звездопад и ледяные уста

— вы издеваетесь, да??!! — голос Лололошки дрожал не от страха, а от ярости, срывающейся сквозь зубы. — в деревню?? на всё лето??! без интернета??без друзей?? это тюрьма какая-то, а не “перевоспитание”!! он стоял в коридоре, будто на границе между двумя жизнями — позади грохот мегаполиса, спереди — неизвестность, где даже асфальт не считают нужным класть. отец молча застегнул ремень на его рюкзаке. мать всё так же упрямо избегала его взгляда. — Ло, — сказала она тихо, почти извиняясь. — нам нужно, чтобы ты отдохнул. очистился. ты стал.. другим. — да я всегда таким был!!просто теперь у меня свои правила!! — он сжал кулаки. — вы не хотите понять. вам проще выслать меня к каким-то полудохлым родственникам, чем попытаться поговорить. — там тихо, спокойно, — перебил отец. — и нет соблазнов. то, что тебе нужно. "нет соблазнов", — передразнил он про себя. конечно. только тишина, коровы, вечерний комариный звон и какие-то двоюродные бабушки, пахнущие травами и вареньем. просто мечта.

***

автобус был старым, как мир, с обивкой, источающей запах пыли и жаркого солнца. окна залипли отпечатками, а кондиционера здесь явно никто не видел. Лололошка плюхнулся на заднее сиденье, натянул капюшон на глаза и громко выдохнул. всё в нём бурлило — злость, обида, чувство предательства. и бессилие. он привычно сунул в уши наушники, но даже любимый бас не спасал. он чувствовал себя пустым, как этот автобус: гремит, трясётся, а ехать — некуда. всё, что было родным, осталось там, в городе, где бетон шумит под ногами, где всё быстро, ярко, живо. а здесь.. здесь даже время тянулось с ленцой, будто вальяжный кот на крыльце. за окном проплывали пшеничные поля, холмы и редкие деревушки, похожие одна на другую. над ними висело ленивое небо, без самолётов и проводов. Ло скривился — всё казалось нереальным, будто он попал в чужую книгу, где ему отдали не ту роль. в груди поселилась тревога и одиночество. он не знал, кто его встретит. не знал, как пройдут эти бесконечные дни. единственное, чего он хотел — вернуться домой. солнце клонилось к закату. автобус качнулся на повороте, и тёплый ветер тронул пряди его волос. он не хотел засыпать, но веки стали тяжёлыми, дыхание — спокойным. всё вокруг растворилось: звук мотора, голоса, запахи.. мир ускользнул, оставив его в сладком полусне. и он не знал, что именно в этой тишине — под этим небом, среди пыльных дорог и васильковых полей — его ждёт встреча, которая перевернёт всё.

***

сон был странный. сначала Лололошка шёл по знакомым улицам — бетон, шум, неон, колонка на плече, друзья рядом. смех. крики. чужие окна светятся. всё как всегда. но потом что-то стало меняться. один за другим люди отворачивались от него. сначала друзья. потом прохожие. потом даже прохожие без лиц. он пытался заговорить — губы двигались, а голоса не было. мир стал глухим, как под водой. он бежал за кем-то, сам не зная, за кем, но ноги будто вязли в асфальте. все исчезали. все. один за другим. даже его собственное отражение вдруг отвернулось от него — и тогда сердце дрогнуло, и он.. проснулся. автобус стоял. за окном — выцветшая табличка с названием, которое он даже не пытался прочитать. поле, утонувшее в закате, и просёлочная дорога, убегающая вдаль. здесь не было стеклянных башен, не было рекламы, не было его города. только солнце, трава и тишина. он медленно вытащил наушники, хотя музыки там уже давно не было, и поднялся. возле автобуса, опираясь на палку, стояла невысокая женщина — с серебристыми волосами, в простом платье и с ласковой улыбкой. — здравствуй, Лололошка, — мягко сказала она. — я так тебя ждала..! идём?? он не ответил. просто кивнул, опустив глаза. на неё он не злился. была ли в этом её вина?? нет. он даже немного пожалел, что его злость не находит здесь адресата. деревня встретила его вечерним покоем: крылечки, утопающие в цветах, открытые окна, запах пирога и скошенной травы. всё было неправдоподобно спокойно. словно время здесь замерло. бабушка провела его в дом — старый, тёплый, с мягким светом лампы и потрескиванием половиц. он бросил рюкзак в угол и сел на кровать, будто только что прошёл сквозь другой мир. — отдохни, — сказала она. — а потом, если не трудно, сходи к соседям за молоком. я бы сама.. да только ноги сегодня не слушаются. он хотел было отказаться. но не стал. что толку?? — хорошо, — тихо ответил он.

***

солнце клонилось к горизонту, и всё вокруг залилось медным светом. дорога к соседям лежала через поле — узкая тропинка, по которой шли когда-то тысячи раз, но для Лололошки это был первый шаг в неизвестность. калитка скрипнула. он поднял глаза — и застыл. в саду, прямо среди высокой травы, стоял эльф. светловолосый, тонкий, почти прозрачный на фоне заката. на голове — венок из васильков. он держал кувшин и смотрел в небо, будто искал там что-то, что давно потерял. Лололошка не знал, что сказать. даже мыслей не было — только ощущение, будто он увидел нечто неправильное и прекрасное одновременно. эльф обернулся. ено взгляд был светлым. чистым. но в глубине глаз — пряталась едва заметная грусть. — ты пришёл за молоком, да?? — спросил он негромко. — ага, — выдавил Лололошка. — бабушка попросила. — я эграссель, — сказал он, подходя ближе. — но меня все зовут эграсса. — лололошка. или просто Ло. он протянул руку. Эграсса вложил в неё кувшин — их пальцы на миг соприкоснулись. тёплое молоко плеснулось внутри сосуда. ло не шелохнулся. наступила тишина. на этот раз — уютная. Ло обернулся на закат. ветер шевелил траву. где-то пели сверчки. он развернулся, не сказав больше ни слова. пошёл обратно по тропинке, и с каждым шагом чувствовал, как что-то в нём сдвигается. молоко плескалось в кувшине, а в груди странно ныло — будто он только что посмотрел в глаза человеку, которого будет помнить очень долго