Взойдут над горизонтом зорьки.

Атмосфера утерянного на картах кладбища начала знатно давить на самочувствие. Боль в висках не давала сконцентрироваться на работе, а звон в ушах перебивал писк металлоискателя. Резкое ухудшение физического состояния заставило устроить перерыв на крышке левой гробницы. Всё вокруг было разграблено: земля вырыта, камень раздроблен, вокруг царил хаос из сырой земли. Окружение казалось мёртвым. Накрапливающий на капюшон весенний дождик не спешил прекращаться, но и превращаться в ливень не собирался. Он лишь омывал пыльные, местами заросшие дикими растениями могильные плиты. Дождь в этом сыром месте почти не прекращался, из-за чего плыл земной покров и образовывались болота. Их обилие делало кладбище непроходимым, мало кто сувался сюда по своей воле. Хотя... Авантюристы были. Но они были настолько напуганы историями, которые рассказывали им их родители, что не могли задержаться там и на десять минут. Юноша промок до нитки, и продрог до кончиков пальцев на ногах. Голубой шарф в чёрную клетку свисал с плеч как банное полотенце. Местами ободранная кожанка блестела от скопившейся на ней мороси. Сырость этого чахлого места пробирала до самой души, оставляя внутри осадок. В чёрных зрачках отражались последние лучи заходящего солнца. Закат розовыми лентами уплывал за макушки величественных елей, пока ржавая лопата возносилась над головой, раскидывая по сторонам сырую землю. Совсем скоро станет темно, и будет уже не до отдыха. Пора взять себя в руки и закончить эту дохлую вылазку. Металлоискатель брынчал как бешенный, это могло значить, что под слоем земли скрывается хороший улов. Или же запутанная в узел медная проволока. В последнее время добротные находки начали попадаться всё реже и реже, из-за чего счета надавливали на кошелёк с новой силой. Когда из земли показывалась очередная арматура, руки совсем опускались. Никогда ещё мужчине не хотелось так яро покончить с тем делом, которым занимается большую часть своей жизни. Вокруг одна разруха да неприятности. Но ведь однажды его вытащили из неприятности... Рядом оказался хороший человек, что только рад был помочь, что в беде не оставил слабого. Сейчас же Лололошка жизнь готов был отдать за этого человека. Все те тёплые воспоминания грели душу и выгоняли оттуда надоедливую сырость. От мысли, что пробежала в голове, кладоискатель невольно улыбнулся. И ведь всего лишь одно воспоминание, а сколько же в нём родного... Надо же было Харрису наткнуться на этого бедолагу во время заправки своего автомобиля. Сидел на ступенях под крышей заправки в разгар страшной грозы. Голодный и уставший он перелистывал дрожащими пальцами снимки на оледенелой мыльнице. Парень не решился зайти внутрь заправки, ведь боялся, что того посчитают за попрошайку, а ещё хуже — за бездомного. Не любил он собирать на себе взгляды. Не любил внимание. Не хотел слышать от людей, что он «странный», нелюдимый, хоть эти замечания и прижились настолько, что стали чем то обыденным в его жизни. Неожиданно, во время очередной вылазки, с кредитной карточки списали почти все средства. Позже оказалось, что был снят процент за недосрочную выплату долга. На такси денег не хватило, а все, кто хоть как-то мог помочь, бесстыдно отказали, оставляя Лололошку в безвыходной ситуации. Даже самый близкий друг отрёкся от него...

— «Это невыносимо! Одни долги! Дай в долг, дай в долг... По лицу тебе бы дать за твои долги!»

Быстрое дыхание, и на другом конце обрывается трубка. Вальдхар был его последней надеждой. Никого не осталось. Перед глазами запрыгали звёздочки. Слёзы, как бенгальские огни, превратили окружение в искры. Где-то рядом разносятся раскаты грома, что заглушают мотор только заехавшей на заправочную площадку Мазды. Холодные пальцы гладят виски, сознание вот вот наровит показать Лололошке свои картинки, окунувшись в сладкий сон. Но спать нельзя. Слишком опасно было валяться на ступенях с дорогим оборудованием в сумке. Вдруг, шатена окликает голос. Такой ровный, такой чёткий… Будто самый ответственный актёр на контрольном выступлении.

