Чужие письма

*** Смутьян поднимался наверх в покои одной буржуйки, которую...недолюбливал.До него часто доходили слухи о том как та при всех критикует его работы, а тут так вообще к себе пригласила на разговор...Встав перед белой как мрамор дверью ему стало дурно–то ли от страха, то ли от отвращения...Дверь открылась и Пётр вошёл в богато украшенную гостинную: обои с узорами цветов, украшенные белым деревом, стол с серебрянной скатертью...Всё богато, всё ужасно его бесило.Он хотел содрать обои...сломать стулья, устроить хаос в этой лжи, но тут он заметил саму обитательницу такой хорошей двухэтажной квартирки...Это была блондинка лет 30: стройная, белокурая, на ее лице были незаметные морщинки под глазами...Её шея была украшена бусами, а сам наряд был светлым, голубым, домашним...Петю перекосило от "вони"сладких духов и её внешнего вида...Пока она так богато выглядила за просто так обычные рабочие не могли себе и платья качественного позволить, что уж говорить о сытости большой семьи... –Приветствую вас, товарищ Морозов. Едко сказала дамочка, отпив немного чая, элегантно...оттопырив мизинец.Данный жест только сильнее взбушевал его неприязнь, из-за чего тот резко произнёс. –Я смотрю вы читали мою книгу...–Сказал Пётр, подходя к столику и садясь напротив дамы.На столе лежали конфеты в стеклянной вазе и серебрянный сервиз...Петя только сильнее сморщился ведь теперь вонь духов стала невыносимой. –Да...и всем "порекомендовала".Кстати насчёт неё...странно это всё.Почему вы называете женщину товарищем? Это как-то грубо, нельзя было бы придумать что-то получше? Она легонько сняла перчатки со своих рук и положила к себе на колени. –И как же я должен был называть женщин? Мэдмуазэль? –С издёвкой сказал Пётр, после продолжив–В моих идеалах все равны.Нету ни богатых, ни бедных.Всё общее и доступное. –Вот как...–Задумчиво сказала дама, прикладывая пальцы к подбородку. –Вы меня пригласили, чтобы книгу пообсуждать? !Простите, но у меня много дел...я должен идт... –Сидеть.–Твёрдо сказала женщина, не давая ему закончить.Она встала из-за стола и медленно подошла сзади, кладя свои руки к нему на плечи. –Мне нравится ваша книга и поэтому как представительница высшего общества, я бы...хотела вам помочь... Пётр напрягся и сжал кулаки, пытаясь справиться с желанием, чтобы её не ударить... –Я...тоже из "этих".–Горячо прошептала женщина ему на ухо, заставляя Петю дёрнуться... –Из кого из этих? –Твёрдо спросил Петя, поворачиваясь к ней... Женщина отходит от Петра и внимательно смотрит на портрет Императора Николая.Окидывая его твёрдым и решительным взглядом. –Я не верю в идеалы монархии...Всему придёт конец и монархии в том числе. Она отводит глаза и внимательно смотри на Петра...Внезапно в этой "избитой" и "избалованной фигуре" он увидел что-то благородное, то что внезапно зацепило его... –Значит...Вы тоже считаете, что нужно что-то менять? –Верно, потому и хочу вам помочь, в ваших рукописях я нашла множество важных вещей, которых не хватает нашему могучему государству. После ее слов Петя выгнул спину.Ее слова его взбодрили, неужто кроме его товарищей его рукописи хоть кто-то ещё читает? Неужто он встретил кого-то с кем мог разделить собственные идеи? –...Но я считаю, что не стоит ничего уничтожать, можно все решить мирно... Пётр скривился, видимо рано обрадовался... –Мирно? !Да эти буржуи как всегда всё загребут под себя, подкупив суд и убив свидетелей! –Петя встал со стола и стукнул по нему, разливая чай из её чашки.Он ковыляя и злостно согнувшись стал подходить к ней. –Да, что вы жалкий свет знаете об простых людях? ! Женщина стала медленно отходить назад.Хоть её лицо и было на вид спокойным, было заметно как дёргаются ее брови и ноздри...Внезапно она врезалась в столик, где стояла её косметичка... –Пётр...я видела своими глазами всё, что творится...Я старалась что-то исправить, но даже мои корни близкие к Романовым мне не помогли! Потому что никто не будет слушать "глупую вдовствующую женщину"! Её крик остановил Петра, он посмотрел на неё под другим углом и расслабился, внезапно проговорив. –Меня...тоже никто не послушал. Задумчиво произнёс Петр, смотря в глаза буржуйке. –Потому мы и стали делать бомбы.. Его лицо было полно отчаинья и какой-то вселенской грусти.Женщина, аккуратно стала приближаться к Петру... –Я понимаю вас...Но шанс есть! Если я пробью вас в высшее общество и познакомлю с кем надо ваши идеи выйдут в свет! До того как вы...потеряли всё, вы ведь были учителем... Глаза Петра округлились, а сам он занервничал, поправляя дырявый пиджак... –Откуда вы знаете? –Вы...учили моего сына–Сергея Горенского.Помните такого? –Горенский...–Пётр задумчиво опустил голову, а после расплылся в улыбке...Горенский был его самым талантливым учеником, мальчиком с большим будущем, но 3 года назад его призвали на фронт и... –Вы...Любовь Михайловна Горенская? В голове Пети всё сложилось в одну большую картину, эта женщина...Раньше он с ней очень близко переписывался.Сначала это были просто переписи о том, как учился её сын, а после они слали друг другу открытки, после становясь "товарищами по переписке".Довольно глупая вещь, но согревающее сердце средь серых будней.Он считал её прекрасной женщиной, до...этой встречи.Пётр горько усмехнулся. –Да, это я..Вы видимо совсем не узнали меня и напали как зверь, хотя...мы с вами ведь и так ни разу и не виделись в живую. Любовь усмехнулась и легонько подошла к столу.Серебрянная скатерть была испорчена чаем, но она не злилась, наоборот лишь грустно улыбалась, видя как из интеллигента он превратился во врага монархии. –Теперь, когда вы знаете мои взгляды, мне бы хотелось...поговорить с вами о плане. Она вынула из рукава бумажку и дрожащими руками протянула Петру адрес. –Приезжайте туда завтра. Обещаю вам ничего не будет угрожать. –Хотелось бы верить–Едко ответил Пётр. Теперь он знал о её истинном облике, но мог ли доверять? Он не знал..поэтому решил обдумать всё наедине с собой. Стрелка часов остановилась на 4 вечера. –Спасибо за такой радушный прием, но...мне пора. Петя не улыбнулся, не попрощался, а просто свернул бумажку с адресом и положил в карман. –Я буду ждать вас в три! Крикнула Люба, но тот лишь хлопнул дверью оставляя её на едине со своими мыслями.