Вредная привычка

Чен Бао выдохнула остатки дыма и затушив бычок о свой каблук, устало поплелась в дом. Электронный замок снова перестал срабатывать, поэтому Бао по-старинке пользовалась обычным ключом, только сейчас он — мелкий дьявол - завалился в дыру в подкладке сумки, и девушке пришлось изрядно повозиться чтобы попасть в свою квартиру. Захлопнув дверь за спиной, она прижалась к ней не включая свет и шумно выдохнула. Сбросив туфли девушка прошла в комнату и подпрыгнула от испуга, заметив в кресле темную мужскую фигуру. Она вскрикнула и судорожно начала шарить рукой по стене в поисках выключателя. — Не включай свет. — Попросил знакомый голос и его обладатель, потянувшись, лениво поднялся из кресла и направился к ней. — Твою мать! Квон Хёк, обязательно так пугать! Я чуть не обделалась! Он не улыбнулся, просто остановился напротив. Руки в карманах, поза максимально расслабленная. Парень возвышался над ней монолитной плитой. — Что ты здесь забыл? — сглотнув, спросила девушка, настороженно глядя на своего друга? любовника? недопарня? Как назвать это чудо, она понятия не имела. — Я соскучился. Так просто. В лоб. Как всегда. Ей захотелось саркастически рассмеяться и ляпнуть какую-нибудь гадость, только Хёк сделал бы вид, что ее слова ничего не значат. Поэтому она решила использовать единственный способ, который всегда работал с этим парнем — игнор. Она отвернулось от него, чтобы положить телефон на стол и выйти из комнаты, равнодушно произнеся. — А я нет. Девушка не поняла как он так быстро оказался рядом. Ее шею обожгло, когда Хёк тихо произнес на ушко всего одно слово. — Врешь. Он почти коснулся губами ее шеи, оставляя фантомный поцелуй на нежной коже и заставляя вскипать кровь в венах. Девушку с ног до головы окутал его запах, от которого у нее закружилась голова, а глупое сердце радостно заныло. Это было ее основным правилом, не подпускать Хёка близко. Держать дистанцию. Иначе она поддастся его чарам, прямо как сейчас. Черт. Собравшись с мыслями Бао, стараясь звучать лениво и незаинтересованно, протянула. — Я сегодня очень вымоталась, у меня был паршивый день. Тебе лучше уйти. — Я помогу расслабиться. Его слова прозвучали, как обещание, которое отозвалось глубоко внутри нее сладкой истомой, предвкушением, которое она не должна была испытывать. Парень наклонился ниже и нежно прикусил кожу у основания шеи. Девушка сглотнула и попыталась не терять голову, но это было слишком сложно. Напряжение, поднимающиеся между ними, густой патокой обволакивало мысли. Он прав. Он безупречно прав. Чен Бао соскучилась. Так соскучилась, что готова броситься ему на шею, и таять от прикосновений словно кусок льда. Хёк всегда был ее проблемой. Она не помнит, когда влюбилась в него, вероятно это произошло еще при первой их встрече, на заднем дворе ее дома, куда он свалился с дерева. И она отлично знает чем закончится эта встреча. На утро он уйдет и не ответит ни на один звонок, ни на одно сообщение. И не откроет дверь, даже если девушка, наплевав на свою гордость прибежит и будет стоять у порога изнывая от тоски по нему. Она знает как ей будет больно. И знает что сейчас ей нужно его оттолкнуть и выставить вон. Она знает, что Квон Хёк — самовлюбленный нахальный мудак. Но все также стоит, скованная жгутами, сотканными из противоречий больного желания и разумного выбора. Он самая вредная ее привычка и Чен Бао честно пыталась его бросить. Забыть. Потому что Хёку нравится разрушать ее жизнь. Будь это не так их отношения давно бы сдвинулись с медленно разлагающейся запятой. Она знала его десять лет и Хёк всегда был таким. Наглым, эгоистичным, странным, порой чудаковатым, пугающим, безмолвным, холодным и недосягаемым как луна. И только