Как к королеве

Он устал. На своих плечах он, семнадцатилетний подросток, нёс бремя двух миров. Он пытался сохранять баланс между учебой и защитой мира людей и мира духов. У Ичиго Куросаки уже два года не было никакого перерыва, никакого отдыха от всего этого. И он так смертельно устал… Ичиго влетел в спальню и бесшумно опустился на пол, бросая взгляд на собственное тело, всё ещё лежащее в кровати. Он медленно подошёл к себе же и вздохнул, возвращаясь обратно в свое тело. Ичиго застонал от боли, когда полученные раны впитались в плоть. Пусть они никогда не проявлялись физически, он все равно чувствовал их: каждый синяк, царапину и порез. Он приоткрыл свои остекленевшие от усталости глаза, на которые сразу же попался значок, позволяющий ему узнавать о присутствии Пустых. Подросток так и не пошевелился под одеялом, закрывая глаза и позволяя своему разуму забыться беспокойным сном… Наверное, не прошло и минуты, как значок снова заработал, сигнализируя о появлении Пустого, что заставило Ичиго подпрыгнуть, широко раскрывая глаза. Он тихо проворчал, хватая значок за верёвочку и занёс руку, собираясь кинуть его, но отголосок знакомой реяцу заставил его остановиться и опустить руку, уставившись в окно, рядом с которым прямо через стену просочился его давний враг. Тёмно-коричневые глаза Ичиго закрылись и снова открылись в неверии, когда Гриммджо Джагерджак приземлился на пол в его спальне с ухмылкой на губах: — Приветик, Ягодка. Ичиго вскинул бровь перед тем, как вздохнуть и провести рукой по лицу. Он кинул значок на стол и снова направил взгляд на незванного гостя, который произнес со смешком: — Чел, ты выглядишь очень дерьмово, — Гриммджо поднял руки вверх, когда Ичиго кинул на него злой взгляд, продолжая ухмыляться. — Я не ищу драки, просто подумал, что тебе не помешал бы перерыв. Гриммджо объяснил, заметив растерянное выражение на лице Ичиго и делая шаг ближе к нему, ухмыляясь ещё шире, когда заметил, что Ичиго не пошевелился: — Знаешь, все в Лас Ночес заметили. Тупым шинигами плевать на тебя, они доведут тебя до такого истощения, что ты даже пошевелиться не сможешь, — заявил Гриммджо, на что Ичиго снова поднял брови. — И знаешь чё… Даже готов поспорить, что смогу позаботиться о тебе лучше, в прямом смысле. Гриммджо встал перед ним на колени и посмотрел Ичиго в глаза, приближаясь ещё ближе и выставляя вперёд указательный палец. — Дай мне один месяц, — темно-бирюзовые глаза Гриммджо чуть ли не сияли, пока по великолепному лицу медленно расползалась улыбка. — Всего месяц. И если я смогу доказать, что в состоянии позаботиться о тебе лучше, чем Общество Душ, как и говорил… Ты останешься с нами. Навсегда. — А если у тебя не получится? — спросил Ичиго, вздыхая. Ему и дела не было до того, как близко к нему находился другой мужчина. Честно говоря, даже если бы Ичиго умер на месте, он бы принял это событие с распростёртыми объятиями: может, хотя бы так он сможет выспаться впервые за очень долгое время. — Тогда ты сможешь уйти, когда пожелаешь. Ну так что, Куросаки? Договорились? Ичиго моргнул уставшими, пустыми глазами цвета молочного шоколада, смотря на бывшего члена Эспады, который стоял рядом с ним на коленях. Затем он пристально посмотрел на значок, который снова начал мигать и издавать неприятные звуки, давая понять своему хозяину, что близко Пустые. Наконец Ичиго снова перевел взгляд на Гриммджо и слабо кивнул. — Договорились.

