Звёзды над столицей королевства

В королевстве Кралатог-сума прошел очередной дождь. Земля размякла под напором стихии, с крыш срывались последние капли, компанию им составляла только полная луна, все люди давно заперли двери и видели сны. Все, кроме одного. Агнар вглядывался в окно чердака, на котором жил, с самого начала дождя, и был ужасно зол на все эти тучи. Сегодня была единственная удачная ночь, в которую он мог посмотреть на звёзды - и та оборвалась из-за постоянных дождей! Они преследуют королевство едва не каждый день! Вздохнув и на секунду подумав пойти спать, Агнар все-же залез на подоконник, открыл окно, в правой руке держа блокнот и перо с небольшой чернильницей, и за пару секунд по влажному скату забрался на конек, а за ним и на дымоход. После дождя небо было на редкость ясным и мерцало десятками сотен звёзд. Над рекой кружил туман, захватывая всё большую и большую часть леса. Только здесь Агнар чувствовал себя на своем месте. Здесь-же за звёздами наблюдал его отец. Предавшись воспоминаниям с горьким привкусом скорби, Агнар открыл блокнот. Когда-то он использовал его как дневник, но строки о проведенном дне и интересных событиях давно затерялись среди рисунков неба и звёзд. На нескольких страницах, которые он любит пересматривать, была неловко вымазана в форму, отдаленно похожую на звезду, капля красной краски. Над сим искусством постаралась его милая сестрёнка Ингунн, которую Агнар ласково звал Инной. Подняв взгляд в небо, Агнар отметил, что эта красная звезда всё ещё на месте, — ровно над луной, — и со спокойной душой отвёл взгляд в другую сторону. Звёзды были неподвижны, но что-то в них Агнара всё-таки тревожило. Он давно заметил, что звёзд будто бы становится меньше... Небо вдруг озарила ослепительная белая вспышка. Агнар вздрогнул, наблюдая за тем, как одна за одной, десяток комет быстро пересекает небо, будто стремится спрятаться. Он не раз видел эту картину прежде, так что открыл чистую страницу и принялся пересчитывать кометы, нанося их на бумагу как тонкие линии с кляксами-головами. Агнар поднял голову лишь добавив дату и пару деталей к окружению этих звёзд на его небольшой картине. Но вместо молчащего темного леса, он увидел свет. Будто кто-то развел синий костер, достигающий верхушек елей, там, куда летели кометы. Он никогда не видел, чтобы звёзды падали на землю. Потому, не в силах отвести взгляд, медленно отложил блокнот. Ступая босыми ногами, он спустился с крыши на балкон в комнате матери, а с него на землю по водосточной трубе. Схватив и быстро обув валенки, всегда стоящие у порога, Агнар побежал к светящемуся лесу.