наедине с Бао он кажется другим, более мягким, а в его глазах, похожих на темные бездны, зажигается азарт, любопытство, интерес, как у мальчишки увидевшего любимую игрушку. Она и есть его игрушка. Это одна из основных причин по которым Бао его ненавидит. Но с какой-то маниакальной жадностью ловит любые проявления его нетипичных эмоций. Квон Хёка не пронять слезами и истериками, ему не нужна ласка и забота. Дружить с ним — дьявольская пытка, быть его девушкой — чистый мазахизм. Он не ревнует да этот куколд только рад был бы посмотреть как ее трахает какой-то левый чел (это она так думает). Его сердце будто кусок льда. Хёк настолько сложный, что временами девушка готова поклясться, что он не человек. Бао миллион раз сломала голову над вопросом почему ее до сих пор так тянет к нему. И она как наркоманка снова и снова отказывается от любых отношений в пользу мимолетной близости с ним. Хёк вынял из ее волос заколку и восхищенно охнул, наслаждаясь тем, как черный шелк рассыпался по плечам. Он подшел ближе, вдыхая ее аромат полной грудью, и Бао почувствовала себя глупой мошкой, попавшей в его паутину. Ей бы сопротивляться, наорать, дать ему пощечину, вытолкать за дверь, а потом позвонить тому парню, с которым познакомилась час назад и навсегда забыть о Хёке. Только предательское тело отказывается ее слушать. Он еще ничего не успел сделать, а она уже намокла и дрожит от желания. Девушка приоткрыла рот, в последней попытке, послать его куда подальше, только вместо заготовленного ругательства, услышала словно со стороны свой умоляющий голос. — Хёк, пожалуйста — О чем ты просишь, niña? — мурлыкнул парень, даже не пытаясь скрыть самодовольную улыбку в голосе и ловко расправлясь с пуговицами на ее рубашке. Бао в ужасе сжала губы, ощущая себя бессильной, еще чуть-чуть и она сдастся. Девушка вся покрылась мурашками, ощутив его дыхание, на голой коже, когда рубашка смятой тряпкой упала к ее ногам. Парень не собирался останавливаться, подцепил лямки ее лифчика и одну за другой сбросил с плеч, а после расцепил крючки за спиной, отправляя еще одну вещь ее гардероба в свободный полет. Он осторожно развернул девушку к себе и замер в восхищении. Чен Бао очень красивая. Ему нравилось все, что он видел: пьяный от желания, которое она беуспешно пыталась скрыть, взгляд, изпод полуопущенных век, упрямо сжатый рот, румянец на щеках, видимый даже при слабом свете уличных фонарей, аккуратную грудь с бусинами сосков, тонкую талию, покатые бедра, еще спрятанные под тканью брюк. Хёк провел кончиками пальцев ему одному ведомую линию от основания бедра к талии и выше, обхватил грудь и очертил большим пальцем сосок, заставляя девушку жалобно схлипнуть. Бао заметила как хищно блеснули его глаза, и когда он нежно приподнял ладонью ее лицо и провел пальцем по сжатым губам, отвернулась в последний момент, не позволяя ему поцеловать себя. Парень разочаровано фыркнул, мазнув горячими губами по ее щеке. Отступил чтобы заглянуть в глаза и с плотоядной усмешкой на губах поинтересовался. — Хочешь поиграть еще? Чен Бао непроизвольно вздрогнула услышав его насмешливый тон. Ее покоробило с какой легкостью он выплюнул эту полуправду, о которой она ничего не желала слышать. Девушку почти накрыло отрезвляющей волной гнева, когда Хёк зацепился пальцем за ремень на ее брюках и потянулся на себя, вынуждая оказать ближе. Но Бао уперлась пятками в пол сопротивляясь хотя бы так. Хёк приподнял одну бровь, оценивающе разглядывая ее упрямое лицо и больше не настаивая присел перед ней. Легко расправился с застежкой на женских брюках и когда темная ткань с тихим шелестом опустилась к ее щиколоткам, прижался ртом к животу, целуя и лаская, заставляя девушку трепетать от