Паразит.

Что вы знаете о моделях? Множество показов мод, дефиле, фотосессии и конечно-же верные фанаты… Все это известно Азуру, что на протяжение многих лет, был прикован к модельной индустрии.   Все начиналось с самого детства, точнее сказать с самого рождения. Все его родственники и сами родители делали себе многочисленный ботокс и «омолаживающие» уколы, никто не ждал, что родиться красивый ребенок, да и в кого. Но видимо генетика более глубокая и сложная штука, ведь Азур родился прекраснейшим ребенком, с идеальным как у ангела личиком, мягкими черными волосами и аккуратными лисьими глазками.   С каждым годом он становился все лучше и лучше, проявился нежный характер, элегантность движений и грация.  Мать долго тянуть не стала, уже в десять лет его приняли в фотомодели детской одежды, но на этом всё не закончилось, по мере того как он становился старше, с ним все больше и больше хотели сотрудничать более огромные бренды.   Очень быстро он достиг высот, к своим восемнадцати годам Азур стал мелькать на всех обложках журналов, вывесках и огромных рекламных баннерах.   Он дефилировал для брендов одежды,  фотографировался для рекламы духов или часов…  Но все ли проходило так радужно? Ни раз парень сталкивался с поистине огромными проблемами в школе, часто он пропускал уроки, одноклассники хихикали, а более старшие ребята уродовали его вещи.   Жаловаться Азур не хотел, да и что поделать, надо всего-то получить школьное образование и забыть это как самый страшный кошмар.   Друзей у него никогда не было, ведь его считали избалованным, да и самому липнуть к кому-то он не желал, больно привык, что люди сами тянутся к нему. Максимум с кем он общался, были коллеги, которые за пределами студий и показов даже не вспоминали о нем.   Когда парень окончил школу, он решил пока никуда не поступать, хотелось отдаться полностью модельному бизнесу.   На накопление Азур смог купить себе квартирку. Небольшую, но очень уютную.  … — как мне это надоело. — тяжело выдохнул темноволосый парень, смотря на свое отражение, черные глаза сверкали грустью и усталостью. Через мгновение тонкие и столь бледные пальцы схватились за раму зеркала.  — Как-же я устал от этого! — срывающимся голосом крикнул он сам себе, слезы накатились на глаза. Жалко. Он выглядел жалко.  Отойдя от зеркала, Азур начал рассматривать свое тело, торчащие ребра и бедра, а так-же эти до ужаса мерзкие костяшки на пальцах. Хотелось блевать от одного своего вида, ему надоело. Надоело зависеть от чего-то или кого-то, это не делай без разрешения, то не делай, как малому ребенку… да даже у ребенка будет свободы больше чем у него!  От мыслей прервал резкий звонок, мелодия некогда любимой песни, что уже начинала раздражать. Подняв телефон, он увидел уже знакомый номер, вновь звонили из того модельного агентства, в который Азур стремился годами, он не один раз оставлял свои заявки, но их либо упорно игнорировали, либо просто отклоняли…  Взяв трубку, рука тряслась, надежда на то, что его приняли никуда не пропадала. Из динамика послышался хриплый голос.  — здравствуйте, вы недавно оставляли свою заявку, мы рассмотрели её и приглашаем вас к нам, дабы показать свои навыки и уже определиться тем, точно-ли мы хотим брать вас к себе. — голос говорил спокойно, биение сердца парня участилось, он попытался выравнять голос, но все равно вышло как-то нервно.  — да-да! На какой адрес мне подъехать и к какому времени? — тараторил Азур, надеясь, что мужчина на другом проводе сможет уловить хоть одно слово.  Когда адрес был назван, темноволосый сбросил трубку и быстренько записал на первой попавшийся бумажке адрес.  Хотелось скакать от счастья, уже было плевать, что он ненавидел все что связано с моделями, жизнь вновь заиграла яркими красками. Не зря стремился. Все-же заслужил.   Не долго думая, парень рванул в комнату, чтобы одеться подобающе и привести себя в порядок, он должен быть на месте через три часа, времени достаточно, чтобы успеть много чего сделать, но надо учитывать и время того, сколько прийдется ехать. Оделся Азур простенько, черные строгое штаны и черная рубашечка, что была аккуратно заправлена в штаны.   