FORGIVE ME, MY LOVE

Пэлиас открывает глаза. Ещё один несчастный день. Прошла уже неделя с его воскрешения. А именно с того момента когда он разочаровался в своем возлюбленном, в самом близком человеке. Вставать нет сил. Не хочется вновь видеть его неузнаваемое лицо, чувствовать рядом с ним холод. Но эльф старается быть сильным, во всяком случае хотя бы так выглядить. Он поднимается, поправляя белую ночную рубашку на себе, после чего накидывает выданный ему плащ — весь темный, совсем как здешнее место. За пределами его спальни, стоит кромешная тьма. Коридор освещается лишь редкими окнами, от которых исходил хоть какой-то свет. Пэлиас тихо шагая, медленно добирается до балкона — вид отсюда открывается в основном на домики мелких бессов, но лесного эльфа с непонятной причины сюда тянуло. Однако, есть и проблема: — Ты опять здесь? — сурово вздыхает Пэлиас, глядя в спину Падшего рыцаря. — Я не могу застать тебя нигде, кроме этого места, — отвечает тот, оборачиваясь. Его новый облик сильно пугал эльфа, однако тот этого не показывал. — Ясно, — равнодушно роняет Пэлиас, сделав два шага к Сфинктериону. — Ты зол на меня? — спрашивает тот, пытаясь взять друга за руку, однако напрасно. Пэлиас промолчал, отдёргивая руку. Слово "зол" слишком мягко для его нынешнего морального состояния. Его терзало чужое равнодушие, будто плевать, лишь бы у тебя самого всё было. Словами не описать как чувствовал себя лесной эльф в первый день знакомства с новым лицом Сфинктериона, сейчас же — Падшим рыцарем. — Пэль, тебе лучше? — пытается разговорить Сфинктерион, испытывая крайнее сопереживание и ответственность за состояние друга. — Скажи, если что-нибудь не так.. — Всё не так, Сфинктерион, — вспылил Пэлиас, гневно подняв взгляд. В его добрых глазах отражалися страх и злоба. Затея Падшего рыцаря вышла из под контроля, он не думал, что эльфу от этого будет так больно. Сфинктерион рассчитывал на возрождение их счастья, хотел вновь выстроить по ступенькам им рай. Но, всё это оказалось невиданными чудесами. Да, реальность жестока. — Пэль, послушай.. я хотел как лучше.. — Свин, — перебил эльф. — Я умер, запомнив тебя как героя и моего любимого.. и что я вижу сейчас?! Ты предал сторону добра!.. — Пэлиас, я тебе уже это объяснял, — отрезал Сфинктерион. — И что? Я должен закрыть на это глаза и жить так, как хочешь ты?!.. Свин, подумай и обо мне.. — Я думаю, Пэль. Я думал только о тебе с того дня, когда потерял тебя. Продолжаю думать о тебе одном, как ты не понимаешь? — Но я же не счастлив. И ты тоже. — Мы оба тонем, я знаю. Поэтому хочу исправить это. Помоги мне, а я в ответ помогу тебе.. — Поможешь мне, серьезно? — Прошу тебя, давай сделаем друг друга счастливыми.. — Нам с тобой счастье не светит. — холодно сказал Пэлиас. — Поверь. А впрочем я его тебе не доставлю. Он круто разворачивается пропадая в тусклых тенях коридора. Сфинктерион печально смотрит в его сторону, обдумывая всё в сотый раз. И вывод всегда выходит один — он во всём виноват, никакие усилия не заставят Пэлиаса жить не зная бед, не смогут даже сделать муляж "счастья", а каком подлинном идёт речь? Падший рыцарь сдался, не нужно было и думать о воскрешении, он покарал себя за садеянное, часто наводил себя на мысли о дальнейшем, что же теперь делать? Что будет с Пэлиасом? Однако подобрать ответ тяжело, а скорее просто на самый вероятный закрывались глаза. Ведь это очевидно — эльф будет верен "добру" и поспешит сбежать из Черного Геленбурга к своей крысе, но кто ж его пустит? Если жалкие попытки бегства не увенчаются каким-либо успехом Пэлиас наверняка покончит с собой.. Сфинктерион вздрогнул — вот, то чего он опасался больше всего на свете. Падший рыцарь прижимает ладонь к груди, сердце бьёт ой как неспокойно. Пэлиас словно неживой переставляет ноги, погружаясь в транс, ему больно и плохо, он готов кричать о несправедливости, о том как подло с ним поступила родная душа. Лесной эльф вновь в своей спальне, дверь за ним наглухо закрывается. Его тело, словно труп падает на жёсткую постель. Боль с ним в одной комнате, но чуть угасла, не ощущается так сильно, как в первые дни. Взгляд приковывается к изголовью кровати и рядом стоящей тумбочки. Он только сейчас замечает лежавшую на ней шкатулку. Пэлиас приподнимается, потянувшись за коробочку. В нём проснулся хоть и мелкий, но интерес, сейчас так не обходимо отвлекаться от тоски. В его руках оказывается шкатулка с красиво вырезанными узорами. Однако странно, она была пуста. Тут с глухим скрипом отворяется деревянная дверь. — Уходи, — сердито оскалился эльф. Сфинктерион продолжает стоять. И Пэлиас это понимает, злобно вскидывает голову, различая в темноте горящие огнём глаза и корону. От этого мрачного вида эльф дрогнул: — Уходи! — повторяет Пэлиас, нахмурив брови. — Ты не слышишь?! — Пэль, мне нужно поговорить.. — Уходи! Я видеть тебя не хочу! — вскричал лесной эльф, чувствуя как начинает дрожать от новой волны злости. — Пэль, послушай, — спокойно настаивал Падший рыцарь, делая шаг вперёд. — Я не займу много времени.. — Ты не уйдёшь да? — всё не переставая агрессировал Пэлиас, поднимаясь на ноги. — Оставь меня! Не трогай..! Он отпихнул чужую руку, которая намеревалась коснуться его. — Прости, прости за всё, — прошептал Сфинктерион, делая ещё одну попытку ухватиться за ладонь эльфа. Тот как и прежде не позволил. — Пэль, я умоляю тебя, поговори со мной.. — Не буду. — Я знаю, что ты мучиишься из-за меня. Как я могу искупить вину? Я всё сделаю ради тебя.. — А воскресил тоже ради меня?! Я умер! Слышишь?! Умер! Если бы ты испытывал такую же любовь, как и я к тебе когда-то, то меня бы не было здесь! — Моя любовь к тебе не имеет границ, Пэлиас. Каждое моё действие было и будет ради тебя.. — Но ведь воскресив меня, ты сделал только хуже..! — Сейчас я это понимаю. Поэтому и прошу у тебя прощения.. Послушай, мне очень жаль, мне больно смотреть на твои страдания. Позволь я как-нибудь исправлю свою ошибку.. — Нет, нет.. Ты никогда её не исправишь.. Пэлиас неуверенно движется назад, столкнувшись с кроватью. В его голове метаются тысячи мыслей, он не в силах их переворить или концентрироваться на одной из них. — Уходи, — ещё раз просит эльф, только уже без сил. — Пожалуйста, уйди.. — Я не уйду, пока ты не примешь мою помощью, — как можно ласковее и добрее произнёс Сфинктерион, медленно подбираясь к возлюбленному поближе. Тот был рассеян из-за злобы, не заметив его приближения. — ... — Пэль, взгляни на меня, — тихо говорит Падший рыцарь, аккуратно касаясь пальцами чужой щеки. Пэлиас не произвел отвращения к его прикосновению и даже послушался. Поднял убитый взгляд, будто высекая кровью свою подавленность. — Я безумно тебя люблю, — сообщает Сфинктерион, стараясь быть максимально нежным с словах. — Жизнь за тебя готов отдать. — Правда? — саркастично улыбается Пэлиас. — Хах.. — Ты меня