— Прошу прощения, — присаживается на корты мужчина в белом деловом костюме. Он склоняет голову вбок, задавая немой вопрос, но тот не был прочтён. Из-за погодных условий ему пришлось повысить голос. - Сидеть на улице в такую грозу не самое безопасное решение.

— Знаю.., — отводит поникший взгляд парнишка. Пальцы уже касаются глазниц и смахивают выступившие на них слезинки. Не было выбора. Вдруг его заснимут на камеру, а ещё хуже, выложат в соцсети? «Бездомный вышел из леса, чтобы укрыться от сильной грозы на заправке! Нонсенс!». Внутренняя паранойя не давала сделать шага вперёд. Казалось, лучше получить удар от молнии, чем переждать грозу в месте, где помимо него самого может быть «осуждающий» кассир. Людей Лололошка не любил в принципе, сторонился общества, нечасто с кем-то контактировал. С незнакомцами особенно, это был страх номер один.

— Почему бы вам не зайти внутрь заправки? Там явно будет потеплее, — обратил внимание мужчина на дрожащие от холода руки собеседника.

— Спасибо... Но я лучше здесь посижу, — в зоне груди начало неприятно покалывать, а с уст сорвался сухой, раздирающий горло кашель. Не хватало ещё бронхита, неделю назад с больничного вышел. Сейчас хотелось лишь оказаться в тёплой постели, и уснуть под ночной плейлист, заглушающий бушующую грозу за окном.

— Они вас что, выгнали оттуда? — изогнул бровь настырный собеседник. - Мне разобраться?

— Нет-нет… Не стоит... Я... Я.., - заикается тот. Руки и ноги охватывает тремор, губы еле-еле могут сомкнуться. - Не заходил я туда.

— Тогда в чем причина?

Ответа не последовало. Обычный человек просто прошёл бы мимо, не стал бы даже диалог пытаться завести. Своих дел по горло, ещё помогать какому то «нищему», ночующему на заправке? Нет, уж. Все вокруг слишком правильные. Для них бедные казались грязью под ногами. Но так считал только внутренний паникёр Лололошки. Он как паразит, что с каждой минутой забирает в свою пользу больше клеточек мозга. Негативные мысли шли волной, отталкивая от себя все остальные. Но к счастью, поток нескончаемых мыслей прервала очередная обрушившаяся с неба вспышка грома. Небо затряслось, и на секунду облилось фиолетовым мерцанием.

— Б-будьте добры... Подскажите… А скоро ли гроза кончится?

— Понятия не имею, — напряжённо выдыхает мужчина напротив. Его ярко оранжевый шарф едва касался земли. Не хотелось бы испачкать такой изящный элемент одежды. - Но учитывая то, что гроза началась не так уж и давно, вполне могу полагать, что она пробудет до завтра.

— Понятно, — до утра… Целую ночь сидеть на холодных ступенях и ловить на себе осуждающие взгляды приезжающих на заправку людей. Нужно отвлечь себя от дрянных мыслей, не то параноик скоро дырку в мозгу пробьёт. Шатен растирает руку об руку в попытках согреться, при этом стараясь привести в порядок сбившееся дыхание. Но секундное спокойствие тут же прерывает очередной раскат грома. Дрогнули оба. Что-то заставило интересующегося посмотреть назад. После вперёд, да и в принципе вокруг себя. Но от увиденного появилось лишь больше вопросов к сидящему под грозовой тучей молодому человеку.

— Ты что… Пешком сюда шёл? - от секундного изумления растерялись все манеры. В округе только зелёные леса и поля, не было и намёка на какую-либо цивилизацию кроме этой заправки. Идти через поле в сильный ливень, так ещё и с тяжеленным оборудованием… Ну могет мальчишка. - У меня машина прогрета, - карие глаза смотрели глубоко в душу, будто заманивая. В этом взгляде чувствовалось некое спокойствие, хотелось верить их обладателю. - По глазам вижу, что случилось серьёзное что-то. Сможешь… -Те рассказать мне об этом в салоне моего автомобиля?

