако Пака задевает всё равно. Он не любит, когда его игнорируют какими-либо методами, особенно, почему-то когда это делает младший. Такой бесячий, но Хун по какой-то причине совершенно не может игнорировать нахождение Яна поблизости, ведь тот без конца маячит перед глазами. Звучит, как начало конца. Когда раздражённый геймер уходит восвояси, Аран проделывает то же самое, однако поднимается наверх, чтобы собраться в комнате парня, как и оговаривалось. Когда на кухне остаётся один лишь Чонсон, повар заметно выдыхает, чувствуя, словно бы до этого находился в напряжении. Конечно, Ян умеет изолироваться от внешнего мира, сосредоточиваясь на выполнении чего-то конкретного, однако после произошедшего с Сонхуном стало посложнее. Особенно, когда он на его глазах обжимается с собственной девушкой, пускай и без особого энтузиазма. В любом случае, Вон не может отделаться от чувства, что является третьим лишним. Будто бы ему не обязательно всё это наблюдать. Чонсон, кажется, испытывает что-то похожее, поскольку сам невзначай поглядывает на младшего, считывая реакцию. Когда главные источники шума уходят, капитан будто расслабляется и стоит теперь более комфортно, медленно попивая свой кофе и наблюдая за тем, как готовит Ян. Никого подобное положение дел не напрягает, поэтому оба процесса идут своим чередом: Пак старший отдыхает, а Чонвон подготавливает обед, выполняя прямые обязанности личного шефа. Идиллия. — Давно занимаешься готовкой? — русоволосый первым нарушает молчание, с повышенным вниманием смотря на то, как умело собеседник нашинковывает продукты. Повар на долю секунды удивляется искреннему интересу, проскальзываемому в голосе, но даже не думает останавливаться, поскольку многозадачность у Вона работает отлично. — Лет с пятнадцати полноценно, но ещё в детстве мне нравилось находиться на кухне у бабушки с дедушкой, помогая им, — с еле заметной улыбкой на лице отвечает он, предаваясь воспоминаниям. — Они как раз и рассказали про знаменитого Огюста Эскофье, а также о его вкладе в кулинарию. Меня очень вдохновил тот факт, что он начал в тринадцать и столького добился, именно поэтому я и поступил в Школу Кулинарных Искусств Огюста Эскофье в Бостоне, чтобы научиться чему-то новому и продвинуться на следующий уровень. Эти шестьдесят недель действительно стали поворотными в моём становлении в качестве повара, чему невозможно не быть благодарным. Всё точно не зря, раз я здесь. — Вау, — Чонсон, кажется, не ожидал подобного откровения, да и Вон тоже, тушуясь в моменте. Русоволосый понимающе кивает, а затем расплывается в улыбке, потому что правда впечатлён. — Ты действительно молодец, Чонвон, учитывая возраст. Сону говорил, что тебе двадцать, верно? Потрясающе. — Мне сейчас немного неловко стало, — Ян усмехается, смотря собеседнику в глаза. — Правда очень приятна подобная похвала, особенно, от вас, Чонсон. Мой лучший друг рассказывал мне, что искренне восхищается вами и вашими успехами. Без преувеличений. — Так, давай сначала без ненужных формальностей, ладно? — настроение спутника заметно поднимается после услышанного. — Просто «хён», как с Сону, договорились? С Хисыном точно так же, к слову. Теперь ты в какой-то степени часть нашей команды, но за кулисами, поэтому не выстраивай невидимых стен, которые совсем не нужны, — в ответ согласный кивок и больше ничего. Очевидно, знак продолжать. — Так вот, о твоём друге. Передай ему, что мне очень приятно. Он, кстати, играет или просто за нами следит? — Играет и уже довольно долго, если мне не изменяет память, — задумчиво проговаривает Ян, заглядывая в духовку. — Рассказывал, что заработал какой-то там крутой ранг, который не мог получить некоторое время, поэтому ходит теперь довольный, что лицо скоро точно треснет. — Вот как, — Чонсон хмыкает, размышляя о чём-то, отчего Вон смотрит в