Рыжий след на мху

Карие глазки блуждали по экрану нового "Nintendo Switch",тонкие забинтованные пальцы не отставали — зажимали и дёргали черные кнопки, заставляя героев драться и бежать. Худощавые ноги были скрещены, а спина согнута — так Дазай и проводил сегодняшний день с самого утра, ни о чём не беспокоясь и вовсе не желая ничего делать. Из коридора послышались громкие, бегущие шаги. «Коротышка Чууя», — сразу понял он. У Дазая была отличная память — он мог различать шаги каждого в этом здании: от незнакомца до лучшего друга. Шаги становились всё громче, отчётливее — кто-то явно бежал в сторону их общей халабуды. Скрип — открылась дверь. Кто-то мигом захлопнул её, на секунду прижавшись спиной к деревянной поверхности, прежде чем направиться к кровати, где всё так же бездельничал Дазай. Оказавшись совсем рядом, Чууя обнял его сзади, а кареглазый даже не пошевелился — всё так же продолжал играть. — Дазай... бежать... нам нужно бежать... Мори злится...!! Пробубнил он сквозь тяжёлое дыхание. Дазай наконец оторвал взгляд от экрана и посмотрел на друга через плечо. — Украли... у босса украли деньги... он наказывает всех, пока кто-то не признается...!! Дазай замер от ужаса, услышав это. Прошёл уже месяц с тех пор, как Мори начал вести себя странно. Раньше, в наказание за непослушание, он мог лишь дать подзатыльник или поджопник. Но в последнее время это сменилось на более радикальные меры. Босс стал грубым, больше не тот добрый дядька с щетиной — теперь он был настоящим кретином, без малейшего чувства жалости к беззащитным детям. Он бил, лупил головой об стены и даже вытащил свой кожаный ремень с железной пряжкой. Дазай мигом кивнул, отбросив консоль на кровать, и начал забираться на подоконник — как всегда, собираясь вылезти через ветки дерева и оказаться на улице. Вот уже нога оказалась на подоконнике, Чууя стоял рядом, готовый в случае падения поддержать друга. У Дазая зазвенело в ушах... он даже не услышал тяжёлые, грозные шаги мужчины. Дверь уже распахнулась, обнажая босса — с расстёгнутым ремнём, растрёпанными волосами и потным лицом. Оба парня замерли, затаив дыхание. — Куда собрались!? Рявкнул Мори, вступая в комнату. Даже если бы они и сбежали... всё равно их настигла бы та же участь, что и сейчас. Или, может, ещё хуже. Словно в тумане, Дазай открыл глаза. Он ничего не помнил — лишь адское покалывание во всём теле и безостановочно текущие, словно река, слёзы. Он сел, осмотрев себя — Мори «наградил» его бледное, и без того изломанное тело, шрамами, синяками и ожогами от сигарет. Дазай не сразу заметил Чуую — тот казался таким маленьким, лежащим у кровати. Он лежал на боку, хоть как-то пытаясь прикрыться руками от позора изуродованного, обнажённого тела, но был слишком слаб. Глаза полуприкрыты — в них не осталось ни блеска, ни желания жить, говорить, ходить. Просто быть. Дазай подполз к Чууе, перевернул его на спину и лёг сверху. Даже сейчас он искал выгоду лишь для себя — тепло друга. Его не волновало что Чууя был сломлен снаружи и изнутри. Он хотел согреться. Не чувствовать себя одиноким на окровавленной кровати, пока друг лежал на холодном полу — в красно-белой луже, подёргиваясь и скуля от каждого прикосновения.