Чей-то конец может быть чьим-то началом

Стоявшая на веранде девушка была подобна божеству,спустившемуся в этот мир дабы совершить величайший суд. Она была первой Принцессой Великой Лян,что ценилась словно небесный нефрит. Её шёлковые одежды с серебряной вышивкой развивались благодаря легким потокам воздуха, заставляющим листья на деревьях шуршать,а траву пригибаться к земле. Вместе с апрельскими лучами солнца,светящимися подобно светлячкам в самое темное время,в Великой Лян началось время смуты. Аньдинхоу,находящийся на Северной границе больше не был столь смел и уверен в ситуации на фронте,как семь месяцев назад,а потому бережно оберегаемого принцессой сына с собой не взял. Чёрные,словно непроглядный покров ночи волосы колыхались в воздухе и на легких одеждах,подобно мягким волнам после штиля.  Он не любил носить броню,что давал ему отец; она сковывала его как тиски,давящие со всех сторон,заставляющие задыхаться,заставляющие слезиться глаза,заставляющие вспоминать тот кошмар,ту северную границу,на которой было «безопасно».   В любом случае,этого больше нет,это стоит забыть.  Перед матерью стоял её сын. Это был ребенок,высотой по её пояс. Тем не менее, ни принцессе, ни Великому маршалу не было жаль очередных извращенных наказаний для него.  Глаза его,хоть и практически слепы,светились. Мириады звезд казалось, мерцали в тёмно-голубой радужке, практически скрывающейся за длинными ресницами,что ели заметно дрожали. Вот только посмотрев внимательнее, волосы юного Цзыси более не казались мягкими и нежно струящимися. Должно быть,блеск его волос исчез и с последней надеждой на умиротворённую жизнь придворного. Бледный цвет кожи ценился средь аристократов,но не такой,не похожий на цвет полотна бумаги,ещё не тронувшую кисть с чернилами поэта.  -матушка, Ветер,наконец,стих,а одежды с волосами стоящих друг напротив друга принцессы с новым Аньдинхоу перестали колыхаться и теперь покоились на их плечах. -мне предстоит три года траура по причине смерти отца-маршала, чувствуете ли вы облегчение?  Семнадцатое апреля стало датой,когда одиннадцатилетний сын превзошел по статусу свою мать,дочь императора.