Заказав такси классом комфорт плюс, он начал ждать у подъезда, сидя на потертой временем лавочке.    … Подиум сверкал, модели столпились за кулисами, им предстояло провести свое пробное дефиле, в любой удобной походке, будь это лошадиная или кошачья, главное показать себя.   В огромном зале был только один человек, а именно глава всего этого бизнеса, всей этой компании. Это был мужчина средних лет, с белоснежными как снег волосами, которые были аккуратно собраны в растрепанный пучок, одетый с иголочки, ну и конечно этот ледяной взгляд, который показывал равнодушие ко всему происходящему. Было понятно, что отбирать моделей будут хладнокровно, без всякой надежды на жалость.    Всем участникам прилепили на грудную клетку из порядковый номер, Азуру достался номер 20, ему досталось время чтобы вспомнить, все чему его учили долгие годы.   В голове проносилось: «не поддерживать зрительный контакт…», «идти уверенно…», «если что-то пойдет не по плану, не останавливаться…».   Оторвавшись от мыслей, он увидел, что перед ним осталось всего два человека, страх окутал его мозг легкой пеленой. Он справится.   Девушка перед ним пошла уверенно, без каких либо страхов, но тут она запинается об свой же каблук и останавливается. Зачем она это сделала? Надо идти дальше… не успел парень до конца озвучить про себя ее ошибку, как на весь зал раздался хриплый рев: «дальше!».  Азур выпрямился, грациозный шаг, лицо, которое не отображает не одной эмоции.   Закончив свое дефиле, он не услышал заветное «пройдено», а лишь получил личное дело с подписью «на рассмотрении», но это было не все. Беловолосый мужчина шепнул ему, чтобы тот остался. Как странно, впервые его оставляли.  …  — ты ведь знаешь, что нужно делать чтобы прорваться в топ модели? — сказал 1х4 смотря на Азура, что стоял на коленях, с пустым взглядом.   Парень дрожащими руками расстегнул ширинку мужчине напротив, он надеялся, что в кабинет никто не ворвется, на все остальное насрать.   Ему было мерзко максимум от самого себя, спуская чужие штаны, он чувствовал прилив тошноты. Подцепив лямку трусов, ему совсем стало мерзко, на мгновение он остановился.   — схуяли остановился. — прорычал беловолосый хватая парнишку за его волосы и оттягивая голову назад.   Азур проглотил вязкую слюну, чувствуя как горло высохло. Когда 1х4 соизволил отпустить его волосы он снял трусы и дрожащими губами взял чужой половой орган в рот, не успел он привыкнуть, как его нос вдали в чужой лобок. Дышать было тяжело, слезы текли по щекам, он вцепился ногтями в чужие бедра и пытался не задохнуться.  Он никак не проявлял инициативу, его голову двигали грубой рукой, надо было перетерпеть…  Через пару минут мучений, беловолосый оторвал парня от себя и натянул трусы.  — достаточно. Ты принят. — грубо сказал он, после чего уселся обратно в свое кресло.  — свободен. Номер наш у тебя есть, если будет работа, напишем. — добавил он перебирая документы, будто ничего и не было.   Азур встал, ноги дрожали, колени болезненно ныли, он кивнул и быстро пошел к выходу из кабинета.  — спасибо… до свидания — промямлил он быстрым шагов выходя и врезаясь в кого-то, через бок начало жечь. На него пролили кровь. Он в панике посмотрел на человека перед собой.  Это был парнишка, явно молодой, с короткой черной стрижкой и бледной кожей, одет он был с иголочки, на пиджаке красовался бейджик с написанным именем. «Ту тайм». Этот «Тц тайм» растерянно смотрел в глаза Азура с ухмылкой.  — простите. — промурлыкал он и отвернулся, явно идя за новым кофе… странный тип.  … Придя домой, он сразу же упал на пол и разрыдался. Он чувствовал себя грязным, испорченным и использованным. Было мерзко и дотошно с самого себя.   Через мгновение он почувствовал вибрацию в кармане, совсем забыв, что поставил телефон на беззвучный режим.   Достав телефон дрожащим руками, Азур шмыгнул и посмотрел на экран блокировки.   Неизвестный абонент. Не долго думая он взял трубку, но он совсем не ожидал то, что услышит.  — если вы не выплатите 30.000 рублей, то видео с вашими сегодняшними действиями будут слиты. — раздался тихий голос, он впервые его слышал и не хотел бы никогда слышать.  — стойте! Какого… — не успел он промолвить хоть слово, как трубка была сброшена…