Развилка
27 июня 2025 г., 20:31
В последнее время в голове Гермионы Грейнджер поселились странные мысли, которые шли вразрез с голосом здравого рассудка. Начиналось это всегда совершенно по-разному. Чаще всего это случалось перед сном, когда она недостаточно уставала в течение дня и раздумья заводили ее в дебри сознания. Там она терялась в правде и вымысле. Второе ее привлекало куда больше первого. Поутру она с осуждением смотрела в свое отражение и умывалась, жестко смывая сон ледяной водой.
Если не ночью, то во время уроков. В те короткие моменты, когда она ловила секундную заминку и отвлекалась на профиль сидевшего недалеко парня. Разгадка близка, но Гермиона всячески отказывалась верить, что всему виной именно ОН. В такие моменты ей помогал сухой голос профессора Снейпа или Рональд со своим «Ты успела записать?». Как будто он фиксировал то, что говорил преподаватель. Просто любил отвлечься на хоть и короткую, но беседу.
Такие моменты возвращали ее в реальность, но ненадолго. Мысли ускользали, стоило на секунду остаться наедине с собой. А иногда даже разговора с кем-то было недостаточно, чтобы отвлечься.
Поэтому, когда на обеде она поняла, что снова витает в облаках, Гермиона быстро разделалась с едой и, предупредив парней, что хочет отрепетировать новое заклинание, убежала из Большого зала. Она медленно шла в сторону нужного кабинета после обеда и рефлексировала. Она прижимала к груди конспекты и небольшой учебник с формулами и лекционными материалами по нумерологии. А в голове блуждали далеко не числа, а параллельные вселенные, которые почему-то, совершенно без ее ведома, рождались без необходимой на то причины. Бывало такое, что стоило главной проблеме ее существования пройти мимо — и с этой самой секунды начинала отсчет новая ветка развития событий, которую Грейнджер проецировала сама.
Они столкнулись на входе в кабинет. Он уткнулся взглядом под ноги и не заметил летевшую навстречу Грейнджер. Погруженный в свои мысли, парень даже не удостоил ее базовым списком ругательств, который выдавался всем слизеринцам при поступлении. Кивнул и пошел дальше, а она зависла на месте. Секунда, вторая — и в голове появилась развилка реальности. На четвертую она обернулась, чтобы посмотреть ему вслед, а на шестую смахнула мысли в сторону, чтобы торопящиеся на урок студенты растоптали их.
На той развилке времени, он не прошел мимо, медленно поднял голову останавливая свои красивые, серые глаза на ее губах. Он не мог умолчать. Он вообще никогда не молчал, когда речь заходила о ней. Ведь они Гермиона и Драко. Она неловко прикусила нижнюю губу, когда поняла на что устремлен его взгляд. Когда поняла, что ОН смотрит на нее.
— Грейнджер, ты куда-то торопишься? — без злобы и яда спросил он, переваливаясь на левый бок, чтобы перекрыть ей проход.
— Это кажется ты куда-то шел. Будь добр, дай мне пройти, — в голосе слышно волнение и это неправильно. Гермиона Грейнджер не должна волноваться в его присутствии. Драко оторвал взгляд от ее рта и посмотрел прямо в душу сквозь глаза. Банальщина, но кто вы такие, чтобы лезть в ее голову. — Позволь мне пройти, — в этот раз голос прозвучал еще более неуверенно. Она робела и сжимала кулачки, чтобы вернуть себе способность адекватно мыслить. Но как только она собралась вдохнуть поглубже, он приблизился.
— Грейнджер, такое ощущение, что ты испытываешь волнение, — кончики его пальцев коснулись сжатых костяшек девушки и это подействовало, как умиротворяющий бальзам. Одно прикосновение и она растеклась. Растаяла. Она стала совершенно мягкой и бесформенной и даже непозволительная улыбка тронула уголки ее губ.
— Малфой, перестань, — попросила она, но с места не сдвинулась. Могу поспорить, что при желании она точно смогла бы прошмыгнуть внутрь класса и этот диалог закончился бы ничем. Но она вросла в пол и больше ни о чем думать не смела, кроме как о его глазах и ухмылке.
