Рози Ватсон

Видео от Мэри закончилось, и картинка с её улыбчивым, но грустным лицом замерла, останавливая время даже вокруг себя. Джон рвано выдохнул и, опустив голову вниз, стал растирать лицо руками, пытаясь прийти в себя от слёз, в то время как Шерлок смотрел будто сквозь экран. Ватсон втянул воздух резко поднялся с кресла, чуть не сбил стоящего впритык Холмса с ног, и тот поймал его в объятия. Мужчина сорвался, начиная рыдать в плечо друга, пока его стали осторожно поглаживать по плечам и спине. – Я с тобой, — всё, что выдохнул Шерлок, больше не зная, что сказать и как поддержать. – Я знаю, — тихо ответил Джон и вдруг отстранился, нежно смотря в голубые глаза. Детектив моргнул, сбитый с толку такой неожиданной любовь в глазах. Они простояли так пару секунд, не зная, что сказать друг другу. Дверь в их комнату приоткрылась с тихим скрипом и из-за неё показалась Миссис Хадсон, приподнявшая брови. Завидев мокрые глаза парней и их позу, она незаметно улыбнулась. – Ох, мальчики, простите, не хотела вам помешать, — несмотря на свои слова, она открыла дверь полностью, показывая, на удивление, чистой комнате младенца на руках. Ватсон тут же отпрянул и направился к хозяйке, протягивая руки дочери. – Что-то случилось? — поинтересовался он, когда стал покачивать ребёнка, смотрящего на него большими заинтересованными глазами. – Рози капризничала, — качнула головой Миссис Хадсон. — Видимо, к тебе хотела, милый, — она улыбнулась. Мужчина улыбнулся ей и, глядя на дочь, обернулся в сторону Холмса, который, по видимому, наблюдал за ними. – Как давно вы её кормили? — спросил Шерлок, совершенно не сомневаясь в праведности и пунктуальности женщины. – Почти четыре часа назад, — глянув на криво висящие часы, сказала она. — Скоро должна проголодаться, а может и уже. Пойду наведу смесь, а вы пока хорошенько последите за ней, — как будто это её ребёнок, пригрозила она. – Конечно, — по-доброму усмехнулся Джон, поглаживая малышку по голове, пока она ужасно любопытно крутила головой. Холмс встал за спиной друга, и Розамунд успокоилась, уставившись на него. Мужчина осторожно, почти невисомо провёл по щеке Рози костяшкой указательного пальца. Малышка приоткрыла рот, моргая.

***

Шерлок сидел в кресле, прокручивая в руках ручку с большой скоростью, и, нахмурившись, глядел в экран своего ноутбука. – Какой же там был код... — задумчиво прошептал он, а затем закусил губу. Решение совершенно не поддавалось логике и смыслу, но он его прослушал по глупости, думая быстро разгадать сам. Джон возился с каким-то документами, касаемыми этого же дела, не обращая внимание на нескончаемый бубнёж друга. – Шер-и, — протянула четырёх летняя Розамунд, слегка отвлекая детектива от работы, но тот совершенно не злился по этому поводу, хотя на любого накричал бы. Все Ватсоны и Миссис Хадсон не входили в разряд "любые". Странное обращение прижилось с тех самых пор, как малышка заговорила, но ей была тяжело выговаривать какие-то буквы и длинные слова, поэтому сокращала их. Сначала Холмс не знал, как реагировать на это, но после принял и улыбался. – Да, Рози? — спросил мужчина и посадил девочку себе на колени к себе лицом, но та развернулась к экрану. – Лили! — воскликнула Ватсон и указала пальцем на фотографию женщины в руках отца, который поднял голову на вскрик дочери. – Что? — переспросил он. Девочка, наклонив фото, ткнула в цветок в волосах той женщины. – Вот! — она тут же указала на голову Шерлока, хихикая. Лицо мужчины озарилось пониманием и он, придерживая ребёнка одной рукой, стал другой быстро печать. Когда ноутбук не издал протестующих звуков, он удивлённо приподнял брови. Поймав взгляд друга, Холмс пояснил ему, развернув экран. – Код «Лилия». Джон ошарашенно глянул на свою дочку. – Как ты поняла, милая? – Тот дядя, который к нам приходил, говорил про любимые цветы своей жены. – Ого, — выдохнул Ватсон, улыбаясь. Он поднялся и взял Рози на руки, посадив на сгиб локтя. – Моя умница, — цмокнув девочку в щёку, мужчина глянул на ухмыляющегося Шерлока, который скрестил руки на груди. – У неё хорошая память, — сказал Холмс, узнавая в Розамунд идеальную память её матери.

***

Миссис Хадсон бегала по квартире Шерлок-Ватсонов, что-то говоря себе под нос, подразумевая, что её кто-то будет слушать. – Миссис Хадсон! — засмеялась Рози, болтая ногами, пока Джон заплетал её пшеничные волосы в две короткие косички-колоски. – Да, милая? — спросила женщина, поставив тарелку с сухими хлопьями на стол. – Почему вы так переживаете? — девочка склонила голову. – Ох, — Миссис Хадсон тепло улыбнулась. — Ну как же. Сегодня у тебя первый день в школе. Всё должно быть идеально. Розамунд хихикнула. Дверь скрипнула, и возбуждённый голос Молли с заинтересованным молчанием Шерлока наполнили комнату. – Я принесла тебе твой рюкзак, — улыбнулась Хупер, показывая всем покупку. — Боже, этот день настал! Джон хохотнул. Он сам не верил, что его малышка уже идёт в школу.

***

Миссис Хадсон услышала стук в свою дверь и, поднявшись, прошла к ней, чтобы открыть, хотя знала, кто за ней будет. Только один человек в этом доме стучит к ней, а не врывается без спроса и не кричит со второго этажа принести чай. – Привет, милая, — улыбнулась женщина, увидев Рози на пороге. – Здравствуйте, Миссис Хадсон! — воскликнула девочка, покачиваясь на носках кроссовок взад-вперёд. – Тебе чем-то помочь? — догадалась Марата, тепло улыбаясь. – Помогите приготовить ужин, пожалуйста. Это заставило женщину удивлённо приподнять брови и выйти за пределы своей комнаты. – Ого, — сказала она и повела Розамунд в сторону кухни. – Для твоих десяти лет ты достаточно разносторонняя. Ватсон хихикнула.

***

Слёзы нескончаемо текли по бледным щекам всей семьи. К чьему-то удивлению, Шерлок упорно игнорировал соль на своих губах, плотно сжимая их до болючей белизны. Джон упрямо стирал слёзы, помутняющие взгляд, оставляя неприятное жжение своими резкими движениями. Рози, ухватившись за руку отца, громко всхлипывала, чуть ли не давясь слезами. Не слишком далеко от могилы Мэри Ватсон теперь стояла ещё одна. Марта Луиза Хадсон. Казалось, Миссис Хадсон переживет их всех вместе взятых. В она прожила всего пятнадцать лет от жизни Розамунд, оставив её в самый трудный период в жизни подростка, 15 лет.