Я ждал тебя до последнего вздоха

Дневник, который никто не читал. Лололошка нашел его под грудой обломков. Маленький кожаный дневник, перетянутый лентой цвета увядших роз. Его пальцы дрожали, когда он развязывал узел, завязанный его руками. Первая страница: *"Если ты это читаешь — значит, я уже не смогу сказать тебе этого сам".* --- **Запись первая:** *"Сегодня ты назвал меня "Ассель" впервые. Глупая детская кличка, но от твоего смеха у меня перехватило дыхание. Я решил — буду записывать каждый наш день. На случай, если... если когда-нибудь забуду, каково это — быть счастливым".* --- **Запись пятая:** *"Ты обжегся о чайник и ругался так смешно, что я расплакался от смеха. Ты назвал меня бессердечным уродом, а потом сам расхохотался. Почему в тебе столько света, Ло? Как будто сама Вселенная вложила в тебя всю свою радость, оставив другим лишь крохи".* --- **Запись двадцать третья:** *"Отец снова сказал, что я — разочарование. Ты пришел ночью, пробравшись через спящие коридоры, и прошептал: "Он ошибается. Ты — самое прекрасное, что создала Архея". Я не спал до утра, боясь, что это сон".* --- **Запись сороковая:** *"Мы поклялись сегодня у руин Первых. Ты сказал: "Никогда не оставим друг друга". Я хотел добавить "люблю", но испугался. Вместо этого я сжал твою руку так крепко, что ты закричал. Прости. Я просто хотел запомнить это ощущение — твою кожу, твое тепло. На случай, если... если всё это исчезнет".* --- **Запись последняя:** *"Я видел тебя сегодня. Ты смотрел на меня пустыми глазами. Ты не помнишь ни нашего дома, ни наших шуток, ни того, как мы клялись у руин. Ты назвал меня "Эграссель", как все. Как будто мы никогда не были "Ассель и Ло".* *Я умру завтра. Убью отца. Убью себя. Спасу тебя. Но перед этим... перед этим я позволю себе одну слабость. Я закрою глаза и представлю, что ты — мой старый Ло. Что ты обнимешь меня и скажешь: "Всё хорошо, Ассель".* *"Прости, что не смог дождаться тебя по-настоящему. Люблю тебя. Вернусь к началу".* --- То, что нельзя вернуть Лололошка уронил дневник. Его тело содрогалось от рыданий, но звука не было — только тихие, надрывные всхлипы, как у ребенка, который только что осознал, что его бросили. Он схватил первый попавшийся предмет — старую маску, их совместную поделку. Прижал к груди. И закричал. Без слов. Без смысла. Просто крик, вырвавшийся из самой глубины души, где копилась боль сотен лет одиночества. А потом... Тишина. И шепот: Я... Я помню --- На последней странице дневника, под пятнами, которые могли быть слезами или кровью, стояла еще одна строка: P.S. Если есть жизнь после смерти... я подожду тебя там. У наших старых качелей. Как в детстве! Знаешь, всё же скажу, я мечтал уже долгое время сказать тебе эти слова лично... Я люблю тебя. Любил до конца... Люблю до последнего вздоха! Лололошка закрыл глаза. Где-то в глубине души, в самом ядре его Искры, что-то дрогнуло. Как эхо. Как обещание. Как Асель и Ло, которые когда-то были счастливы. ---