и нежность наша — в недосказанности

С того дня, как Ги Хун выиграл, он не мог спать. Ему отовсюду мерещились лица своих близких мертвых друзей: в каждой прохожей молодой девушке бывший игрок видел Кан Сэ Бёк, и от этого он часто мог накинуться на случайную девушку, спутав ее с шестьдесят седьмым игроком. В каждом мужчине примерно его возраста ему мерещился некогда лучший друг Сан Ву — предатель, но такой родной. Игроку все еще не верилось, что Сан Ву мог так его подло предать. Было проще списать на то, что он просто волновался и не хотел подвести.  Ги Хун запивал свое горе алкоголем, чтобы хоть на какое-то время забыться и перестать видеть лица этих двух. Он задавался вопросом: «может, мне стоило сесть в тот самолет и улететь в Америку к дочери, начав новую жизнь?», но в то же время мужчина понимал, что новую жизнь уже никогда не сможет начать, как бы ни старался. Призраки прошлого его не отпустят, а кошмары не отступят.  В это же время за ним следил — наблюдал — один человек. Он был словно молчаливым свидетелем того, как Ги Хун ломается подобно ему, в далеком две тысячи пятнадцатом году. Ин Хо был одержим вопросом: «почему именно ты выжил? И что ты вообще сделал, чтобы заслужить такую судьбу?». Но со временем это становится не слежкой, а навязчивым желанием понять. И — немного жить рядом, хоть и издалека. Ведущий не мог подавить в себе это странное желание понять Ги Хуна, покопаться в его личности или вовсе залезть в его буйную голову и прочесть все неспокойные мысли. Так и норовило узнать, о чем он прямо сейчас думает и как себя чувствует после незаслуженной заслуженной победы. На роль победителя претендовал Сан Ву — его бывший лучший друг, который в одно мгновение облачился в подлого предателя, который зарезал Сэ Бёк. Ин Хо видел в нем потенциал и был даже уверен, что он станет победителем, но нет: победителем стал Ги Хун. Наивный дурак, который хотел спасти всех, хотел спасти подлеца Сан Ву. Но игрок двести восемнадцать отказался от протянутой руки Ги Хуна, добровольно отдав победу другу.  Фронтмен еще с самого начала разглядел в игроке четыреста пятьдесят шесть тот лучик света, который давно похоронил в себе шесть лет назад. С того самого момента, как умерла его беременная жена. С того самого момента, как он полностью разочаровался в людях. Мужчина не мог понять, что его так влекло к Ги Хуну.  Ин Хо видел в Ги Хуне себя.                           — • — Одним днем ведущий принимает одно рискованное, но такое нужное ему одному (одному ли ему?) решение: "невзначай" сталкиваться с Ги Хуном в одних и тех же местах — спасибо жучку в ухе игрока. Ин Хо появлялся в библиотеках, парках, закусочных, киосках, где находилась его главная цель. Он делает это осторожно, но целенаправленно. Не под видом “друга”, просто как «тот, кто сидит рядом». Он всегда рядом с четыреста пятьдесят шестым, только сам игрок этого не знает и не подозревает. Ведущему безусловно намного больше нравилось следить за мужчиной в реальной жизни, нежели по ту сторону камеры. Так было проще и более интересно молча изучать его, анализировать его действия, заучивать до дыр его любимые пирожные и дешевые кофе в каких-то забегаловках. Ин Хо начал ловить себя на странных, чуждых ему мыслях, что он бы хотел видеть улыбку на лице Ги Хуна. Искреннюю, радостную, счастливую, пускай и такую глупую. Хотелось еще раз попросить его улыбнуться так, как он улыбнулся в камеру при регистрации, но для этого не предоставлялось никакой возможности. Попросит однажды в будущем. Не сейчас. Рано.  