Провальная операция

Предстоит операция, очень волнительно, даже сильно. Сердце буквально не держится в нормальном состоянии, часто оно колет, начиная сильно биться, словно отбойный молоток; было очень плохо с ним.

Тобот постоянно страдал от боли в сердце: оно у него изначально было очень слабым, из-за повреждений в грудь. Побои в грудь, все удары отдавались в грудь, от этого страдало и сердце.

Зет очень боялся предстоящей операции. Он так здорово дрожал от страха, он лежал в больничной кровати и смотрел в потолок. Его сердце забилось быстрее, увеличивая артериальное давление, дыхание стало тяжелым, терпкий пот спускался по лбу. Оставалась лишь два дня до неë, но мужчина боялся этого больше всего. Он прокручивал в голове все возможные варианты его операции, даже брат, который по специальности медик, пытался успокоить его.

Паучок много плакал, сидя на кровати, ибо ему не разрешали уходить из палаты. Он не хотел чтобы кто-то из близких покидал его, оставлял одного. Z плакал, обнимая брата и умолял его, чтобы он не уходил, не оставлял его совсем одного в холодной и одиночной палате.

Шатен сидел рядом с братом, крепко держа его за руку, осматривая младшего. Он, в больничной одежде, сидел и тихо всхлипывал. Его тëмно-зелëные глаза совсем опухли и немного покраснели от недосыпа и кучи рыданий. Zero пытался всячески его успокоить, подбодрить, говоря, что с ним всë будет хорошо, и он не должен сильно беспокоиться, чтобы не навредить себе ещё больше.

Паукообразный пытался поверить брату, также пытаясь успокоиться самому: волнение сильно вредило его сердцу.

Кореец решил обратиться к старшему брату серьëзно, держа крепко его за руку, даже сильнее, чем он. Он поднял голову, взглянул ему в глаза. Его глаза были океаном грусти. Из глаз так текли слëзы, спускаясь вниз, они так сильно обжигали смуглые щëки. По носу слегка потекла слизь, заставляя его шмыгать носом.

— Zero, вот что я говорю... — обратился он к нему. Механик начал внимательно его слушать, сжимая также руку брата. — Я умру? Вот что я спрашиваю, — спросил с такой горечью. Его слова заставили глаза тëмноволосого слезиться, но он постарался быть сильным в глазах намтосэна.

— Ответ: нет. Я обещаю, — тихим голосом сказал он, едва сдерживая слëзы, вытирая большим пальцем его слëзы с правого глаза. Зет шмыгнул носом, вытирая болящие глаза рукой.

— Zero, не оставляй меня, вот что я прошу. — Его губы дрожали от волнения. Медбрат еле кивнул головой: он был 24 часа рядом с ним, даже ночами не спал, успокаивая плачущего брата, которому в очередной раз не спится.

День операции. Операционный стол был подготовлен, и всë приготовлено для того чтобы провести операцию на сердце, предотвращающую скорый разрыв, нужна была срочная операция на межжелудочковую перегородку и правый желудочек. Перед введением наркоза, при котором возникает сон и расслабление скелетных мышц. Тоботу позволили переговорить с эвакуатором.

— Внимание. Не плачь. Ты заставляешь меня плакать, — вытирая слëзы с глаз, внедорожник перестал плакать, его губы, тряслись очень сильно.

— Хëн... — хриплым голосом выдавил он, сжимая поледеневшие руки брата, потому что в больнице холодно. Zero склонился перед ним и поцеловал в лоб, поглаживая по голове.

— Ответ. Всë будет хорошо.

Зет неуверенно кивнул и положил голову обратно, тяжело выдыхая углекислый газ, который прошëл через носоглотку, потом поступил в гортань и трахею. Мужчина шумно дышал, пытаясь собраться и быть сильным, сердце слегка закололо, подступила тошнота.

В организм ввели наркоз, при нëм словно произошла эйфория, он так расслабился, и весь страх мигом исчез. Его рука ослабла в хватке, отпуская эвакуатора. Тобот лишь вышел из больничной палаты и наблюдал, как брата увозят в операционную, он сам боялся за него.

Zero ждал долго, немного укутавшись в больничный халат. Он уже сидел здесь несколько часов и готов ещё столько же был ждать главное — дождаться Z, узнать, что с ним, как самочувствие. Но, похоже, тот в отключке и долго ещё не сможет с ним поговорить. Zеrо решил немного подремать, он несколько дней не спал, но пообещал себе, что не уснëт, пока не дождëтся Зета.

Механик начал ходить туда-сюда, лишь бы не уснуть. Спустя пару часов началась суматоха, и он очень сильно испугался: вдруг что-то с Z? Он пытался спросить у врачей, что происходит, но они лишь бежали в операционную.

Zero начал от бессилия рыдать, всячески вытирая слëзы. Губы тряслись, как и его руки. Он всеми силами надеялся, что с братом всë хорошо. Прошло несколько часов или даже меньше, он уже не знал, в глазах от недосыпа всë расплывалось, ему так страшно, что у самого сердце болит, словно он чувствует боль брата.

Из операционной вышел хирург, его вид был крайне подавленным, глаза опущены вниз. Тобот встал со стула и подошëл к нему, спрашивая, что с его братом.

Врач снял медицинскую маску, смотря с огорчением на него. Тëмноволосый при виде его взгляда всë понял, слëзы начали течь сами по себе. Зеро закрыл ладонями уши, садясь на колени, он начал горько рыдать, по глазам стекали слëзы, как у его брата, который недавно плакал, держа за руку. Он словно на глазах его повзрослел. Врач похлопал по плечу, пытаясь утешить мужчину: ему правда его жаль, но что уж поделаешь, больше ничего не сделаешь и не отнимешь время вспять.

Механик резко подскочил на ноги и побежал в операционную и увидел ужасную картину, что даже словами не описать. Почти сразу он подкосился и упал на пол, поступил рвотный рефлекс, который он пытался сдержать. С утратой в сердце он вышел немедленно, пытаясь собрать себя. Зеро вскричал громко рыдал горько: теперь он будет жить с такой участью, что соврал своему брату, ему жаль. Тобот долго рыдал, отказываясь принимать гибель брата.