***

Ичиго спустился по лестнице на первый этаж, его шаги были громкими и тяжелыми. Гриммджо на удивление легко согласился остаться в его комнате наверху, в то время как Ичиго ушел, чтобы поговорить с отцом о том, на что он согласился. От Гриммджо Ичиго ожидал скорее драки, а не предложения такого рода, но не то чтобы ему было не плевать или вроде того. Когда Ичиго завернул за угол, то увидел своего старика, прижимающегося к стене и держащего в руке гикон — душу, которая занимала физическое тело шинигами, пока тот оставался в виде души. Ишшин кинул взгляд на верх лестницы, после чего перевел взгляд обратно на сына, спрашивая: — Что происходит? Я чувствую присутствие врага. Ичиго дважды моргнул, потирая шею: — Это Гриммджо, и он пришел не для драки, — заявил он, слегка покачиваясь — но этого оказалось достаточно, чтобы Ишшин переключился в отцовский режим, обхватывая его рукой за талию и притягивая ближе к себе, чтобы Ичиго смог облокотиться на него. — Когда ты в последний раз спал? — Понятия не имею. Какая-то фигня все продолжает происходить, — промямлил Ичиго, прислоняясь к Ишшину и глубоко вздыхая, когда его тело снова пошатнулось. — Гриммджо заключил со мной сделку. Думает, что сможет позаботиться обо мне лучше, чем Общество Душ, — объяснил Ичиго, выпрямляясь и начиная идти в сторону кухни. Ишшин последовал за ним. — Он мог убить тебя, — указал на очевидное Ишшин. Когда его сын повернулся к нему лицом и улыбнулся, мужчина почувствовал странную дрожь, пробежавшую по телу. В этой улыбке Ишшин смог разглядеть так много всего и сразу: выгорание, боль, вину, сожаление. — Было бы славно, — заявил Ичиго, наливая стакан воды и выпивая половину залпом, после чего медленно допил остатки, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Я уже потерял половину себя. Они только и ждут, когда я сдохну. Тем более… Я уже согласился на предложение Гриммджо. Ишшин кивнул, прежде чем потереть подбородок и закрыть глаза. Он пробормотал что-то себе поднос, а затем щелкнул пальцами: — Точно! Когда шинигами придут узнать, где ты — а они придут — я просто скажу, что ты уехал в Америку к друзьям семьи! — предложил Ишшин с улыбкой. — Они не отправятся за тобой настолько далеко, точно тебе говорю: деда Ямму не настолько заботит нечто подобное. К тому же, он не послал никого из Общества Душ, чтобы те нашли меня. Ичиго кивнул и поднял свой значок шинигами: — А что нам делать с этим? Не хочу брать эту штуку с собой, — он проворчал, а Ишшин в ответ лишь тихо рассмеялся, забирая из рук сына значок — и тогда же он услышал чьи-то шаги за спиной. — Не переживай и предоставь мне разобраться с этим. А теперь… — Ишшин повернулся и уставился на мужчину с голубыми волосами. — Что ж… Я знаю, что ты задумал, я не такой уж дурак, каким пытаюсь казаться, — заявил он, сузив глаза и обращаясь к Пустому. — Я не одобряю, но… Я тоже за то, чтобы он ушел из поля зрения шинигами. Ишшин взглянул на Ичиго, который выглядел так, словно собирается заснуть прямо на том месте, где стоял. — Небольшой совет, так сказать, отцовский: будь аккуратен, — предупредил Ишшин, подходя к Ичиго и беря его на руки. — Они сломали его. Гриммджо округлил глаза, когда понял, что его раскусили, а затем нахмурился и кивнул. Честно говоря, он уже догадывался, как сильно разбит Ичиго, но не предполагал, что все будет настолько плохо. Гриммджо аккуратно забрал подростка из рук Ишшина и прижал Ичиго к груди. — Не думал, что ты вообще согласишься, но я также и не ожидал, что Ягодка решится пойти со мной так легко, — Гриммджо перехватил тело Ичиго поудобнее и махнул рукой, с помощью техники Дескоррера создавая на кухне Ишшина гарганту — проход между миром живых и Уэко Мундо. — Буду держать в курсе его выздоровления, — кинул Гриммджо перед тем, как портал закрылся.

***

Продолжая идти вперед, Гриммджо кинул взгляд на подростка в своих руках: тот боролся со сном, еле удерживая глаза открытыми. Ичиго немного трясся в такт его шагам, и Гриммджо без задней мыли уткнулся в его рыжие волосы и тихо замурчал. Он скорее почувствовал, чем в самом деле увидел, как Ичиго расслабляется в его объятиях, и только после этого Гриммджо оторвался от чужих прядей, сразу же обнаружив, что его Ягодка заснула. Гриммджо издал тихий рык, после чего продолжил путь через черный кородиор, сквозь который он попал в Лас Ночес. Он не остановился, даже когда заметил Улькиорру, ожидавшего их: знал, что один из Эспады последует за ним. – Все даже хуже, чем мы предполагали. Я буквально приблизил лицо чуть ли не к его носу, а он просто смотрел в ответ, — заворчал Гриммджо, снова тихо рыча. — Нам следовало забрать его раньше. — Никому из нас даже в голову не пришло, что мы можем покинуть тот же Лас Ночес, не говоря уже об Уэко Мундо. Айзен и шинигами растоптали всех нас. И нам вообще повезло, что живы остались, — напомнил ему бывший четвертый из Эспады, пока они шли по длинному белому коридору, полы его плаща развевались позади него. Гриммджо вздохнул и пробормотал: — Знаю. Его отец сказал, что они сломали его, — Гриммджо кинул взгляд на Улькиорру, чьи изумрудные глаза разглядывали подростка, который чуть не убил его. Затем Улькиорра поднял взгляд обратно на Гриммджо, явно растерянный. — Как им вообще удалось сломать кого-то вроде него? — Когда узнаю… Я собираюсь растерзать всех ублюдков, которые сотворили это с ним, — прорычал Гриммджо, звук был глубоким и злобным — а Ичиго в его руках продолжал тихо и мирно спать.