У второго аж глаза на лоб полезли. Стыдясь и отмахиваясь, он протараторил что-то в духе «Нет, вы что… Не нужно! Это не на столько важно...» Хоть мужчина и пытался помочь, давление негативных мыслей непроизвольно заставляло отказаться. Отказаться от своего единственного спасательного круга. Ло стремился найти в его словах какой-то подвох. Может, хочет затащить в машину, увезти в лес и ограбить? Или сначала расспросить, а потом увезти в комплекс для бездомных? Убеждения в собственной голове придумывали всё более чудовищные исходы событий. Было страшно осознавать, что тебе помогает не кто-то из твоих близких товарищей, а совершенно незнакомый человек, которого ты до ужаса боишься.

— Мне бы не хотелось…

— Пошли.

Шатен шелохнулся от протянутой ему руки. Решение, казалось, приняли за него. Чужая ладонь ощущалась на коже как раскалённые угли. Встав на трясущиеся ноги, юноша первым делом отряхнулся, смахивая невидимые пылинки со своих чёрных джинс. В глазах всё помутилось, пальцы невольно коснулись висков. Было как-то не по себе. Неудобно садиться в машину чужого человека, когда ты вымок до нитки, так ещё и, походу, простудился. Стыдно. Чужая ладонь легла на плечо, и направила в нужную сторону. Если до этого Ло как-то и мог сдержать свой страх, то сейчас он обхватил себя руками, и в мыслях молился, чтобы все то, что происходит сейчас, было лишь фальшью, что вообразило его помутневшее сознание.

— Зовут меня Джон Дейви Харрис. Люблю полную версию своего имени, - последнее он проговорил шёпотом. Из-за бьющихся о асфальт капель предложение можно было не уловить вовсе. Но Ло услышал. Он записал эту информацию где-то в уголке своей памяти.

— Очень приятно, Джон Дейви Харрис…

Слышится приглушённый щелчок. Это открывается дверца машины, приглашая гостя на задние сиденья. - Я... Я просто.. Не надо! - Ло дёргается от машины в сторону, но настойчивый мужчина успел ухватиться за чужую бейсболку.

— Что происходит, мать твою!? - тянет на себя напуганного паренька Джон. Его терпение не может быть бесконечным. Всё ведь рано или поздно заканчивается.

— Я... Я.., - заходился в припадке мальчик. Дышать стало трудно, будто на шею надавливали чьи-то крепкие руки.

— Слушай меня! Ты меня слышишь, видишь меня? - получив быстрый и нервный кивок, шатен продолжил. - Сделай глубокий вдох. Давай. Вдох.., - вдох. - Выдох, - выдох. И так ещё несколько раз, пока дыхание не пришло в норму. Только сейчас, осматриваясь по сторонам, Ло заметил, что незнакомец находится слишком близко.

Кладоискатель поспешил отпрянуть. Руки легли на грудь. Пальцы иногда массировали рукава байки. Голова опустилась вниз. Не хотелось встречаться взглядом с обладателем карих глаз. - Спасибо.., - очень тихо, почти шёпотом, произносит тот.

— Малыш.., - вновь начинает Харрис, не оставляя попыток наладить хоть какой-то контакт с нелюдимым юношей. - Я психотерапевт. Я понимаю как ты напуган... Позволь мне помочь тебе, - начинает тот было протягивать руки, но сразу же убирает их по карманам.

— Оставьте меня.

— Ты простудишься. Заболеешь. В моей машине тепло, чувствуешь? Сади...-

— Прошу, не надо...

Нервы на исходе. Хотелось уже силой втолкнуть этого несчастного в салон своего автомобиля. Но тогда на его доверие можно даже не рассчитывать... Он настолько отстранён и напуган, что попросту не может принимать решения. - Я - психотерапевт. У меня достаточная зарплата, у меня есть машина, у меня есть деньги. Ты мне не нужен, - показывает тот крест жестами. - Но я не оставлю в беде человека. Никогда не оставлю. Сядь внутрь, прошу. Согрейся, - прикладывает руку к груди Харрис, делая маленький шажок вперёд. - Я не закрываю машину. Я пойду оплачивать бензин. Ты сможешь уйти в любую секунду.