удовольствия. Он неспеша опустился ниже, обхватил ее ногу, аккуратно приподнял, целуя внутреннюю сторону бедра. Чен Бао пошатнулась, всхлипнула, задыхаясь от ощущений, и чтобы сохранить равновесие, оперлась ладонями о его плечи. Ткань его куртки ощущалась как нечто неприятное. Девушка нахмурилась, забралась пальцами под воротник стараясь стянуть с его широких плеч мешающую одежду, но тут же забыла обо всем, когда Хёк отодвинув в сторону край насквозь промокших трусиков, провел языком там, где она хотела больше всего. Она застонала, по телу пробежала крупная дрожь и ее ноги враз ослабели. Бао, словно бесформенное желе, начала оседать на пол, но сильные руки подхватили девушку. Хёк поднял ее так легко, будто она была воздушной. Он принес Бао в ванную и аккуратно поставил на холодный кафель. — Я включу свет, — предупредил он, оставляя ее одну. Ослепленная, абсолютно голая, если не считать ее трусики, с поджалыми от холода пальцами ног, она почувствовала себя невероятно некомфортно и смущенно опустила голову. Пока Хёк не вернулся и она словно глупый щенок не уткнулась носом в его грудь. Его запах и тепло кожи согревали, даруя мифическое чувство защищенности и уюта. Чен Бао ненавидела себя за это. За то какой слабой и безвольной она становилась стоило этому парню оказать рядом. Она со злости сжала зубы и оттолкнувшись от его груди сама перебралась через бортик ванны, и высоко подняв голову, с вызовом взглянула в его лицо. Первое о чем она подумала: «Боже, какой же он красивый» Последний раз они встречались почти четыре месяца назад. Он сменил прическу. Кончики пальцев закаколо от желания пройтись по короткому ежику волос на затылке. Она вцепилась взглядом в его черты лица упиваясь и ненавидя себя за желание сохранить в памяти каждую линию. Хёк в два шага преодолел разделявшее их расстояние и наклонился вперед, вынуждая девушку отступить к стене и прижаться к ней голыми лопатками. Но когда занес ногу, намериваясь забраться к ней в ванну, девушка протянула руку и уперлась ладошкой в его грудь, останавливая. Хёк поморщился, эта игра уже ему надоела. — Нарываешься. - угрожающе шепнул он, покачав головой и глядя на неё из-под лобья, от чего по ее телу пробежал табун мурашек. Но Бао молча провела рукой выше по его груди, пока не добралась до шеи. Ей до смерти хотелось поцеловать его. Или избить. Или укусить. Или проглотить, чтобы заполнить наконец эту огромную сосущую пустоту внутри. Она пока не решила. И спешить никуда не собиралась, наслаждаясь ведущей ролью. Девушка положила ладонь на его щеку, слегка шершавую от пробивающейся щетины, завороженно глядя на идеальную, словно лук, форму губ. Они правда идеальные. Она точно знала, ни у кого нет таких губ как у Хёка. Бао почти силой заставила себя перевести взгляд выше и заглянуть в глаза. У него пушистые длинные ресницы (ради Будды, ну зачем парням такие ресницы) и радужка такого дьявольски темного цвета, что почти не отличима от зрачка. Она подняла взгляд еще выше, чтобы не утонуть в этой смоляной топи и уперлась в шрам на брови. Он заработал его тогда же когда появился в ее жизни. Чен Бао провела пальцем по тонкой линии. Парень прикрыл глаза и прильнул к ее руке, словно ласковый кот. Девушка заметила как задрожали его ресницы. Хёк обхватил ее ладонь своей, поцеловал и прикусил запястье. А когда открыл глаза она вспыхнула, как спичка, наткнувшись на его голодной взгляд. Он потянулся вперед, но девушка снова его остановила. — Entregarse, Бао. — от его низкого вибрируещего голоса девушку пробила дрожь, а сердце сделало кульбит, когда она услышала свое имя. Разумная ее часть отвесила бы ей подзатыльник, если бы в ее голове сейчас осталась хоть крупица ума и сдержанности, но