ответ, пытаясь понять, что же у старшего на уме. Тишина не успевает стать давящей, поскольку русоволосый вовремя нарушает её, желая задать ещё один уточняющий вопрос. — А какой ник у твоего друга, Чонвон? — М-м-м, кажется, Mimic…а что? — Mimic, значит, — Пак кивает несколько раз, становясь ещё более загадочным. — Я понял, увидимся за обедом тогда. — Ладно… И Чонсон уходит, оставляя младшего с кучей вопросов, на которые, будем надеяться, он скоро обязательно получит ответы. *** Финальный раунд приятельского матча. В комнате ощущается напряжение, которое давит на каждого, ведь любая ошибка сейчас может стоить победы. Счёт равный, а нервы уже на исходе, ведь китайцы сегодня, как с цепи сорвались — играют агрессивно и совсем не дают расслабиться. Кажется, соперники воспринимают всё намного серьёзнее, чем нужно, поэтому Краш Флоу невольно перенимают чужой настрой. Соперники настойчиво двигаются в мид и пытаются выдавить непрошенных гостей, используя любые приёмы, однако капитан сохраняет спокойствие, ожидая информации. — Шэдоу, что там? — интересуется он у однофамильца, сидящего неподалёку. Его задача разузнать всё по максимуму: от позиций до местоположения. — Трое в миде, — моментально сообщает Хун, продолжая хмуриться. Кажется, сейчас любой услышит работу шестерёнок в его голове, поскольку ослаблять бдительность нельзя. — Я погнал, короче. Нимбл, или же Нишимура Рики, — самый нетерпеливый из всех, когда дело касается игры, поэтому пальцы работают быстрее, чем что-либо, и он в мгновение ока срывается с места, погружаясь в гущу событий. Его хаос подкашивает чёткий строй соперника, отчего первые два убийства происходят молниеносно, что обе стороны не сразу понимает, что происходит. Правда, сам японец всё же падает третьим, принося себя в жертву ради команды, потому что безбашенный. Потому что может себе позволить. — Хэнди, Кавер, ваш выход. Уверенный голос капитана отрезвляет. Сону ставит стену на фланге как раз вовремя, чтобы спасти спину и секунды, пока его компаньон с вишнёвыми волосами заполняет карту смоуками, чем тоже выигрывает время. Таймер ужасно давит на уши, но спайк успешно установлен — уже радует. Значит, не всё потеряно. Шэдоу не стоит на месте и, использовав один из особых навыков, сносит ещё одного соперника, впоследствии давая дорогу со-командникам, потому что свои обязанности выполнены качественно. Когда Сонхун откидывается на спинку кресла после того, как унёс чужую жизнь, отдав и свою, невольно смотрит в сторону саппорта, который заметно нервничает, что можно увидеть невооруженным глазом. Японец, находящийся рядом, придвигается ближе и внимательно следит за действиями блондина, потому что не может усидеть на месте, пока Хэнди всё же ставит дефуз, а Фэлкон, как настоящий капитан, ответственно его прикрывает. — Пока, ребятки. Несколько точных выстрелов, и на экране высвечивается долгожданное оповещение — победа, которая чуть не ускользнула сквозь пальцы. Китайские соперники благодарят за хорошую игру, постепенно выходя из голосового чата, пока Краш Флоу облегчённо выдыхает, наслаждаясь исходом событий. Сону, чувствовавший на себе неимоверную ответственность, самостоятельно утягивает японца в объятия и утыкается в чужое плечо, чтобы успокоиться. Нишимура же поглаживает его по спине, широко улыбаясь — будучи убитым первым, он, как никто другой, ожидал конца раунда в пользу их команды, поэтому в данный момент не скрывает настоящих эмоций, особенно, когда в объятиях пригрелся переволновавшийся Хэнди. — Отличная игра, парни, молодцы, — тренер, всё это время практически молча наблюдавший за своими подопечными, выходит в центр, хлопая. — В моменте вы просели, конечно, но очень хорошо, что быстро реабилитировались. Все подробности обсудим уже на завтрашней тренировке, а сейчас, мне кажется, нам нужно вернуться к