Союз давался сложно, но Ло всё же осмелился поднять взгляд на делового мужчину. Психотерапевт значит... Может, лжёт? Кто его знает. Но он говорил убедительно, хотелось верить. Если что вдруг, то Лололошка сможет выбежать из автомобиля в любое время, когда захочет. Голубоглазый пересиливает своего дятла в голове и медленно подходит ближе, после чего садится на кожаные сиденья. У Джона аж бабочки перед глазами запархали. Ну наконец-то!

— Я скоро вернусь. Грейся. Ты, может, кушать хочешь? - ответа не последовало. Харрис же молча кивнул и захлопнул дверцу автомобиля.

Тепло начало обволакивать ледяные конечности. По телу пробежала приятная дрожь. Начало жечь и щипать. Двери и вправду были открыты, никудышный водитель даже не соизволил вытащить ключи из машины. Это ли знак доверия? С глаз невольно пошли слёзы. Слёзы счастья, не отчаяния. От радости Ло плакал очень давно, так давно, что и не помнил даже, плакал ли он вообще? Когда вручали аттестат, когда родился младший братик, когда выиграл свою первую в жизни олимпиаду по математике… это всё было так давно. А вот сейчас это происходит вновь. Коленки слегка трясутся, а маленькие ручейки бегут вниз по запястьям. Не все в этом мире алчные мрази! Как же тепло становится в сердце... В землю были вкопаны две золотые монеты. Хоть улов и мал, но это всяко лучше, чем шнурки с металлическими наконечниками. На карте светилась всего одна незачищенная метка, в самом конце кладбища. Нужно же было умудриться её туда засунуть! В самом сложно проходимом месте… Эта местность была непроходимой благодаря образовавшемуся болоту. Один шаг — и ты увяз. Потом не поможет ни Джон, ни спасательная бригада. Вдоль забора можно было кое как пробраться, но позже пришлось бы лезть по этому же забору… Лололошка искренне пытался вообразить в своей голове более безопасный план действий, но других вариантов он не нашёл. На спине тяжёлое оборудование и сумка с металлами, а сам Ло пытается удержаться за хилые прутья забора, что вот-вот обвалится под его весом. За минуты скалолазания шатен понял, что пора усложнять свои тренировки и добавлять больше упражнений на руки. Но для начала нужно было дожить до следующей тренировки. Под ногами трясина, над головой бл-... Кхм. Дождь. Дождь над головой. Портит старательно уложенную укладку. Проверяя ногой землю, Ло убеждается в её прочности, и становится уже двумя ногами. Дальше в ход идет лопата, что прокладывает безопасный путь до неких обломков. Надо же, бывало высокая каменная арка пала под натиском времени и здешних ветров... Хотелось бы видеть её в действии. Непонятные иероглифы украшали отточенный камень. Жаль, что кладоискатель ни слова не понимал на чехском. Пока добрался, успело нехило так стемнеть, из-за чего пришлось зажечь лампу. Было бы легче взять фонарик, но тот утонул в речке ещё при прошлой вылазке. Новый был заказан и оплачен, но не доставлен вовремя. Приходилось довольствоваться старыми изобретениями, ведь тратить заряд телефона - было равно увязнуть в болоте. Не зря Джон говорил, что Ло пролезет в любую дырку. Даже тут он нашёл выход, закидывая ногу на обвалившиеся камни. Держась за забор, кладоискатель перепрыгивает обломки, оставляя их позади. Он водит металлоискателем по траве и гробницам, и находит пару серебряных ожерелий и несколько груд золотых монет. Это значит, что уйдёт Лололошка сегодня с наваром. Но этого все ещё не хватало для полной выплаты аренды за его скромную однушку на отшибе города. Только хотел он сделать перерыв, как металлоискатель начал пищать, ведя своего хозяина к какой-то большой цели. Аккуратно переступая с камня на камень, прибор привёл его к неким руинам. Поваленные, местами замшелые камни являлись раньше стенами величественного храма. Но тут, перед глазами предстала картина: на земле выделялись два продолжительных бугорка, что были больно похожи на обрисованные мхом силуэты людей. Вросшее в землю золото отблескивало от света масляной лампы. Сделав пару надкопов, в руках кладоискателя оказалась золотая корона. Потёртая, с ярко выраженными царапинами и ссадинами, она все равно выглядела идеально чистой. И дорогой.