все похоже утекло в трусы. Бао облизнула пересохшие губы и прошептала. — Сначала разденься. Но она сама трясущимися от нетерпения пальцами стянула с него куртку. И тут же забралась под футболку, вынуждая парня поскорее избавиться от нее. — Ммм… — Простонала Бао, уже не заботясь о том, что возможно выглядит как недотраханная сука, с жадностью разглядывая его голый торс. Плевать на все. Плевать на свои обещания. На свои правила. На свое бедное измученное сердце, что сейчас сжимается и трепещит за ребрами, исходясь в жалкой никому ненужной любви. Бао хотела бы оставить на его теле как можно больше отметок: укусов, царапин, засосов, чего угодно, желательно какой-нибудь несмываемой печати или татуировки, чтобы каждая кто только взглянет на Квон Хёка знала, что он полностью принадлежит ей, даже если это не так. Потому что Бао он был нужен весь. Девушка провела ногтями по аккуратным кубикам его пресса, исходясь слюной, от того, как напрягаются мышцы. Она зацепилась пальцем за резинку на его спортивках, которые недвусмысленно топорщились впаху, повторив его недавний жест, потянула на себя, игриво прикусив губу, подняла на него взгляд. И он тут же наклонился схватив ее лицо в ладони и жадно целуя. Хёк смял ее губы с таким напором, словно целовать ее сейчас было важнее чем дышать, и она охотно ему ответила. Он обхватил ее одной рукой за талию и резко притянул к себе, заставляя девушку стонать от умопомрачительного ощущения контакта с его кожей, которая казалась такой горячей, словно вот-вот вспыхнет. Парень спустился к ее шее, а Бао запрокинула голову, позволяя себе падать в пропасть и ей только хотелось, чтобы это продолжалось бесконечно. Небольшое пространство ванной вдруг стало душным и наполнилось неприлично влажными звуками поцелуев, стонами и сбившимся дыханием. Хёк прижал девушку к стене, закинув ее руки над головой, снова целуя глубоко и страстно. И вдруг отстранился. Развернул ее, податливую, больше не сопративляющуюся, спиной к себе. Собрал волосы девушки в кулак, наматывая длинные пряди на руку и укусил сзади, в том месте где так соблазнительно выпирали позвонки. Второй рукой сжал ее талию, притянул как можно ближе к себе и одним резким движением сорвал с Бао трусики. Надавил на спину, вынуждая прогнуться. Девушка привстала на цыпочки, выгибаясь как кошка. Хёк остановился на мгновенье любуясь соблазнительной картинкой, прежде чем шлепнуть ее по ягодице и крепко сжать. Парень вошел в нее сразу во всю длину, без предупреждения и они оба замерли, наслаждаясь первым впечатлением от слияния и чувством наполненности. Хёк сразу начал наращивать темп и толчки становились все более сильными и глубокими. Все его движения были резкими, рваными, никакой нежности, только всепогащающая почти животная страсть. Хёк поменял позу, высвободив руку из ее волос, парень обхватил шею девушки, приподнял одну ее ногу и прижался грудью к спине. Чем быстрее он разгонялся, тем сильнее рука сжимала ее горло. Бао почти отключилась, когда ее накрыло волной оргазма, тело прошило словно молнией, а конечности ощущались чужими. Коленки тряслись и девушка с трудом удерживала себя в вертикальном положении. Он развернул Бао к себе и прижался лбом к ее лбу, поцеловал нежно. — Извини, но ты сама напросилась, — прошептал в губы. — Чен Бао, посмотри на меня. Девушка с трудом разлепила потяжелевшие веки и снова поразилась его привлекательности. — Как же можно быть последней сволочью с такой внешностью? Хёк улыбнулся, будто она отвесила ему комплемент. Облизнул покрасневшие от поцелуев губы и предупредил. — Не спи, Бао, мы еще не закончили. Он потянулся к лейке и включил душ. Холодные капли привели девушку в чувство. Она, прислонившись к стене