больше не любишь, да? — ... В глубине души наверное осталась наша с тобой искра. Она даже порой оправдывает твой поступок, Свин. — Не хочешь дать шанс этой "искре"? — Хочу, но не могу, — грустно отвечает эльф, сонно прикрывая глаза. — Знаешь.. мне кажется, что желания намного важнее, всего остального. — Что ты хочешь, чтобы я сделал, под этим твоим "желанием"? — От тебя мне нужна лишь солнечная и счастливая улыбка, Пэль, больше ничего. — Твоему новому образу Падшего рыцаря не идёт нежность, — замечает эльф. — С тобой я другой. — Какой же? — Настоящий, искренний. — Чего ты хочешь добиться этим разговором? — Вернуть твою любовь, хотя бы часть. — Молодец, вернул. Пэлиас пользуется чужой рассеянностью и целует в раскрытые губы. Сфинктерион удивляется, не смея теперь и шевелиться. Их поцелуй такой мягкий, лёгкий и даже неловкий. За столь долгое время разлуки они позабыли о этой сладости, об чувстве таяния. Падший рыцарь полностью помещает свою ладонь за чужую щеку. Они шумно чмокают, словно голодные едят губы друг друга, пока в памяти происходит обновление. Оторваться тяжело, слишком оба измучились и соскучились. Их горячии дыхания жгут лица, однако и греют, создавая облако зачарованности. Медленно отдаляясь ни Сфинктерион ни Пэлиас не роняют слов. Они вслушиваются в тишину, успокаиваются, приводят частоту дыхания в норму и напоследок, с облегчением вздыхают. — Мне уйти? — доносится голос Падшего рыцаря. — Нет. Останься со мной на эту ночь. — Ты прощаешь меня? — Прощу только тогда, когда получишь мой последний подарок. "последний подарк"..? Что это значит? Сфинктерион не решился уточнить, не хочет мучить без того подавленного Пэлиаса вопросами. — Ты наверное не раз хотел провести со мной ночь, верно? — слабо улыбнулся эльф. Падший рыцарь же оторопел. — Что ж, не буду врать, я тоже.. думаю другого шанса нам не достанется. — Пэль.. Пэлиас заманивает в ещё один поцелуй. Медленно подводя к постели. Через мгновения они уже сидят, не прекращая целовать. Всё так же мягко, легко и нежно, словно обращаются с хрупкой вазой. Поцелуй прерывается, оба глубоко дышат, возобновляя запас кислорода, затем опять липнут друг к другу. Рты невольно издают громкие чмоки. Когда же эльф стал сыт поцелуями, Сфинктерион опустился на колени перед его ногами. — Что ты..? — начал было Пэлиас, как вдруг Падший рыцарь резко и крепко обнял его за талию, прижимаясь головой к его животу. — Ооо, — печально умилился лесной эльф, ласково кладя руки ему на затылок. — Свин? — Мм? — Что эта за шкатулка? — В ней должен был лежать мой тебе подарок. Я просто не решился тебе его подарить. — Что же ты хотел мне подарить? — Сейчас это не к месту.. надеюсь ты понимаешь о чём я. — Хах, я всё понять не могу, как ты мог надеяться, что я буду счастлив увидев тебя и здешнее место, а? — ... Сфинктерион не ответил, а впрочем на этом диалог уже и закончился. Он оставался обнимать любимого за животик, пока обоих не начало клонить в сон. Пэлиас безмолвно зевнул, в то время как Падшим рыцарь отправился в свою спальню за ночьй одеждой. По пути он не мешкался, хотел как можно быстрее вернуться к любимому. Схватил белые одеяния и бросился назад. Однако отворяя дверь, он застал эльфа уже спящего. Как же тот был измотан, за проведенные здесь ночи, наверняка столкнулся с бессонницей или жутким стрессом. Как же Пэлиас заслуживал спокойного сна и отдыха, который Сфинктерион так стремился