В объятиях желания

Очередное утро для Рео, в котором, казалось бы, нет ничего особенного. По крайней мере, он сам так думал, просыпаясь из очередного сна, где снова был только он — Наги. И снова то же лицо, тот же человек, те же руки, та же душа и тот же голос, который, казалось, принадлежал только ему — его сокровищу. Ничего удивительного для Микаге уже не оставалось: он привык видеть белоснежные волосы, выделяющиеся на фоне остальных, как зимний снег среди серого пейзажа. Они были короткими, немного взъерошенными, словно Сейширо только что проснулся и не стал тратить силы на то, чтобы их пригладить — что идеально отражало его ленивую, тягучую натуру. И именно это нравилось Рео. Всё. Абсолютно всё в Сейширо вызывало в нём то сладкое, пугающее чувство, от которого невозможно сбежать. Он вновь думал о сероглазом, но кого это волновало? Фиолетоволосый отогнал мысли о друге. Да, чёрт, о друге... Вернувшись в безрадостную реальность, где происходило только одно — болезненная, настойчивая тяжесть внизу живота. Снова этот ленивый гений был виноват. Неохотно оторвавшись от тёплой, уютной кровати, в которой было так сладко думать о беловолосом парне, Рео направился в сторону туалета, мысленно увязая в образах: мускулистые ноги Сейширо, плавность его движений, тяжёлые веки... В своих сладких фантазиях он даже не заметил, как дошёл до мужского туалета. Хотя… другого выбора в Blue Lock всё равно не было. Он опустился рядом с унитазом, закрыл глаза, нахмурил брови и позволил рукам начать творить чудеса на собственном теле — не подозревая, что что-то может пойти не так. Прильнув лбом к прохладной стене, он медленно обхватил себя правой рукой, чувствуя, как напряжение внизу живота набирает обороты. Его ладонь двигалась осторожно, обдуманно, большой палец едва ощутимо сжимал чувствительный поверхность, вызывая судорожную дрожь. Левой рукой он прикрывал рот, стараясь заглушить предательские звуки, срывающиеся с губ. Тихие, сдавленные стоны эхом отражались в его голове. Он дрочил уже довольно долго, будто нарочно затягивал момент — желая, чтобы это не кончалось. Или... чтобы кончалось именно так, как он представлял. Он хотел разрядки, но не мог её достичь. Как будто тело отказывалось отпускать это желание. И вдруг он услышал — голос. Голос, как раскат грома в безмолвной тишине. — Рео? Ты тут? — голос Наги прозвучал с той стороны двери, и тело фиолетоволосого тут же застыло. Микаге не услышал ни шагов, ни скрипа двери. Видимо, был слишком увлечён. — Д-да, Наги… я тут, — выдохнул он, не останавливаясь. — Ясно… Я подожду тогда, — с ленивой обыденностью отозвался беловолосый. Рео хотел ответить, но не знал, что сказать. Он не хотел игнорировать своего Наги. — А-ага… — Пробормотал он, почти сдавленно, будто с трудом вытолкнул это из себя. И тут в его голове вспыхнула идея — безумная, абсурдная, рискованная: кончить под голос Наги. Да, идея звучала как извращённая фантазия, но он знал: она рабочая. Особенно сейчас, когда голос любимого — живой, настоящий, близкий — был всего лишь в метре от него. Он хотел, чтобы всё случилось именно так. Он собрался с духом, уже готов был заговорить, как вдруг передумал. Он не знал, что именно сказать. Слова казались чужими, несвоевременными. Ну не спросит же он: «Как ты спал? Думал ли обо мне?» — хотя хотелось до безумия. — Наги… ты ещё т-тут? — сорвался голос. Вопрос был простым, но за ним скрывалось столько непроизнесённого. Ответа не было. Пять секунд тишины стали вечностью. Он решил, что тот ушёл. И тогда — чтобы быстрее покончить с этим — он стал двигаться быстрее. Пальцы надавливали сильнее, движения стали отчаянными, грубее. Стоны вырывались наружу, и он даже не