кое-какой довольно важной теме, которая в последнее время слегка игнорируется. — Запасные игроки? — интересуется Пак старший и тут же попадает в яблочко. Естественно. — Хотя бы один, Чонсон. Для начала хотя бы один. — И где нам его откопать? — Сонхун, как всегда, шумно вздыхает и не может не вставить своё слово. — Конкурс что ли устраивать? Морока такая. Разве мы впятером не справимся? — Справитесь, пока закон подлости не настучит по голове, Сонхун, — отвечает мужчина, давая понять, что оспаривать сказанное не имеет смысла. Абсолютно серьёзен. — Если понадобится конкурс, то сделаем и его. Менеджер Сон готов заняться этим в ближайшее время. Однако сейчас просто поинтересуюсь, есть ли у вас кто-то на примете? Пока остальные отрицательно качают головой, Чонсон действительно выглядит задумчиво. В голове крутится один лишь никнейм, обладатель которого, как оказалось, лучший друг их личного шеф-повара, и парень не может подумать ни о ком другом. Он знает его. Заочно. Через игру. Однако даже не представляет, как тот может выглядеть, хотя голос действительно приятный. Очень странно, что Пак вообще обращает на это внимание, раз они даже не знакомы толком. Тем не менее, тот факт, что Мимик дружит с Чонвоном уже говорит о многом. Вряд ли бы Ян близко общался с по-настоящему плохим человеком, ведь характер у него дай бог каждому — требовательный. Собственно, именно поэтому у капитана Краш Флоу теперь намного больше желания увидеть этого паренька вживую, поскольку со стилем игры уже достаточно знаком. Полгода как. — Хён, ты чего так сильно задумался? — интересуется вдруг Ким, отлипнув от Рики, и внимательно глядит на лидера. Тот первое время практически не моргает, однако потом всё же спускается с небес на землю и смотрит на остальных, прочищая горло. — Ничего, всё окей, — говорит он и поднимается со своего места, потягиваясь. — Конкурс так конкурс. Предлагаю отобрать около двадцати кандидатов, которые сейчас показывают хорошие результаты в рейтинге, а потом пригласить их к нам на базу, чтобы испытать в деле и проверить, подходит ли нам кто-то по вайбу. Думаю, по-другому никак. — Я заебался, как только это представил, — комментирует Сонхун, оттягивая собственные волосы чуть назад, и прикрывает веки. Чонсон бросает на него серьёзный взгляд, сведя брови на переносице. — Может, играть ты тоже заебался, Шэдоу? М? — кажется, старший сыт по горло чужими недовольствами, отчего остальные невольно напрягаются. — Так говори сразу, и запасной игрок станет основным так быстро, что не успеешь моргнуть. Незаменимых нет, Сонхун, и если ты не пересмотришь своё поведение в целом, то я не удивлюсь, когда от тебя устанут буквально все, перестав общаться. — Да ладно тебе, хён…чё так завёлся? — Я всё сказал, — отчеканивает русоволосый и направляется к выходу из комнаты, чтобы немного отдохнуть. — Отбор я проведу с менеджером Сон и тренером сам, поэтому никому даже напрягаться не придётся. Увидимся на ужине. *** Несколько дней спустя. Зная, что днём в доме станет на двадцать человек больше, Чонвон решил сходить на местную ярмарку неподалёку до завтрака, оставив всю еду на столе вместе с запиской. Менеджер Сон любезно предоставил повару водителя, который помог бы с пакетами да и отвёз бы туда-обратно без лишних проблем, поэтому, не забывая про время, парень успел довольно оперативно пройтись по небольшим палаткам с продуктами местного производства и выбрать что-то подходящее. Даже смог договориться с некоторыми о доставке один-два раза в неделю с небольшой скидкой, учитывая количество. В целом, всё прошло плодотворно, отчего Ян возвращается обратно прямо к тому моменту, когда геймеры, кажется, заканчивают трапезу, практически не разговаривая. Как говорится, поднять подняли, а вот разбудить забыли. Особенно, Сону, который, опустошив тарелку, роняет