ему обеспечить.. Утром они просыпаются с трудом, глаза слипались, сон никак не разгонялся. Падший рыцарь бережно прижимал ближе к себе лесного эльфа, одна рука лежала на его затылке, вторая на изгибе талии. Дыхание Пэлиаса приходилось Сфинктериону в шею, что очень смиряло его внутренние неспокойствие. — Ммым, — сонно простонал эльф, открывая глаза. — Мм.. — Поспи ещё немного, — заботливо проговорил Падший рыцарь, потрепав того за макушку. — Н-нет, — протянул Пэлиас, отодвигаясь от Сфинктериона, тот его сразу же выпустил. — Пэль, тебе лучше? — Н-не знаю.. — Сегодня ты наконец-то сумел поспать. — Не думай, что это благодаря тебе. Я.. я просто вчера вымотался.. — Отдыхай почаще, хорошо? — Хах, ты же сам устроил мне ужасную нервотрепку, забыл? — ... Прости.. — Да-да, я уже это слышал, — Пэлиас присел. — Надеюсь, ты будешь дорожить моим последним подарком. — Я буду дорожить всем, если оно касается тебя.. просто я не доконца понял, что значит "последний подарок"? — Скоро ты его получишь. Сфинктерион в лёгком недоумение замолк. Вчера, за столь долгие мучительные дни эльфу наконец удалось улыбнуться. Падший рыцарь успел забыть как был влюблен в его улыбку, хоть она и подразумевала печаль с тоской. Сердце одним слово разрывалось на две части. — Пойду умоюсь, — сказал Пэлиас, отогнав Сфинктериона от думаний. Он вяло поднялся на ноги, сделав пару шагов к двери, а затем скрылся за ней. Видимо его злость сбавила силы, это особенно заметно после диких скандалов в первые дни. Та ярость, что бушевала в нём, то непонимание, та защита, те неконтролируемые эмоции.. Всё это забыть слишком трудно. Сфинктерион был рад и печален одновременно. Пэлиасу сегодня словно стало легче, но ведь ситуация и обстоятельства не сменились. Так ещё и "последний подарок", что это значит? Что эльф собирается дарить? И почему он "последний"..? Падший рыцарь не предвещал от подарка Пэлиаса ничего хорошего. Непонятная тревога вдруг охватила его. Но он всё же решил не брать в голову дурацких мыслей, чуть растянулся, подскачил на ноги и поспешил к любимому, он как и прежде не хотел оставлять того без присмотра. Через пару минут они оба пошли завтракать, однако при виде бессов и остального жуткого дворца Пэлиас вновь потух, возвращая убитое лицо. Сфинктерион принялся переживать и расспрашивать эльфа о его состоянии, однако тот как будто не желал поддерживать диалог и вовсе ушёл в себя. Когда же был готов завтрак, он потерял аппетит, едва справляясь с половиной своей порции, после чего быстро покинул адских созданий и Падшего рыцаря в том числе. Весь оставшийся этот день Пэлиас всячески прятался, стараясь не попадать никому на глаза. Сфинктерион снова стал беспокойно метаться по дворцу в поисках эльфа, почти под ноль теряя надежду на восстановление их понимания и моста любви. Вчерашняя ночь к сожалению никак не помогла. Ни разговор, ни проведенное вместе время. Пэлиас вернул тоску, начиная, как и впервые дни, делать больно, резать ножом своё и чужое сердце. Ведь он не простил, никогда не простит. Сфинктерион решается дождаться вечера, того момента когда эльфа потянет на тот самый балкон. Время — поздняя и глубокая ночь. Падший рыцарь всё ждёт. А Пэлиас не появляется. Сфинктерион несколько раз ходил к его спальне, но та была заперта, он даже устраивался на полу изредка постукивая в деревянную дверь. — Пэль, ты там..? Ответа нет. Нет и какого-либо шума. — Я люблю тебя, — он