— Перестать что? — его пальцы потянулись вверх по руке, вызывая бунт сердцебиения, запуская волну мурашек по всему телу. — Я отойду, если ты сегодня согласишься поужинать со мной, — он сказал это совсем тихо, приближаясь практически к губам. Гермионе потребовалось немало усилий, чтобы открыть рот и прошептать свое согласие. Голосовые связки, как и тело, обратились в расплавленный на солнце пластилин. — Тогда до вечера, я отправлю тебе весточку, — подмигнул и ушел не оглядываясь. Как он мог так легко и непринужденно вести с ней диалог, когда она так терялась...
Гермиона перешагнула порог кабинета, а вместе с тем закрыла дверь в ту реальность, которой не существовало. Это были просто мысли. Глупые наваждения, которые преследовали ее в самых внезапных местах. Так или иначе они ничего не значили, в этом она была уверена. Ведь Драко Малфой не мог ей нравиться. Не должен был.
Она потратила все время перед уроком, чтобы убедить себя в ложных чувствах. Сойтись на там, что с другими у нее тоже такое бывало. Например, когда Рон за завтраком капнул на ее новую блузку малиновый джем. Тогда развилка в ее сознании привела к летальному исходу. Но в реальности она протяжно выдохнула и использовала очищающие чары. Правда, даже после них на месте «ранения» остался слегка заметный розоватый след.
Она убеждала себя, что это тоже самое. Идентичная ситуация. Поэтому когда парни пришли в кабинет и спросили все ли у нее хорошо, она задорно кивнула и потрепала их по голове. Гарри и Рон подозрительно переглянулись, но ничего не сказали.
***
После этой ситуации развилки случались ещё несколько раз. Особенно яркой оказалась одна, случившаяся во время вечернего дежурства с Дином Томасом. Они неспешно шли по коридору, обсуждая, кто из преподавателей скорее всего на самом деле мог бы быть вампиром или другой ночной тварью. Гермиона оживленно спорила, пока не замерла, едва не врезавшись в стену. — Гермиона? — Дин остановился, оглянулся. — Все нормально? Она стояла, уставившись на участок стены, за которым скрывался вход в гостиную Слизерина. Казалось, будто ее разум на мгновение отключился. — Ага... просто… вспоминаю, закрыт ли этот проход после полуночи, — выдала она первое, что пришло в голову. Дин нахмурился, но не стал расспрашивать. Они пошли дальше, а в голове Гермионы уже пульсировала мысль. А что если... ...каменная кладка сменилась дверью и та распахнулась, гулко ударяясь о стену. В проходе появилась слегка пошатывавшаяся фигура. Из гостиной доносилась музыка, зачарованные огоньки мигали зеленым светом. Драко оказался слегка пьян, но глаза были ясными. — Малфой? — голос Дина придал ситуации реалистичности, потому что Гермиона совершено не дышала, уповая на то, что это какое-то заклинание или зелье. Все лучше, чем реальность. Он будто почувствовал ее присутствие и переступив порог, сразу направился в ее сторону, смотря на нее, как на добычу. Хищник углядел цель и гипнотизировал ее, чтобы та никуда не сбежала. Подойдя достаточно близко, он сделал выпад и напал на нее. Не произнося ни слова, заключил в крепкие объятия и поцеловал. Горячо, резкой, жадно. Теперь кислород и не был нужен. Все ее потребности были утолены его губами. — Гермиона, ты действительно странно смотришь на стену. Мы пойдем? — голос Дина вернул ее в реальность. Гостиная Слизерина, как и положено, была скрыта за неподвижной кладкой камня. Гермиона покраснела, поправила ворот мантии и кивнула, пытаясь стряхнуть с губ то, чего там никогда не было.***
На следующее утро в Большом зале царила привычная суматоха. Гермиона только опустилась за стол, как один из домашних эльфов, с которым она часто болтала, поставил перед ней тарелку и аккуратно положил красное яблоко. — Мисс Гермиона, ваше любимое, — как всегда весело сказал он. Она кивнула, поблагодарила, взяла яблоко — и вдруг... остановилась.Разве я действительно люблю красные?
