Господство чёрной пумы

Марсик проснулся от странного ощущения. Его нос задрожал, уловив резкий, чужеродный запах, смешавшийся с привычным нежным ароматом Люси. Что-то тёмное, мускусное, хищное. Он нахмурился, прижался мордой к её шерсти, вдыхая глубже. "Пахнет... пумой?" Сердце сжалось в холодном предчувствии. Но нет, это просто показалось. Наверное, Люси просто проходила мимо нового вольера, вот и зацепила этот запах. "Она же моя. Она бы никогда..." Он тряхнул головой, отгоняя глупые мысли, и нежно ткнулся носом в её шею. — Люсик... просыпайся... — пробормотал он, стараясь звучать как обычно. Игра в нормальность Люси потянулась, притворяясь, что только что открыла глаза (хотя не спала уже несколько часов, боясь пошевелиться). — Марси... — она лизнула его в нос, но её движения были чуть более резкими, чем обычно. Он не заметил. Или не хотел замечать. Весь день Марсик старался изо всех сил — принёс ей самого жирного воробья (которого, конечно, "поймал сам", а не взял у служителей), вылизал ей уши так тщательно, как никогда раньше, играл с её хвостом, пока она не засмеялась. Люси смеялась, мурлыкала, но... Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней вставали золотистые глаза и чёрная, как смоль, шкура. Её тело помнило тяжесть лап Неро, его горячее дыхание на загривке... А Марсик... Марсик был милым. И это разрывало её на части. Ночные тени Они легли спать, как обычно. Марсик обнял её лапой, прижался к её тёплой спине. — Я люблю тебя, — прошептал он, и это прозвучало почти как молитва. Люси не ответила. Она ждала. Ждала, пока его дыхание станет ровным, пока лапа ослабнет хватку... И тогда бесшумно исчезла в темноте. Оцепенение Марсик проснулся от пустоты. Его лапа обнимала холодный камень, а не тёплую кошку. Он вскочил, уши навострились. — Люси?.. Тишина. Потом — тихий, знакомый стон. Оттуда. От вольера Неро. Ноги понесли его вперёд сами, хотя всё внутри кричало "НЕ СМОТРИ!" Сцена Лунный свет падал на них, как на сцену. Люси. Его Люси. Выгнутая, дрожащая, с поднятым хвостом, уткнувшаяся мордой в землю под мощным телом Неро. Пума двигался медленно, наслаждаясь, его чёрная шерсть сливалась с ночью, только глаза горели, как два уголька. И вдруг... Он поднял голову. И посмотрел прямо на Марсика. Золотые глаза смеялись. Насмехались. Один медленный, властный взгляд — и пума приоткрыл пасть в чём-то, что было то ли улыбкой, то ли оскалом. "Подойди ближе..." Марсик застыл. Оцепенение. Боль. Унижение. Люси не замечала его — она была слишком поглощена, слишком увлечена. А Неро... Неро продолжал смотреть. Приглашая. Насмехаясь. Утверждая свою власть.