говорил это всегда, от всего сердца. Никогда не считал эти слова излишними, ни в какой ситуации. Время долго и мучительно, но шло. Вот уже начало гнать в беспамятный сон, но его отгоняла тревога. Где Пэлиас? Вдруг с ним что-то случилось? Сфинктерион стоит на балконе, его длинный плащ развивает прохладный, свежий ветер. Внутри беспокойно, всё переворачивается и крутится. Падший рыцарь резко разворачивается, быстрым шагом снова направляясь к эльфовой спальне. Дверь, как и была закрыта. Сфинктерион теряет терпение, сильным толчком выламывает замки, со страхом оглядывая комнату. Там никого. Только настежь распахнутое окно, заправленная постель и тумбочка, на которой лежала шкатулка. Падший рыцарь делает неуверенный шаг. Вроде всё спокойно, но тогда где же Пэлиас? Как он мог покинуть спальню, закрыв её изнутри? Может сбежал через окно? Сфинктерион тут же выглянул в него. Темно, никаких следов бегства. Но всё же.. Падший рыцарь на мгновение решает осмотреть весь дворец на Виверне, однако его внимание вдруг зацепилось за коробочку. Он медлит, но берёт ее в руки. Ещё секунда, как мир начинает рушиться. Нет, нет, нет.. нет.. Сфинктерион цепенеет. Руки дрожат, ноги подламываются, дыхание сбивается — грудь словно сдавили цепью. Беспощадный мрак охватил его с головой. Что ты наделал Пэлиас.. Зачем? Зачем ты так со мной?! Нет, нет, нет, этого не может быть.. Мир рассыпается на тысячи кусков. Падший рыцарь почти теряет сознание, сердце словно обратилось в сумасшедшее, начиная бешено колотиться. Он покрывается потом, боясь и пошевелится. Нет, перед ним никак не может быть реальность.. ведь так? Пэлиас никогда бы не стал.. Но ведь вся правда лежит в его ладонях. То, что так ужаснуло Сфинктериона не описать словами. Там находилось сердце. Живое, вырванное сердце. Капли крови медленно стекали с алых клапанов. Душа Падшего рыцаря воспламеняется огнём. Всё живое превращается в пепел. Его руки касаются эльфийского сердца, открывая глазам что-то белое, похожее на бумагу. Сфинктерион боится, ему плохо. Сознание действовало само, без его контроля. Вот уже штакулка с вырезанным сердцем лежала на месте, а в руках было письмо, которое гласило: "Сфинктерион Лёвенхарт — мой возлюбленный, мой любимый, ты моя душа Свин, моя жизнь. Наше счастье долго не длилось, ты потерял меня, очень рано. Наверняка настрадался и соскучился, ничем другим я твой поступок оправдать не могу. Здесь мне было плохо, я чувствовал себя убитым, ты меня убил. Убил своим новым обликом, своей изменой добру, во благо которого я и существовал. Ты найдешь мой "последний подарок", а им окажется моё сердце. Свин, ты же так хотел завладеть им, верно? Любви добился, держи и само сердце, теперь оно твоё, распоряжайся как пожелаешь. Однако знай — я любил тебя всегда. Даже в эти дни. Я не простил тебя, но ты постарайся простить меня. За то, что видел в тебе только зло. За то, что забыл, как сильно я тебе был нужен. Но не стоило это делать. Мой дорогой Свин, не повторяй ошибок, пытайся жить с тем, что есть. Одно только я могу оставить тебе в память — мое сердце, знай оно не достойно никого, только тебя, потому что и билось оно только ради тебя одного. Прошу не грусти, навряд ли, но постарайся перенять мою улыбку. Безумно люблю тебя. Твой верный Пэлиас." ... Из под огненных очков выскользнула слеза. А на губах осталось это безмолвное и совершенно опустошеное "прости меня, моя любовь"...