Мысль пришла внезапно, будто не своя.Зелёные... они же чуть кислее. Свежее. Прозрачнее по вкусу.
Словно на миг вкус яблока сменился и она — нет, не она — усомнилась в собственных предпочтениях. Что-то промелькнуло в сознании. Что-то... скользкое. Неощутимое. Будто кто-то задержался в голове на полсекунды дольше, чем должен был. Она моргнула, и всё исчезло. — Эй, ты чего? — спросила Джинни, подсаживаясь рядом. — Ничего. Просто задумалась, — Гермиона покрутила яблоко в руках и отложила в сторону. Все в порядке. Красное так красное. Позже, уже у выхода из зала, она, со своим подаренным фруктом, ждала Джинни, которая подбежала к мадам Трюк, уточнить что-то насчет тренировки. Это был тот короткий момент, когда в голове буйствовал белый шум, позволяя Гермионе обнулиться и ни о чем не думать. Даже шорох шагов не привлек ее внимание. Мимо проходил Драко Малфой, держа руки в карманах. Он не замедлил шаг, просто бросил, не поворачивая головы: — А я думал, ты больше по зеленым, — это должно было прозвучать как издевка, но нет. В голосе не было ни иронии, ни привычного высокомерия — только мимолетная, почти искренняя заинтересованность. Гермиона обернулась, но он уже был далеко. Она сжала яблоко. Сильно. До хруста.***
Позже, в тот же день, Гермиона сидела в библиотеке, прячась за тяжелым томом философских эссе. Она бегала глазами по тексту, пытаясь найти вдохновение для домашнего задания по истории магии. Мысли летали от теории к теории. Но стоило взгляду зацепиться за что-то конкретное, как слова расплывались, а буквы весело скакали по странице. Ничего не собиралось в единый смысл. Может, его и вовсе не было. Может Сартр был прав, и в существовании действительно не было смысла? Гермиона оторвала взгляд от книги, когда услышала шорох неподалёку. За соседний столик упала причина её мыслительных лабиринтов. Но стоило ему заметить ее «незаинтересованный» взгляд, как он поднялся, прошел вдоль соседней полки научной волшебной литературы и, не говоря ни слова, навис справа. Вздох. Наклонился слишком близко, чтобы увидеть, что она читает. Его дыхание обожгло щеку. Он улыбался. — Магловская философия? Да ты садистка, — голос над самым ухом заставил её вздрогнуть. Он стоял рядом. Он действительно стоял рядом. Никаких резких движений, ни привычной насмешки в голосе. Всё происходило слишком точно — слишком узнаваемо. Она вцепилась в книгу сильнее. — Грейнджер, почитай мне, — голос его был тихим, почти ленивым. Взгляд скользнул по открытому развороту — поверх строк, но задержался не на них. Казалось, он читал не текст, а её. Драко тихо пододвинул стул ближе и бесшумно сел рядом. — Я заинтригован, — без капли стеснения. Его взгляд был осязаем, но не ощущался тяжестью — скорее, обволакивал и пробирал до самых недр. Гермиона неловко повернула голову и встретилась с ним взглядом. Он действительно ждал, пока она начнёт читать вслух. — Боюсь, тебе не будет интересно, — с ноткой сарказма выдала она, призывая на помощь голос разума. Она не должна была так робеть перед ним. Это совершенно точно выходило за рамки дозволенного. — Грейнджер, не заставляй меня тебя умолять, — совсем тихо проговорил Драко и лукаво приподнял уголки губ. — Мадам Пинс не понравятся мои методы уговоров, — он медленно закрыл глаза, а когда открыл — в них плясали настоящие языки пламени. Он был самим Люцифером, и Гермиона шла у него на поводу. Она снова вернула взгляд к книге. Уже собиралась начать читать, как вдруг решила ещё раз взглянуть на него... Ни Драко, ни стула не было. Соседнее место было неправильно пустым. Ее это напугало — очередное наваждение оказалось слишком реалистичным. Его дыхание все еще, казалось, обжигало щеку. Этого просто не могло не быть. Или могло? Она перевела взгляд туда, где Драко сидел изначально — и столкнулась с его отстраненной фигурой. Он вальяжно расположился на стуле, уткнувшись в книгу, и чему-то едва заметно улыбался. Гермиона Грейнджер, кажется, начинала сходить с ума.***