— «Почему она находится… Здесь? Людям настолько не важны исторические ценности, что они просто взяли, и оставили урытую в землю корону на заброшенном кладбище? Да это же немыслимо!» - пронеслось в голове. - «Тут ведь даже… Алмазики настоящие».

Стоило пальцу прикоснуться к сверкающему кристаллу, как перед глазами всё поплыло. Пейзиж стал превращаться в размазню, будто на дорогую картину вылили ведро воды. Перед глазами что-то сверкнуло. Белоснежная искра облетела неподвижное тело, забирая с собой его мысли и сознание. Дух будто вышел из тела, унёсся за ветром, исчез. … Перед глазами заискрились звёздочки. Такое ощущение, что просыпаешься от крепкого сна. В ушах звенело, будто звонарь стучит в колокола по обе стороны головы. Голубые очи распахнулись, будто призрака перед собой увидел. Мальчик оказался в комнате, сполна усыпанной блёстками. Навес украшали золотистые бусины, а шторы на окнах были пошиты из настоящего шёлка! Кровать была столь мягкой, что так и хотелось провести на ней ближайшие часы своей жизни. Стены украшены бархатными узорами и увешаны картинами в золотых рамках. Самая большая из них висела по середине, на ней был изображён мальчик лет семи с изящной короной на голове. Такую же сейчас шатен держал в своей правой руке. Никогда он до этого не бывал в королевских покоях. Сегодня ему, на удивление, никто не мешал... Странно, почему это злые дяденьки в доспехах не побежали его останавливать? Не можно же быть настолько занятыми! Но тут, открывается дверь, и из ванной комнаты выходит нагой мальчик. Он, казалось, не замечал гостя в своей обители, и продолжал расхаживать по комнате как ни в чем не бывало. Но стоило ему протереть глаза ручником, как они распахнулись в шоке. В метре от него, на его же кровати, сидел незнакомый ему человек. Как он сюда пробрался? Это вор? Стоит ли звать охрану?

— Ты кто такой?! Ты что здесь делаешь?! - прикрывая пах махровым полотенцем, истерично задаёт вопрос кареглазый. Мальчик осуждающе рассматривает вторгнувшуюся в его личное пространство особу. Он был одет в какие-то уродливые лохмотья, и… Держал в руках корону. Такую же как и у него! - И положи на место мою корону.

Шатен в недоумении смотрит на вышедшего с душевой комнаты паренька. Он явно был не рад его видеть, но детский мозг не понимал почему. - Так это всё-таки твоя корона, да? Я нашёл её у себя под подушкой сегодня утром, и сразу подумал, что нужно вернуть. Не то как же принц, да без короны! - мальчик поднялся с упругой кроватки, и подошёл ближе к владельцу короны, чтобы вручить ему её. В ответ тот дёрнулся, но не отступил.

Маленький принц стоял в недоумении от такого неожиданного визита. И зачем ему ещё одна корона, если у него есть своя? Всё же, две, лучше чем одна. Забирая украшение из чужих рук, кареглазый пристально осматривает её со всех сторон, замечая, что камни на ней расположены не так, как на его короне. - Так у тебя тут камушки по другому. У меня они острым концом вверх смотрят, а у тебя вниз, - чешет подбородок принц, совсем забывая о полотенце, что прикрывало его паховую область. Оно спадает на красный узорчатый ковёр, оголяя паренька полностью.

Пискнув, Ло подпрыгнул, и закрыл глаза ладонями. Видеть нагого наследника престола во второй раз, да ещё и так близко, было уже каким-то наказанием. Одумавшись, кареглазый подхватил полотенце, и обвил его вокруг талии, закрепляя.