☆.´ . ☽¸.☆''☆.¸☽ . ´.☆

Ещё на подходе к пылающей синим поляне, Агнар услышал пение. Оно было странным - состояло из звуков, а не из слов, но даже так было до мурашек выразительным. Женские голоса смешивались с мужскими в мелодию, слишком сложную чтобы передать словами. Наверно, таких слов ещё даже не существовало. Агнар сомневался, что подходящие слова вообще будут существовать когда-либо. Чем ближе он подходил к поляне, тем менее разборчивым казалось пение, и тем больше тревоги оно вызывало. Поющие явно не были людьми - такие голоса не могут принадлежать людям. Но Агнар зашёл слишком далеко, чтобы разворачиваться, хотя его сердце билось быстрее, чем когда-либо, а пальцы рук стали такими холодными, будто он держит их в снегу. Не осмелившись выйти полностью, Агнар, обогнув куст жимолости, прижался к ближайшему дереву, не обьятому синим пламенем, и выглянул на поляну из-за него. На поляне было четырнадцать человек - семь девушек и семь юношей. Четырнадцать человек с кожей и волосами, белее снега. Они пели и вели хоровод, чередуясь. Девушки с длинными волосами подвязали их традиционными поясами королевства, с короткими - украсили голову венком, на головах юношей были животные черепа, а за черепами - вертикальные кольца белого света. Они все были в традиционной одежде королевства и все светились. Девушки - цветом голубым, как чистое небо, юноши - белым, как хлопок. Не светился только один - с черепом птицы на голове. Агнар никогда не видел птиц, череп которых можно было бы надеть, будто маску, потому юноша без свечения казался ему самым жутким. От их песен огонь на деревьях извивался и вздымался к небу, будто живой. Только сейчас Агнар заметил, что горящие деревья никак не меняются, потому рискнул подобраться ближе, метнувшись к одному из них. Огонь под его руками был холодным, что не успокоило. Там, где ступали кружащиеся в хороводе, расцветали белые и синие гортензии. Девушки смеялись и обходили их, при этом лишь больше засеивая поляну цветами. Агнару вдруг стало плохо. Сердце стучало уже не в груди, а в ушах и горле, пение тех, кто вел хоровод, отдавалось эхом, пылью рассеиваясь по черепу и царапая мозг. Глаза начали слезиться, воздух стал слишком густым, появилось чёткое и твёрдое, как кирпичная стена, осознание - он вряд-ли выберется оттуда живым. И даже не из-за ядовитых цветов. Огонь стал невыносимо холодным, деревья наклонились, чтобы рассмотреть человека - гостя, которого здесь быть не должно. Агнар в ужасе отпрянул, путаясь в собственных ногах. Он зацепился за злосчастный куст, который только пару минут назад обогнул без особых усилий, и упал на него. Раздался треск. Пение моментально стихло. Сердце стучало в ушах так громко, что ничего больше Агнар уже не слышал. Он оцепенел от ужаса - конечности стали ледяными и дубовыми, попытка пошевелиться была заведомо провальной. Он услышал шаги только когда бежать уже не имело смысла. К Агнару вышла длинноволосая девушка, — он только сейчас разглядел, что её тело покрыто синими спиралями, — и пару секунд оценивала его взглядом. Поняв, что он ещё дышит, девушка засияла. Буквально - её свет стал гораздо ярче. Она схватила Агнара под руку и потащила к поляне, параллельно что-то радостно крича другим участникам хоровода. Это не было словами, скорее отрывками гортанного пения. От ужаса Агнар даже не пытался вырваться - безвольно следовал за девушкой. Её кожа была прохладной, но синий спиральный след согревал и даже приносил небольшое утешение. Агнар оказался в середине поляны. Теперь хоровод кружился вокруг него. Люди снова начали петь, но в этот раз того-же страха Агнар не почувствовал. В голове проскочила мысль о том, что нужно просто позволить им делать то, что они делают, и тогда он может даже уйти живым, и Агнар вцепился в эту мысль, как утопающий в протянутую руку. Как только шум в ушах исчез, хоровод начал кружить против часовой стрелки, а песня сменилась - стала тише и тревожила своей таинственностью. Через пару секунд пение стихло. Девушки развернулись к юношам, стоящим слева от них, и сняли их черепа, с ними в руках подходя к Агнару. Каждая протянула ему череп. Корова, Лось, Волк, Баран, Лошадь, Козел и неизвестная Агнару Птица, сразу завладевшая его вниманием. Ещё раз взглянув на девушек, — на каждой из них были синие спирали, — он остановился на той, что притащила его на поляну. Она держала череп птицы. Не задумываясь дольше, Агнар коснулся его. Девушка тепло засмеялась и надела его себе на голову. У черепа не было нижней части, потому её улыбка была хорошо видна. Остальные девушки вернулись в хоровод и отдали черепа обратно юношам. Не получивший череп подошёл к девушке. Они поклонились друг другу, парень повторил движение дамы, так-же сняв с нее свой череп и надев обратно. Он отвёл левую руку в сторону. Его ногти вдруг вытянулись и обрели крючковатую форму, а маска покрылась длинными серыми перьями возле глаз. Одним махом этими когтями юноша перерезал девушке горло. На траву брызнула синяя кровь. Агнар едва не закричал от ужаса. Его живот скрутило, когда когти исчезли, а юноша двумя руками влез в рану девушки едва не до локтей. А она мало того, что осталась стоять, так ещё и двигалась и хихикала, будто от щекотки, во время процесса. С тошнотворным хлюпаньем, юноша в маске вытащил руки, измазанные синим, и схватил Агнара за запястья, оставляя отпечатки. Боль была такой, будто его руки сунули в открытый огонь. Кожа под синими отпечатками побагровела и начала сочиться кровью. Агнар закричал. Его крик стал громче, когда юноша оставил отпечаток руки на правом глазу. Хотелось разбить себе голову о дерево, лишь бы больше не чувствовать эту боль. Агнар и сам не понял как, но освободился от хватки. В следующую секунду он уже бежал из леса. В ушах звенело. Зрение расплывалось от боли. В правом глазу потемнело, им Агнар уже ничего различить не мог. Гортанные звуки, издаваемые теми людьми в качестве речи, сквозь звон в его ушах начали принимать форму слов. Агнар различил только "убегает" и "догони", что прибавило мотивации бежать быстрее. Лес вокруг кончился незаметно. Агнар смог осознать только дверь своего дома. Он взялся за круглую ручку, уже почти не обращая внимания на боль, повернул её, открыл... Нет, не открыл. Попытался ещё раз. И ещё. И ещё... Дверь открылась через пару секунд, но сил в ногах уже не осталось. Агнар ввалился в дом. В глазах потемнело так, что он был не в силах разобрать, что происходит вокруг. Даже дыхание стало трудностью. Шум в ушах заглушал все. Всё, кроме крика его младшей сестры Ингунн. — Мама, мама! Агнар умирает! Он хотел возразить, но сестра расплакалась раньше. Времени Агнар уже не чувствовал. Чувствовал только боль. Сквозь звон в ушах слабо пробивалась какая-то возня. На руках вдруг что-то появилось. На глазу тоже. Агнар не знал, что это. Как только боль стихла, он провалился в сон.