Спустя какое-то время фронтмену надоело просто наблюдать за игроком, никак не контактируя с ним. Хотелось большего. Ин Хо находил свое излюбленное “занятие” интересным, но каждый день лишь прожигать взглядом Ги Хуна уже порядком раздражало. Нужно больше. Нужен контакт. Тогда мужчина приходит к еще одному решению: завязать между ними знакомство.  В очередной раз, когда игрок и ведущий оказались в одном месте — на этот раз кофейня — Ин Хо как бы невзначай столкнулся с Ги Хуном, разлив на его белую футболку горячий кофе.  — Эй, смотрите под ноги! – раздраженно сказал игрок четыреста пятьдесят шесть.  — Прошу прощения, я был невнимателен. Я могу как-то искупить свою вину? – “невинно” спросил Ин Хо, мысленно отмечая, что все идет так, как он и планировал.  — Конечно, можете! Сможете в том случае, если вы постираете мою футболку, – ответил Ги Хун. — Хорошо, я постираю вам ее.  — Я шучу. Не нужно ничего стирать. Если у вас есть влажные салфетки, можно и так попробовать оттереть. Я и сам могу постирать.  «Ну надо же», — мысленно сказал фронтмен.  — Как скажете. Давайте присядем за какой-нибудь столик. В качестве извинений я могу угостить вас кофе за свой счет. Идет?  — Идет. Только мне латте на кокосовом молоке.  Ведущий кивнул и направился к стойке заказывать два стаканчика латте, в то время как Ги Хун направился занимать им двоим самый дальний столик в углу кофейни, возле большого окна.  Спустя пять минут заказ был готов и Ин Хо направился к столику, который занял Ги Хун. Он поставил стаканчики и задал вопрос:  — Вы выбрали кокосовое молоко. Интересный выбор. Почему так? – на самом деле мужчина знал ответ, но ведь нужно же с чего-то начать разговор? Игрок немного помолчал, рассуждая, стоит ли говорить правду незнакомому человеку. Его выбор остановился на том, чтобы сказать правду, но не до конца.  — Я просто не пью обычное молоко. Предпочитаю пить вместо него кокосовое или соевое.  — Вот как. Буду знать, – ответил ведущий, догадываясь, что Ги Хун сказал ему неполную правду. Какое-то время они просидели в тишине, не решаясь что-то добавить, но внезапно Ин Хо решил нарушить эту хрупкую тишину, добавив: — у нас схожие предпочтения в молоке.  — Ого, ничего себе! Мне редко встречаются люди, которые тоже пьют кокосовое молоко, – искренне удивился Ги Хун.  «Искреннее удивление. Неплохо», — в мыслях Ин Хо.  — Возможно, вы плохо искали.  — Возможно.  На этом их диалог оборвался. Все оставшееся время они допивали свой сто раз остывший кофе в тишине, вновь не решаясь нарушить некую идиллию. Они быстро распрощались и разошлись в разные стороны. Всю дорогу домой Сон прокручивал произошедшее в голове и не мог понять, как все так произошло. В свою же очередь Хван был доволен и чувствовал некое ликование от их первого взаимодействия.  «Определенно стоит еще раз встретиться.»                            *** Следующая их встреча произошла через неделю. Этот раз — парк Намсан. На улице был поздний вечер. Парк окутывал мягкий свет, исходящий от башни, что стояла на горе. Ветер едва колыхал листья на деревьях, нежно проходясь по лицам прохожих, словно мамина ладонь. Встретились Хван Ин Хо и Сон Ки Хун под деревьями сакуры, снова стоя со стаканчиками латте в руках.  — Это снова вы. Я вас не ожидал здесь увидеть, – промолвил игрок.  — Я вас тоже не ожидал увидеть. Рад снова увидеться. Что с футболкой? Она отстиралась? — Спасибо за беспокойство, она отстиралась. Э-эм… извините, я, кажется, забыл спросить ваше имя в кофейне. Не могли бы вы представиться? — Меня зовут О Ён Иль. А вас как? – спросил Ин Хо, очевидно зная, как зовут его собеседника.  — Сон Ги Хун. Приятно познакомиться.  — Взаимно, Ги Хун, – незаметно для мужчины сделал акцент на имени ведущий, словно пробуя на вкус это имя.  