Нил, что с тобой?

Уже будучи возле своего партнера, Эндрю обратил внимание на зеркало и как неотрывно Нил смотрит на свое отражение. Он будто был не здесь, ведь даже не заметил, как подошёл блондин, а учитывая, как Нил просыпался от любого шороха, это действительно заставляло напрячься. Да, бывали дни, когда Нил будто "выпадал из орбиты", когда он по несколько часов смотрел в стену и думал о своем. Учитывая, через что тому пришлось пройти, что пришлось пережить и осмыслить, это не было удивительным. Неизвестно, как у Нила не разбилось ПТСР, а именно панически атаки от картин тех жестоких и воистину нечеловеческих событий, что с ним происходили, но это наверное к счастью. Правда, спустя несколько лет, его прошлое все таки даст о себе знать. Ведь тем, что он просто иногда о нем думает, никак не помогает, а только усугубляет его проблемы. Ведь думать не значит прорабатывать, не значит справляться, не значит принять и забыть навсегда. Он просто вспоминает это, вспоминает отца, который так по зверски относился к собственному ребенку и мать, которая хоть и была грубой и редко проявляла, в общественном понимании, любовь, но спасла его. Если бы не она, где бы Нил сейчас был? Уж точно не в Пальметто, с людьми, которым он доверяет и ценит, а скорее всего уже 3 метрах под землёй, потому что в очередной раз сидел не так тихо, как Натану того хотелось. Он вспоминает,чтобы убедиться,что не забыл, ведь хоть это и травматическая часть его прошлого, но Нил у нас тоже своего рода мазохист, поэтому ничего против этого не имеет. Как же он ошибался, когда позже ему это аукнется. Но сейчас все было иначе. Нил был другим, не тем, с которым можно посидеть на крыше, целоваться до потери памяти, а потом молча пойти по комнатам, ведь Эндрю нужно пространство, а Нил понимает, он был чужим. Точнее его взгляд. Пока Эндрю пытался найти в голове хоть какую нибудь причину этого состояния, он чуть ли не прослушал едва уловимый шепот: - что ты такое - пробормотал Нил себе под нос. Он смотрит на себя и не видит. - и что тебе от меня нужно? Что больше поразило Эндрю, так это, что Нил начал сам же отвечать себе на поставленный ранее вопрос. Он все ещё не замечал присутствие лишних глаз в комнате. - во первых, я не "что", а кто, а во вторых, я - это ты - ответил Нил сам себе, при этом на его лице разлилась зловещая улыбка его покойного отца. Это была улыбка Мясника. Пытаясь ее содрать, Нил ногтями вцепился себе в лицо и, сильно надавливая, начал раздирать себе кожу. Ему было все равно на повреждения, от хотел убрать облик отца с себя. Он ведь только недавно начал смотреть на себя и не испытывать при этом огромную ненависть. Ему понадобилось титанических усилий сделать это и без поддержки Эндрю он вряд ли бы справился. Кстати о нем. Эндрю рывком подорвался к Нилу, когда решил, что этот спектакль затягивается, и дёрнул того за руку, но к сожалению, это не произвело нужного эффекта. Но зато эффект неожиданности дал свои плоды и Нил отшатнулся от Эндрю, как от прокоженного и это хоть ненадолго, но прекратило его страдания. Хотя можно ли назвать страдание тем, что ты делаешь себе сам, ведь это твой осознанный выбор? Видимо да. - прекрати - Эндрю, не нужно, я хочу побыть один - заткнись и умойся наконец то, у тебя кровь на лице - уходи - Ни... - Эндрю, нет. Я говорю "нет". Нил не мог даже смотреть своему партнеру в глаза. Просто не мог, не сейчас, не в данную секунду. Нил не был готов предстать перед Эндрю в таком виде. Он сейчас слишком беззащитный и слабый, слишком нуждающийся в помощи. Эта "нужда" уже как то аукнулась в виде мертвой матери, в помощи которой он так нуждался. Сейчас для него эти две ситуации были идентичны, он не мог посмотреть на ситуацию под другим углом. Эндрю не мог сопротивляться отказу нападающему, поэтому решил оставить его в покое и пойти в общий зал раздевалке и дождаться его хотя бы так, давая Нилу, такое необходимое ему пространство. Нил остался один и снова уставился на свое отражение. Он уже не отрицал того,что с ним что то происходит, а это уже одна из стадий принятия ситуации.