happy new year

Традиция наряжать дерево к Новому Году сохранялась в их маленькой семье уже несколько лет. Пушистая мишура, яркие гирлянды, блестящие шары и игрушки, большая звезда - каждый год елка была по-своему уникальна, Му Цин старался за этим следить. Этот год не стал исключением. Фэн Синь, красный от холода и в смешной шапке Санта Клауса, поставил новогоднее дерево у порога и снял верхнюю одежду. Несколько махинаций с креплением и двухметровая елка уже стоит, готовая к новому наряду. Му Цин уже достал все необходимые аксессуары из дальних уголков шкафа и поставил коробки на стол. Старшему же была отдана честь сделать первичный эскиз на елке, чтобы потом Цин мог подправить что-то, если ему не понравится. Сам же длинноволосый ушел в магазин купить продуктов на вечер. Фэн Синь не в первый раз наряжал елку самостоятельно. Еще в детстве, когда отец приносил такую же большую елку домой, а мама готовила или убирала квартиру, Синю позволяли наряжать ее самому, как ему хотелось. Конечно, с более высокими частями дерева ему помогал отец, беря его на руки, чтобы маленький А-Синь мог с счастливой улыбкой завершить свою елку большой нарядной звездой на макушке. Вот и сейчас, распаковав все коробки, мужчина начал с шариков на ветке. Стараясь сохранять баланс между шариками, шишками и остальными фигурками не только в количестве но и в общей картине елки, он то и дело отходил и подходил к ней, оценивая. Получив внутреннее удовлетворение, Фэн Синь продолжил украшать все мишурой, которая то и дело колола пальцы проволокой. Золотая, серебряная и красная змейки быстро легли на ветки, стараясь не сильно загораживать игрушки. Наступила самая ненавистная часть - гирлянда. Мужчина никогда не любил их распутывать, вечно психуя и намереваясь сходить и купить новую, аккуратно сложенную гирлянду, и только яростный взгляд мужа с шипением "транжира", заставляли его сидеть и сквозь ругательства продолжать распутывать несчастные огоньки. Вот и сейчас он сидел на полу под елкой и, бурча что-то опять под нос, пытался распутать ее, что все еще спустя столько лет плохо получалось. Тонкие пальцы Му Цина справлялись всегда лучше, чем его. Спустя полчаса этого мучения, нервы Фэн Синя начали бить через края, и с громким рычанием, он начал чуть ли не рвать бедные провода ногами, руками, зубами, извиваясь как червяк по всему полу. Как только адреналин немного стал, а голова остыла, а осознал, что с ног до головы весь запутан в гирлянде. Чертыхаясь, он старался освободиться из плена, но все силы уже были потрачены на неравный бой с этой несчастной веревкой до. Уронив голову на пол, Фэн Синь молился всем богам, чтобы любимый муж смеялся над ним не слишком долго, потому что конечности уже начинают затекать. Спустя еще пятнадцать минут послышался звук защелки. Дверь открылась, впуская холодный уличный воздух в квартиру. Му Цин, укрывший все лицо шапкой и шарфом, наконец снял его и сделал глубокий вдох. В квартире было слишком тихо, что не могло его напрячь. Его муж должен был уже нарядить елку и начать убирать комнаты, а делал он это всегда либо под музыку, либо под звуки телевизора. Не слыша ни первого, ни второго, младший поставил пакеты с продуктами, разулся, и прошел в гостиную, где уже виднелась елка. Опустив взгляд, Му Цин правда старался не хихикать с увиденной картины: его вечно суровый муж, спящий под елкой, как ребенок или закутанный в гирлянду как новогодний подарок. Быстро достав телефон, Му Цин щелкнул пару раз этот кадр, помечая сердечком в "Избранное".