голову на плечо сидящего рядом Рики и пытается не опускать веки, борясь со сном. Остальные же более-менее, если судить по внешнему виду. Чонсон, конечно же, самый собранный из всех, хотя по кругам под глазами можно сделать вывод, что он особо и не спал. Видимо, переживает из-за сегодня. — Приятного аппетита всем, кто ещё ест. Чонвон не доходит до обеденного стола, сворачивая в кухонную зону прямо перед ним. Киберспортсмены здороваются, и только через несколько секунд замечают количество пакетов у младшего в руках. Хисын сразу же поднимается с места, перехватывая несколько, а затем приносит оставшиеся из прихожей, оставляя их там, где попросил Ян. Мягкая улыбка, слова благодарности, и обладатель вишнёвых волос вновь возвращается к со-командникам с чувством выполненного долга. Капитан показывает ему на это большой палец. — Чем ты там затарился, оптовик? — интересуется Нишимура, пытаясь рассмотреть содержимое с относительно большого расстояния. — Вкусняшки всякие? — Скорее, то, из чего эти «вкусняшки» можно сделать, — усмехается Вон и начинает складывать продукты в холодильник, попутно выкладывая сделанные с вечера заготовки для гостей. — Кто-нибудь хочет и может мне помочь? Кроме Кемури, естественно. — Пойду покурю, — Сонхун встаёт из-за стола внезапно и, как всегда, неоднозначно переглянувшись с поваром, идёт к выходу на улицу. Ян на это лишь закатывает глаза. Ничего удивительного. — Я могу помочь, — Чонсон поднимается со стула и берет с собой грязную посуду, чтобы сложить в раковину и не оставлять беспорядок. — Парням нужно ещё привести себя в порядок, а я уже готов. Мне всё равно нечем заняться во время ожидания. Чонвон слегка удивлён, что именно капитан вызвался протянуть руку помощи, поскольку он думал, что тот обязательно будет чем-то занят, однако всё получилось совсем по-другому, и младший ни капли не против. С этим Паком комфортно до безумия, даже если дело касается простого молчания, именно поэтому повар улыбается одними уголками губ и моментально делегирует помощнику разобрать продукты и разложить их по разным местам, пока сам собирает несколько видов закусок из сделанных заранее заготовок. Работа идёт слаженно и своим чередом — такой тандем из двух ответственных до мозга костей людей не может по-другому, поэтому вскоре пакеты становятся пустыми, а тарелки — полными. Чонсон принимает участие в подготовке канапе и даже делает успехи, пускай намного медленнее, чем молодой шеф. Вон, кажется, способен готовить и с закрытыми глазами, поскольку зачастую выполняет некоторые процессы на автомате, не замечая этого. Тем не менее, парень не забывает подсказывать спутнику, давая полезные советы, отчего совсем скоро подготовка закусок для всех объявляется оконченной. Каждый заметно доволен собой, однако всеобщую радость прерывает внезапный звонок в дверь, который заставляет переглянуться. Оба смотрят то друг на друга, то на время, ничего не понимая. Кажется, до прибытия игроков ещё сорок минут, но кто-то явно пришёл раньше. — Я открою, — говорит Пак и снимает с себя фартук, выданный поваром во избежание нежелательных пятен на абсолютно чистой одежде. Чонвон согласно кивает и переключается пока на посуду, не особо долго смотря старшему вслед. Нельзя отвлекаться. Чонсон же не спеша подходит к входной двери и, справившись с замком, аккуратно открывает её, впуская в дом свежий воздух. Перед ним лишь улыбчивый парень с пепельными волосами, который, узнав во встречающем капитана команды, тут же вскидывает брови, явно не ожидав их встречи так скоро. Взгляд незнакомца любопытный, и Пак отчётливо ощущает, как тот скользит по его силуэту, нескрываемо изучая. В целом, русоволосый этому никак не препятствует, поскольку сам делает практически то же самое. — Извините, а к вам лучше обращаться Фэлкон или же просто Чонсон? — незнакомец