Общие уроки были самым опасным временем из всех. Она не любила отвлекаться от лекции, но каждый раз, стоило Драко немного поерзать или поднять руку, чтобы ответить, она утопала в множестве различных развилок. И везде она расплывалась в глупой улыбке, а жар его дыхания опалял кожу, оставляя ожоги то там, то тут. После таких пылких мыслей ей приходилось тяжело дышать и трогать места ожогов, чтобы вернуть себе здравый рассудок. Она отказывалась как-то озаглавливать эти чувства. Да и не чувства это были вовсе. Это фантазия. Она была умной, много читала и это сказывалось на ее творческом потенциале. Из-за огромного количества научного материала, ее внутренний творец чах и выходил на волю в такие короткие мгновения. Но почему он выходил только, когда рядом оказывался Драко Малфой это уже другой вопрос, который Гермиона отчаянно игнорировала, подбирая удобное оправдание. Следующий день после странного столкновения в коридоре, был худшим в неделе. Тот, кто составлял расписание в этом году был настоящим дьяволом, потому что два урока заклинаний подряд, были худшей идеей из всех. Нет, Гермиона любила заклинания, они ей хорошо давались, но тот факт, что это был смежный урок со слизеринцами. Так еще и вечно отвлекающий Рон выбрал путь повышенного курса ЗОТИ, ссылаясь на то, что в авророрате защита ценнее, а нужные заклинания он и сам выучит. Был Гарри, но он ее никогда не отвлекал на этом предмете. Тут списывать не приходилось, он любил колдовать, так что справлялся сам. А вот Гермиона совершенно не справлялась. Она брала с собой маленький томик какой-нибудь жутко скучной философии, чтобы в минуты полетов фантазии, она могла заглушить их Кантом или Сартром. Они душили всю романтику наповал, в то время, как в одной из развилок Драко душил ее колчеством страстных поцелуев. — Мисс Грейнджер, вы с нами? — скрипучий голос профессора Флитвика сработал лучше чертового Филита Косского. Она бы сейчас тоже хотела умереть от истощения. Да от чего угодно. Исчезнуть с лица земли, лишь бы профессор не привлекал к ее покрасневшим щекам слишком много внимания. — Да, прошу прощения, вы что-то спросили, — Флитвик покачал головой. — Какие вы можете назвать связывающие заклинания? — повторил свой вопрос профессор, сторого взирая на любимую ученицу. — Фульгари и Инкарцеро, — от зубов отскочили выученные слова. — Все верно. Сегодня мы изучим еще одно. Брахиабиндо — заклинание, связывает противника крепкими путами, — и Гермиона снова провалилась в свои мысли. Обычно, профессор посвящал первый урок теории, а второй оттачиванию навыка. Раз сегодня они изучали заклинание связывания, значит планировалась командная работа. Связывания... Глупость какая. Нет, сейчас не было места никаким фантазиям. Гермиона уткнула взгляд в томик изречений Косского и практически в ту же секунду провалилась в мысли. — А теперь попрошу вас разбиться по парам, — Флитвик привлек ее внимание, вытягивая из собственного круговорота фантазий. Гермиона пообещала себе сжечь треклятую книгу, которая не справлялась со своей прямой обязанностью. Когда Гарри поднял руку, чтобы дать подруге победное «пять», то снова послышался голос профессора. — Один с гриффиндора, второй со слизерина, — победный настрой улетучился. Гарри удручено развернулся на пятках и осмотрел варианты. Кто жалит не так больно? Ноги понесли его к Пэнси Паркинсон. Выбор явно был неверным. Гермиона взволновано оглядывалась по сторонам, боясь того, что могло произойти. «Страха не существует. Он выдуман тобой. Это всего лишь негативные мысли, захватившие твое сознание» — писал Шарма. Видимо писал и совершенно