«Между искрой и огнём»

Третий день Гарри не спал нормально. Внутри всё полыхало — от ужаса, что они контролируют Драко, от страха, что он может сломаться, и от желания… желания, которое теперь было слишком опасным. Кристалл Малфоя лежал в его сознании, как острый камень. Он знал: видео есть. Он знал: им угрожают не просто репутацией — их жизнью. — Он больше не играет, — тихо сказал Гарри, когда стражник снова принес записку. Там не было слов — только имя. Имя жертвы. — Значит, начнём играть и мы, — Фред посмотрел на брата. — Помнишь старую фразу Уизли? «Если ты не можешь избежать, взорви к чёртовой матери всё к хренам». — Но без плана — мы просто трупы, — заметил Джордж. — Или worse. — Ночью они снова остались втроём. Гарри не мог спать. — Вы правда думаете, что всё это — не просто мания власти? Что он делает это не ради удовольствия? — Он делает это, чтобы унизить, — Джордж опустил голову. — Потому что знает, как мы связаны. Это его оружие. — Он хочет, чтобы я подчинился телом. Не только мечом, — Гарри прошептал это с отвращением. — Чтобы я принадлежал. Как Драко. Фред посмотрел на него внимательно. — Но ты хочешь нас. Это не про Малфоя. Это про то, что ты не один. Не забывай, кто прикасается к тебе по-настоящему. — И они прикоснулись. Не чтобы соблазнить. Чтобы вспомнить. Гарри дрожал, но их руки были мягкими, бережными, горячими. Их поцелуи не были стремительными — они были уверенными. Их тела двигались с синхронной осторожностью, будто напоминая Гарри: ты живой. Ты не сломан. Ты чувствуешь — значит, борешься. Он позволил им прикасаться. Позволил себе стонать. Позволил себе забыться — но не Малфоем, а теми, кто рядом не по принуждению, а по любви. Всё закончилось шепотом. Фред держал Гарри за руку, Джордж лежал сбоку, положив голову на его плечо. — Мы найдём способ. Ты не должен выбирать между убийством и подчинением. — Мы сломаем их изнутри, — добавил Джордж. — Но не себя. — На следующее утро в дверь камеры постучали. Не грубо. Вежливо. Гарри встал. Фред и Джордж были настороже. — Кто там? — Гермиона Грейнджер, — прозвучал голос за дверью. Усталый, но решительный. — Меня перевели сюда. У меня есть информация. И вы должны её услышать.