лениво следила за тем как Хёк настроил температуру воды, а потом с деловитой уверенностью начал перебирать на ее полке флакончики с косметикой и средствами для ухода за кожей. Открыл несколько, поднес к лицу изучая и принюхиваясь, так что Бао не сдержалась и прыснула, когда он открыл очередной тюбик с кремом для лица и слишком сильно надавил на корпус, так что средство с чавкающим звуком выплюнуло на парня щедрую порцию крема. Хёк бросил на девушку свой самый убийственный взгляд, который на Бао никак не действовал. Девушка сложилась пополам задыхаясь от смеха. Она не заметила как Хёк мягко улыбнулся, а когда снова на него посмотрела, парень уже вернулся к своему занятию. — Что ты делаешь? — спросила она все еще улыбаясь. — Ищу твой гребанный гель для душа. — Решил освежиться? — Есть идея получше. Она подошла к нему, обняла за плечи прижавшись к его спине. На мгновенье грудь пронзила знакомая острая боль, с которой она уже срослась. Девушка задержала дыхание, пережидая, когда приступ отчаянной безграничной любви и нежности схлынет и сморгнула навернувшиеся на глаза слезы. Раз. Два. Три. Она снова запечатала себя в броню, спрятав чувства поглубже. Показательно фыркнула. — Ты меня заинтриговал. — девушка, выглянув из-за его плеча, взяла в руки бутылочку с гелем. — Так что ты собрался с этим делать? Он оглянулся, молча склонился и снова ее поцеловал. Развязно, лениво, глубоко проникая языком в ее рот. Хёк снова вернул ее на прежнее место, прижав к влажной стене. Выдавив гель на руки, прошёлся мыльными ладонями по ее телу. Не стесняясь, сжимая где хотел, и не переставая целовать, изучил все изгибы и складки, задержавшись между ее ног. — Так на чем я там остановился? Ага, кажется вспомнил. — шепнул ей на ушко и опустился к ногам девушки. Хёк бесцеремонно закинул одну ее ногу себе на плечо, пальцами раздвинул половые губы и поцеловал клитор, лизнул и пососал чувствительный бугорок. Девушка выгнулась как дуга, запустив пальцы в в слишком короткие волосы на его голове, желая толи притянуть его еще ближе, толи наоборот оттолкнуть. Бао прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями и потеряла связь с реальностью, полностью отдаваясь парню, в которого была влюблена с девяти лет. *** — Я тебя ненавижу. — сообщила девушка час спустя, лежа рядом с Хёком в своей постели. — Не уверен, но после шикарного секса обычно такое не говорят. — Останешься? Он замолчал. Бао лежала прикрыв глаза и замерев в ожидании, с искрой глупой надежды, собирающейся горькой слюной на кончике языка. Но молчание затянулось и вскоре, по его размеренному дыханию, девушка поняла, что Хёк уснул. Непрошенные слезы разочарования солеными дорожками скатились к вискам. Она лежала так несколько минут, погружаясь на дно. Позволяя себе разваливаться на части. Жалеть себя и свою больную ненормальную любовь к этому монстру. После чего поднялась и закутавшись в его куртку, уселась на подоконник, прикурила. Сколько еще она сможет выдержать? Сквозняк из открытого окна холодил кожу и она плотнее завернулась в теплую ткань. Засунула руки в карманы куртки и достала разные мелочи: телефон, ключ от его квартиры, жвачку, леденец, какие-то клочки мусора, две тысячи вон и несколько монет. Она отвлеклась разглядывая свои находки. Девушка похлопала по карманам в запале найти еще что-нибудь, что расскажет о его рутине. Добралась до внутреннего кармана на замке. Выудила из его недр пропуск в старшую велошколу и грустно улыбнулась. Кажется Хёк скучает. Или просто забыл его выложить, с ним нельзя быть уверенной в ответе. За пропуском спряталась фотография, сделанная на полароид. Она мгновенно узнала ее и сердце зашлось в бешенном ритме, подскачив прямо к горлу. На