пытался их сдерживать. — Да, я тут, — ответил голос. Спокойно. Мягко. И этим окончательно добил Рео. Он замер. Его сердце замедлило ход. Он почувствовал, как волна удовольствия поднимается снизу, охватывает живот, грудь, шею. Он не успел даже осознать, как резко разрядка прокатилась по всему телу, оставив после себя только звонкую тишину и учащённое дыхание. Он, наконец, кончил под голос, что стал родным для Микаге. В ушах звенело. В голове — только голос Наги. Его голос. Его близость. Его существование. Когда дыхание ещё сбивалось, а сердце билось в такт эхом звучащему в голове голосу Наги, Рео опустил взгляд на то, что натворил. Он медленно протянул руку к рулону туалетной бумаги, аккуратно оторвал несколько листков — ровно столько, сколько нужно, чтобы не устраивать финансовый апокалипсис в Blue Lock. Всё-таки они жили не в отеле. С предельной тщательностью он начал вытирать капли белой вины со своей кожи и пола, будто пытался стереть не только следы, но и сам факт своего поступка. Он действовал сосредоточенно, почти молитвенно, — не хватало ещё, чтобы кто-то, проснувшись слишком рано, заметил, чем он здесь занимался. Хотя… утро только начиналось. Было около пяти. Все спали. Все — кроме него. Кроме него. После того как следы были уничтожены, Рео тяжело выдохнул, облокотился на холодную кафельную стену, а потом, собравшись с духом, протянул руку к дверной ручке. Остановился. На мгновение. В голове снова всплыло лицо Наги — его снежные волосы, усталый, ленивый взгляд, тихий голос, будто пропитанный сонной сладостью. Он будто слышал его до сих пор. Открыв дверь, Рео шагнул в коридор и тут же резко вскинул голову. Сейширо. Как и ожидалось… и всё же неожиданно. Его белые волосы были ещё чуть растрёпаны после сна, взгляд — туманный, но цепкий. Он смотрел прямо на него. Рео попробовал улыбнуться, но вышло лишь подобие: кривая, неуверенная — как будто он пытался скрыть не только смущение, но и самого себя. Он сделал шаг, затем ещё — быстрее, быстрее, как можно дальше от него. Хоть куда. Хоть в ад. Только бы не оставаться под этим взглядом. Но... Холодное прикосновение к запястью. Он замер. Наги держал его — не сильно, но надёжно. Рео повернул голову и встретился с ним глазами. Удивление? Недоумение? Или что-то ещё? — Куда собрался? — тихо, почти шепотом спросил Наги. — А… э… ну… в комнату? — выдавил из себя Рео, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Что ты делал… в туалете? Молчание. Секунда. Другая. Что он делал? Да всё что угодно. Смотрел кино? Завтракал? Танцевал? Да хоть спал! Хотя… Стоны. Боже. Он же стонал. Даже глухой бы услышал. Что уж говорить о Наги. — Ну… то, что обычно делают в туалете, — выдохнул он наконец, словно нарушая слишком плотную тишину. Пауза. — Дрочил?.. — спросил Наги тем же спокойным, тягучим голосом, будто говорил о погоде. У Рео отвисла челюсть. Настолько резко, что он бы точно потерял дар речи, если бы не внутренний взрыв эмоций. Что?.. Почему?.. Разве это… важно для него? И всё же он не ответил. Просто молчал. И надеялся, что его молчание не скажет больше, чем мог бы любой честный ответ. Это была тишина — не звенящая, не тяжёлая, а настороженная, как затишье перед грозой. Именно в такую тишину Наги вдруг схватил Рео за запястье и без предупреждения втолкнул его обратно в туалет. Щелчок замка оборвал остатки утреннего спокойствия. — Ответь мне... ты дрочил на мой голос? — слова прозвучали лениво, почти сонно, но за этой обыденностью пряталось нечто иное: требовательное, пронзающее. — Ч-что?.. — Рео остолбенел. Казалось, даже воздух вокруг застыл, сжавшись в ожидании его ответа. Но прежде чем он успел что-либо выдавить из себя, он заметил, что Наги