— «Теперь уж точно не спадёт», - проносится мельком в мыслях.

Нужно поскорее достать свои одеяния. Не то какие манеры он показывает незнакомцу? Принц, вообще-то, должен быть пунктуален и собран. Всегда.

— Подай мне мои одеяния! - приказывает мальчик, не забывая о своём статусе.

— А как же волшебное слово? - недоумевает голубоглазый парнишка, складывая руки на груди.

— Какое слово? - приходит в ещё большее недоумение принц. - Ты что, ведьмак?

— Ага, самый настоящий, - сарказменно выдает Ло. - А ещё я... Вампир! Забираю кровь у маленьких мальчиков принцев и распиваю её в своё удовольствие.

У Джона случился шок. Ком в горле не позволял говорить, кричать и подавно. Глаза напротив прищурились, как у хитрой лисички. Странный мальчик начал приближаться, выдвигая руки вперёд. На них были страшной длины и остроты когти. Тело бросило в дрожь, озноб пустил волну по телу. Но тут... Хитрый вампир делает выпад в перёд, и кричит «Р-раа!». Это было последней каплей. Мальчик закрывает лицо руками, и начинает кричать так, будто его режут. В ответ на истерику, Ло прижимает его губы ладонью, и запрокидывает чужую голову на мягкий матрас.

— Ты чего? Я же пошутил! - хохочет мальчик, садясь на кровати в позу лотоса. - Я... Не хотел напугать тебя. Прости.

— А-аа... Шутка.., - выпрямляет спину тот. - Я не испугался! - успел он только выпалить, как к нему протягивают мизинчик. - Что это значит?

— Ну как... Перемирие! - улыбается голубоглазка. - Пожми мой мизинчик, и мы помиримся!

— А мы, разве, ругались? - неодобрительно смотрит на гостя Джон.

— О Боже мой! Просто пожми мне пальчик, - не выдерживает и хмурится Ло. Принц колебался, но всё-таки ответил на этот жест.

— У нас, обычно, руки пожимают.

— А-а, тогда понятно. Я уж думаю, почему ты - принц, да не знаешь такой элемен-... Элеме-... Э...

— Элементарной?

— Да! Такой Эле...- ментарной вещи!

— Кстати, вещи, - развёл руки тот, всё так же злостным взглядом прожигая гиперактивного собеседника. - Подай мне мои одеяния!

— Да ладно-ладно, сейчас подам.

Лололошка спрыгнул с мягкого ложе, и поскакал к огромному шкафу. Тот, в свою очередь, был оснащён длинным, до самого потолка, зеркалом. Это было для парнишки в новинку, ведь такой мебели у них, особо, не встретишь. Открываются створки, и в глаза бросается множество красивых нарядов с изяжной вышивкой. У маленького Ло аж глаза разбегаются.

— Я смотрю, тебе нравится белый цвет...

— Моему отцу нравится белый цвет, - прямолинейно отвечает тому наследник престола, бегая зрачками по чужой спине.

— А тебе какой цвет нравится?

— Мне нравится тот цвет, который нравится моему отцу, - выдыхает принц. Ещё глупых расспросов емутут не хватало! Хотя, признаться, было приятно, что кто-то интересуется.

Мальчик взял первый попавшийся под руку комплект одежды: изящная белая льняная блуза с многочисленными рюшами и кружевом, а так же простые белые брючки с чёрным пояском. Протянув одежду принцу, Ло развернулся, давая понять, что третий раз на эту уловку он не поведётся. Разглядывать чужие хоромы было интересно. Обычно в комнатах его друзей всё минималистично: кровать, тумбочка, шкаф. Иногда, бывало, ставили письменный стол или газетный столик с лавкой. Но такого обилия мебели и декораций мальчик ещё не видел.

— У тебя тут так красиво! - кружится по комнате деревенский мальчик. - А что это за девочка на твоей картине? Такая красавица! Я бы сплёл ей венок из ромашек.

Вопросы летят кучей, но все они остаются без ответа. Принца порядком достала эта эйфория гостя, но он пытался не подавать виду.