снимке девочка и мальчик. Обоим по девять лет. У мальчишки фингал под глазом, а девочка с косичками, в идиотском платье. Оба хмурятся. Они не хотели фотографироваться, но тетя все равно поставила их рядом и щёлкнула. Фингал Хёк получил защищая ее от придурка, который без конца цеплялся к Бао в младшей школе. А она обиделась на то, что он влез из-за нее в драку. Хёку будто всегда было плевать кто она. Из какой семьи, какой национальности, какой религии. С девятилетней девочкой, отчаянно нуждавшейся хоть в каком-то друге, это сыграло злую шутку. Девушка уже очень давно не видела эту фотографию. Что она делает в кармане его куртки? Чен Бао знала, что нельзя тешить себя глупыми мечтами, но идиотские мысли о том, что она действительно хоть что-то для него значит назойливо лезли в голову. Она долго смотрела на снимок, задумчиво прикусив палец. Как вдруг его телефон ожил. Глаза, привыкшие к темноте, больно резануло и Бао не сразу разглядела, что изображено на экране, но лучше бы она вообще этого не видела. На нее смотрело фото красивой девушки, иностранки, с оливковой кожей и голубыми глазами небесной красоты. Имени не было, на его месте красовался смайлик сердечка. Ревность ужалила как змея и Бао почувствовала как что-то горячее, похожее на рык, горечью поднимается по пищеводу. Ее затошнило. Пальцы сжались в кулаки. Захотелось разъебать его телефон или ответить. Она знала, что не должна испытывать такие эмоции. Но Бао схватив его, не церемонясь вернулась в спальню и с разбега села на живот Хёку. Он подскочил. — Ай, блять, что случилось? Если бы она была сейчас не так зла на него, то вероятно рассмеялась. Видеть его таким растерянным и милым девушке еще не приходилось. Вместо ответа Бао тыкнула ему в лицо телефон и спросила. — Может ответишь, тебя, кажется, девушка потеряла? Когда Хёк смог сфокусировать взгляд на экране у него вырвалось приглушенное ругательство. Парень откинулся обратно на подушку, отбросив телефон в сторону. Нерешительно взглянул на девушку, все еще сидящую на нем. Бао трясло от ярости. — Пояснишь? Хотя, нет, просто ответь зачем ты здесь? Он прикрыл глаза, устало потёр лицо рукой и спросил. — Тебе красивый или умный ответ? Чен Бао не колебалась ни секунды. — Честный — Сам не знаю. Он удержал ее, когда девушка попыталась встать. — Послушай, Бао, это единственный честный ответ, который я могу себе позволить. — Что? — приступ истерического смеха заставил ее согнуться. Она завалилась на бок не переставая смеяться. Из глаз брызнули слезы, но все равно выдавила из себя — Откуда… ты берешь… эти формулировки?.. Когда смех окончательно перешел в схлипывания, Хёк сгреб ее в охапку, усадил к себе на колени и крепко сжал. — Появляешься чтобы трахнуть меня, — начала она перечислять хриплым голосом, — а потом говоришь «не знаю». Встречаешься с какой-то телкой, но все равно лежишь в моей постели и обнимаешь меня. Пошел ты, Хёк. - ее губы задрожали и девушка отвернулась, что бы он не видел ее такой слабой и разбитой. Чен Бао чувствовала, словно вся состоит из трещин и вот-вот рассыпется в прах. — Угу. — это все, что она услышала в ответ. Хёк поцеловал ее в лоб. Она оттолкнула его от себя, но совсем слабо. Ярость ушла и осталась только пустота и бессилие. — Я не понимаю тебя — сказала она — почему ты все время молчишь, ответь мне? — Ты просишь то, чего не могу тебе дать. — Врёшь, ты просто боишься. Так же проще. Сделать вид, что меня не существует. И являться только когда приспичит, по привычке. Он устало выдохнул. — Я не буду спорить с тобой. — Все Хёк. Нам нужно серьезно поговорить. Он поморщился, словно разговор доставлял ему физическую боль, но все равно согласился. — Хорошо. — Что между нами? Парень задумчиво