не боялся, что Драко Малфой может вырасти из каменного пола прямо позади и что-то прошептать на ухо. Конечно, Шарма не был знаком с Малфоем, а вот Гермиона была и просто ждала развязки. Хотя она могла взять все в свои руки и пойти к Блейзу Забини, который, как и она, тихо ждал своего гриффиндорца, который решится быть с ним в паре. Но вместо этого она стояла и нервно дышала, глядя куда-то перед собой. — Скучаешь? — томный шепот прямо в ухо. Вся кровь прилила к лицу и окрасила щеки в неестественно алый цвет. Ну или Гермионе так только показалось, потому что все внутри загорелось адским пламенем. —Будешь моей парой? — также соблазнительно продолжал Драко. Гермионе осталось только кивнуть. Лишь на это хватало сил. Она каменела рядом с ним, либо превращалась в растекшиеся по пергаменту чернила. Жизнь была к ней крайне жестока. — Начнешь? — все же смогла расклеить губы она. Грейнджер обернулась и слегка вздернула нос, пытаясь вернуть себе уверенность. Получалось, откровенно говоря, плохо. — Раз ты настаиваешь, — он играюче склонил голову, как это обычно делают перед спарингом и плавно навел кончик палочки в ее сторону. Нарисовав в воздухе завиток и произнеся заветное заклинание, из древка вырвались путы и обвязали тело гриффиндорки. Это был худший варинт развилки. В классе куча учеников. Профессор петлял между парами, наблюдая за вариантами одного заклинания. А Гермиона стояла связанная перед Драко Малфоем. Худший. Вариант. Развилки. Он вальяжно сделал два шага к ней и опустил руки на талию. —Можешь развязать меня? Получилось отлично, — как в ней только хватило сил сказать так много слов, когда его руки мягко оглаживали стан. — Мне нравится, как ты выглядишь связанной, — заговорщически произнес он, крепче сжимая ее в своих руках. — Малфой, все смотрят, — шикнула она и попробовала сбросить его прикосновения. — Тебя только это смущает? Мои слова устроивают? — дьявольская улыбка. Мерлин, он связал ее, чтобы отвести в ад. Десятый круг по Данте. — Малфой, — как это случилось, она не поняла, но с губ сорвался четкий стон. Глаза округлились от стыда, а щеки снова зарделись. — Грейнджер, ты играешь с огнем, — принимаясь за путы, прошептал Драко. Он освободил девушку от своего заклинания и продолжил. — Я буду ждать тебя на астрономической башне, после отбоя. — Мисс Грейнджер, вы точно не выспались сегодня, — немного напряжено сказал профессор. — Все уже разделились по парам. Вам остался мистер Малфой. «Мистер Малфой» — звучало, как приговор и отдавалось в ее голове ужасающим эхо. Нет. Это не могло быть правдой. — Проработайте брахиабиндо сначала без контрзаклинания, а потом с ним. Я буду наблюдать, — Гермиона слышала голос профессора, не слушала. Она уже была скована и никакие чары не требовались. Она огляделась. Гарри был в паре с Блейзом. Это был хороший знак. Значит вселенная не сошла с ума и «развилка» не стала исходной точкой жизни. — Грейнджер, — совсем тихо и рядом. — Скучаешь? — чертова игра. — Малфой, — отскочила Гермиона, резко оборачиваясь к нему. На лице Драко была победная улыбка и хитрый взгляд. Это было плохо и неправильно. Всего этого не должно было происходить. — Начнешь? — ком встал в горле. Что-то точно шло не так. Гриффиндорка нахмурилась. — Конечно, ты же так прекрасно выглядишь связанной, — подмигнул. Глаза Гермионы расширились и ровно в тот момент, когда из палочки Малфоя вылетело заклинание, с ее губ сорвался испуганный вздох. — Так что Грейнджер, на астрономической башне после отбоя? — он медленно перебирал пальцами веревку, распутывая сотворенное заклинание. — Я расскажу тебе, что такое легилименция, — ей хотелось использовать убивающее на себе самой. Это не могло быть правдой. — И как давно я ей увлекся. Это был конец развилки. Больше никаких перекрестков...