смотрит не в глаза. Белоснежный взгляд был устремлён вниз. Рео невольно последовал за его взглядом и... ахнул. Всё его тело, всё желание — всё вновь восстало против него. Всё снова встало, предательски и неуместно. "Почему именно сейчас?" — мысленно выругался он, чувствуя, как пламя стыда разливается по щекам. Наги подошёл ближе. Слишком близко. Его руки обвили Рео, словно в невесомом коконе. Тепло его тела ощущалось даже сквозь одежду. Их лица сблизились, дыхание смешалось, губы были опасно рядом. И тогда... тогда он стёр расстояние. Губы Сейширо мягко коснулись губ Рео. Поцелуй был медленным, изучающим, неторопливым, как будто Наги хотел выучить наизусть вкус Микаге. Его язык коснулся чужого, исследуя, чувствуя, забирая. Это не был просто поцелуй — это было признание, молчаливое, настойчивое. Рео не ответил сразу. Он стоял, ошеломлённый, словно тонул в происходящем. Он не мог пошевелиться, не мог даже дышать. Его разум отставал от чувств. Наги отстранился, глядя в глаза, в которых плескалась растерянность и — возможно — страх. — Давай я помогу тебе? — голос был мягким, почти шепчущим, с ленивой улыбкой, но в глазах горел огонь. — А... ну... ладно... — выдавил Рео, пылая как костёр. Он покраснел до самых корней волос. Помидор, наверное, позавидовал бы. Наги усадил его на крышку туалета и сам опустился на колени. Взгляд беловолосого скользнул вниз, и уголки губ дрогнули в насмешливой улыбке. Через ткань штанов было ясно видно — Рео возбудился до предела. Наги медленно, почти лениво избавлялся от лишней одежды, будто намеренно дразнил. — Воу, Рео… ты так завёлся из-за одного поцелуя? — протянул он игривым голосом. Рео не ответил. Он горел изнутри, сердце колотилось в груди, дыхание сбивалось. Само признание Наги заставило его вспыхнуть ещё сильнее. Беловолосый провёл рукой ниже, и Рео всхлипнул, пряча лицо. Но Наги не позволил спрятаться — легко убрал его руки, вынуждая смотреть прямо в свои глаза. — Не отворачивайся, — мягко сказал он. — Хочу видеть, как тебе хорошо. Рео задрожал, губы прикусил, но взгляд не отвёл. Каждый неторопливый, дразнящий жест сводил его с ума, расплавлял. — Ты весь дрожишь, — с улыбкой заметил Наги. — Совсем не умеешь скрывать. — Н-наги… я… — сорвалось с губ Рео, но договорить он уже не смог. Движения стали чуть быстрее, настойчивее. Вздохи и тихие стоны заполнили пространство. Рео выгнулся, вцепившись пальцами в одежду Наги, и вскоре, не выдержав, утонул в ослепительной волне блаженства. Он тяжело дышал, дрожащий, с красным лицом, а Наги, усмехнувшись, мягко провёл ладонью по его волосам: — Ну вот… теперь ты совсем милый. Фиолетоволосый задрожал, щеки его окрасились лёгким румянцем. Внутри всё перевернулось, словно реальность на миг почернела и растворилась, оставив лишь сладкое послевкусие блаженства. Ему было слишком хорошо, слишком сильно, и он никак не мог до конца осознать всё, что произошло. — Наги… я люблю тебя, — сорвалось с его губ. Рео обнял своё сокровище, прижимаясь крепко-крепко, и по щекам потекли горячие слёзы. — Я тебя тоже, — ответил Наги коротко, почти резко, но в голосе его прозвучала та редкая искренность, которую он позволял лишь для Рео. Фиолетоволосый чуть ослабил объятие, но всё равно не отпустил любимого. Он поднял глаза и улыбнулся так чисто и искренне, что сердце сжалось от тепла. И именно в этот момент тишину разрушил чужой голос: — Эй, вы там закончили? — крикнул кто-то из ребят Blue Lock, явно нетерпеливый занять туалет. — Мы вас уже полчаса ждём! — донеслось ещё одно раздражённое восклицание. Рео покраснел ещё сильнее, спрятав лицо у плеча Наги, а беловолосый лишь лениво зевнул, будто всё происходящее было для него пустяком.