пожевал губу. — Сотрудничество? — это было скорее предположение, а не утверждение. — Я бы использовала слово зависимость, и мне это не нравится. — Она замолчала ожидая его ответа, но тишина продолжила висеть между ними, с каждой секундой похищая ее решимость. — Хёк, я хочу это прекратить. Я устала. Он опустил взгляд и словно через силу выдавил единственное слово. — Нет. Бао заставила себя не растворяться в отчаянном стремлении вернуться в прежние тесные рамки: помочь, просто быть рядом, быть доступной, быть всем и ничем, любить и ничего не получать взамен. — Нет, — она повторила его же слово, постаравшись сделать это твёрдо и решительно. — Я устала быть твоим лекарством от грусти, твоей игрушкой да чем угодно, но только не дорогим тебе человеком. — слеза снова скатилась по ее щеке, но она ее смахнула. Сейчас не время плакать. — Я хочу быть любимой, но это невозможно. Потому что ты украл у меня эту возможность. Но я намерена переступить порог и закрыть эту дверь навсегда. Он кивнул. — Понимаю. Ей хотелось большего, услышать хоть какое-то внятное объяснение или получить хотя бы извинение за его бессердечность. Но она всегда получала только молчание. — Quiero tenerte muy cerca. — он говорил на испанском без акцента. И этот язык подходил ему куда больше, чем корейский. Певучий и плавный, он ласкал слух словно музыка. Жаль только Бао его не понимала. Хёк как-то пытался ее научить, но дальше основ они не зашли. — Что? — переспросила девушка. — Я хочу чтобы ты была рядом. — он опустил взгляд разглядывая свои руки лежащие на ее голых коленях. — Это слова из песни Bésame mucho. Я хочу сказать, — Хёк судорожно выдохнул, как перед прыжком в воду, — что ты ошибаешься и ты дорога мне. Девушка зажмурилась, пытаясь понять не ослышалась ли. — Что?.. Что ты имеешь в виду? — снова переспросила Бао. Язык казалось онемел и еле ворочался во рту, ее вопрос прозвучал невнятно даже для нее. — Хорошо. Это будет очень сложно, но если ты хочешь, давай попробуем. — он посмотрел прямо в ее лицо. Черные волосы обрамляли бледные щеки, глаза припухли и покраснели от бессонной ночи и слез, но она все равно оставалась красивой. — Заключим сделку? Если бы сейчас Чен Бао спросили существуют ли демоны в этом мире, она назвала бы его имя. Девушка перевела растерянный взгляд, желая зацепиться глазами хоть за что-то лишь бы не смотреть на него. За окном алел горизонт, часы на прикроватной тумбе показывали 04:39 утра. Бао следила за мигающими точками, пока цифры не сменились на 40. Она заставила себя подняться и прошла на кухню. Девушка явно не была к такому готова. «Что? Что он сказал?» мысли теснились в ее голове наскакивая одна на другую и никак не желали складываться в логическую цепочку. Бао заметалась в тесном пространстве. Включила чайник, прошлась вдоль столешницы, вернулась, выключила чайник, взяла стакан, но воду пролила мимо. Швырнула стакан в мойку. И схватив пачку сигарет дрожащей рукой прикурила. — Чего ты так испугалась? Он подошел сзади неслышно ступая, как огромный кот, подкрадывающийся к добыче. — Ты собрался забрать мою душу, как тут не боятся, — она выпустила дым в приоткрытое окно, а когда снова попыталась поднести сигарету к губам, Хёк перехватил ее руку и затянулся сам. — Я хочу тебя, а не твою душу. Тебя полностью. Предлагаю попробовать встречаться, но если не получится, обещаю навсегда исчезнуть из твоей жизни. - он прищурился от дыма, изучая ее лицо своими черными как ночь глазами, - Подумай, у тебя есть время до конца сегодняшнего дня. А теперь в кровать. Нужно выспаться. У меня на тебя много планов. Парень выбросил окурок и подхватив ее на руки унес в спальню. Крепко обнял девушку и даже засыпая не выпускал из объятий.