И тут их взгляды пересеклись. В глазах Хвана игрок разглядел интерес, смешанный с легким восхищением. Его глубокие карие глаза внимательно смотрели в такие же глаза Сона, словно изучая. Ги Хун хотел отвести взгляд, смутившись, но не смог, будто какая-то сила удерживала его и не давала направить взгляд в другую сторону.  Хван Ин Хо смотрел на него и никак не мог понять, что же его так зацепило в Ги Хуне. Он же просто наивный дурак, разве нет?  Сон Ги Хун смотрел на собеседника и ощущал некое притяжение. Желание узнать его поближе. Какой-то промежуток времени они еще постояли под деревом, медленно попивая кофе. Четыреста пятьдесят шестой решил для себя, что ему необходимо взять номер Ён Иля. А его новый знакомый, конечно же, не отказал ему.                          — • — Ги Хун не успел понять, когда он успел сблизиться с его новым другом. Каждый день они встречались в разных местах, иногда по инициативе Ён Иля. Он рассказывал новому другу о своих проблемах, о своих кошмарах и отчаянии. Ён Иль всегда клал ему руку на плечо в сочувственном жесте или вовсе мог обнять.  Четыреста пятьдесят шестой не знает, кто он, но его тянет к нему — к его сдержанности, к молчаливому пониманию. Как-то раз он рассказал ведущему об Играх, в которых он участвовал и вышел победителем. Он не знал, поверит ли в это его постоянный собеседник, но что-то на уровне подсознания говорило ему, что он поймет и ему можно довериться. Можно ли? Когда Сон рассказал ему все, что знал об Играх, он получил в ответ лишь долгий, испытывающий взгляд. Ин Хо говорит минимум, слушает больше. Иногда — фразы, от которых мурашки: «А ты бы хотел, чтобы тебя оставили в живых?» или «Люди не всегда погибают в игре. Иногда — после неё. Не физически — морально».  У Ги Хуна не находилось слов, чтобы ответить. С одной стороны, он считал, что получил победу незаслуженно, парадоксально считая, что заслужил, ведь прошел через смерти двух друзей. В тот день, когда Сан Ву лежал перед ним уже в полумертвом состоянии, игрок четыреста пятьдесят шесть хотел добить его, отомстив за покойную шестьдесят седьмую, но тут в его голове всплыли слова Сэ Бёк:  «Ты не такой.» Он не такой. Он не убийца.  Все же Сон не хотел убивать своего друга, но тот все сделал вместо него: покончил со своей жизнью. В этот момент его сердце пропустило удар. Он не мог поверить, что его друга больше нет.  Почему он не захотел пойти против системы вместе с ним? Почему избрал такой путь?  Ответа не нашлось.                                            *** Когда игрок начал чувствовать какую-то странную, непонятную привязанность к Ён Илю, он осмелился спросить: — Мне кажется, я вас знаю. Мы точно раньше не встречались? – голос друга казался ему знакомым, словно он его уже где-то слышал ранее, еще до столкновения в кофейне. Ведущий смотрит на него и отвечает: — Нет. Но я… знал, кем ты был. И резко выходит из квартиры Ги Хуна, не решаясь оглянуться в след. Он понимает: всё это время рядом с ним был кто-то изнутри игры. Кто знал. Кто следил. Кто, может быть, даже... сожалел.                                    — • — Прошло уже пол года с момента последнего разговора между Ён Илем и Ги Хуном. О Ён Иль больше не появлялся в его жизни. Игрок догадывался, что скорее всего его друг — тот самый главный организатор, с которым он ехал в лимузине. Правда верил в это он слабо.  Одним днем Сон Ги Хун находит на своём пороге книгу, которую он когда-то читал в парке, и в ней — закладка: билет на ту самую игру, старый. С обратной стороны — почерк Ён Иля Ин Хо:  «Ты выжил не просто так. Живи за нас всех.»