задаёт вопрос первым, и старшего тут же пронзает осознание, что этот едва хриплый голос уже знаком ему. Даже слишком. Именно поэтому Чонсон молчит дольше обычного, однако довольно скоро будто бы приходит в себя, усмехаясь. — А к тебе — Мимик или же просто Джеюн? — Можно ещё Джейк, раз уж на то пошло, — Шим заметно расслабляется, и его искренний смех доносится до чужого уха. — Удивлён, что вы меня узнали, несмотря на то, что я ещё нигде личиком не светил. — Слышал голос несколько раз, — откровенно врёт капитан, пока ещё не решаясь выдать тайны, которую хранит вот уже полгода. — У меня хорошая память. — Очевидно, — комментирует младший, а затем делает шаг навстречу, становясь немного ближе и склоняя голову в бок. — Так что? Мне лично без разницы, поэтому можете называть, как хотите. Отзываюсь на всё. — Мой ответ такой же, — Пак делает несколько шагов назад и впускает раннего гостя внутрь. — Проходи и располагайся. Ты пришёл слегка раньше, чем нужно. — Я специально, если что. Джеюн хитро улыбается и, оставив обувь в прихожей, двигается в глубь дома в компании старшего, который наблюдает за ним с каким-то повышенным интересом, порождая некоторые вопросы. Насколько Шим знает, капитан Краш Флоу обычно нейтрален и не выражает особых эмоций, однако в данный момент лимит заметно превышен, что очень и очень любопытно. Хотя, в целом, парень-то и не смеет жаловаться, поскольку сам обычно пускает слюни на Пака старшего, восхищаясь чуть ли не всем, что тот делает, поэтому от такого внимания просто незаконно отказываться — Юн убеждён. В гостиной уже находится, кажется, вся команда, отчего Шим несколько тушуется, однако практически не подаёт вида, двигаясь дальше. Киберспортсмены быстро замечают новое лицо в своём доме и теперь смотрят только в его сторону, ожидая хоть какой-то информации. — Парни, это Мимик или же Шим Джеюн, и он один из сегодняшних кандидатов на место запасного игрока в нашу команду, — представляет младшего Пак, после чего остальные практически одновременно здороваются, не переставая сканировать парня глазами. — Всем привет. — Какая у тебя позиция? — сходу интересуется Нишимура, поглаживая серого кота, который тоже заинтересован появлением гостя. — Гибрид, — заявляет Юн, улыбаясь. — Мне не принципиально, на какой позиции играть. Хорош на всех. — Самоуверенно, — комментирует никто иной, как Пак Сонхун, и усмехается, оглядывая собеседника сверху вниз. — Сколько лет? — Двадцать. — О, как и нашему Чонвону, — точно подмечает Сону, поправляя блондинистые волосы, а Пак младший на упоминание повара лишь неоднозначно фыркает, что не укрывается от чужих глаз. Хун-то не в курсе, что Джеюн в курсе буквально всего, что произошло. — Вы точно подружитесь. — Он уже мой лучший друг, хён, — Ян вытирает руки полотенцем, очевидно, закончив с мытьём посуды, и моментально перенимает всё внимание на себя. Ким приоткрывает рот от шока, часто хлопая глазами. — Реально? — Абсолютно, — подтверждает Джеюн, а затем здоровается с другом, сопровождая это привычным рукопожатием, и улыбается так широко, словно вот-вот выпрыгнет из штанов. — Сюрприз, Чонвон-а. Вот увидишь, я всех тут порву и докажу, что достоин места в этой команде. — А мне нравится этот парнишка, — Хисын, всё это время сохранявший молчаний, наконец, усмехается и показывает младшему большой палец. Остальные тоже улыбаются — все, кроме, конечно же, Пак Сонхуна, который вновь собирается отличиться. — Посмотрим, насколько его слова не пустой звук, — Хун наполнен скептицизмом, поэтому переводит взгляд с повара на его друга, словно пытаясь найти, к чему бы придраться. Зато Джеюн ни капли не тушуется — лишь сильнее расправляет плечи, вскидывая подбородок повыше, чтобы продемонстрировать уверенность в собственных словах. — На все сто процентов, поэтому просто наблюдайте и наслаждайтесь.