Маленькое безумие

      Тогаме всегда отдельно гордился тем, что состоя в уличной банде, имел всего две зависимости, рамунэ и горы. Если с первым было все понятно, сладкая газировка в его понимании прочно укоренилась ассоциацией с друзьями, летом и всем светлым и беззаботным в жизни, то горы напротив, требовали особой концентрации и внимания. Тут не поторопишься, не побежишь сломя голову, и для такого размеренного человека как Дзе это было любимым досугом в раннем детстве. Горы надо уметь понимать и слушать, в противном случае можно навлечь на себя их гнев, так всегда говорил дедушка.       Придерживая одной рукой пьяную тушу, а второй шарясь в кармане в поисках телефона, парень гадал, какого такого проказливого бога он умудрился взбесить, что попал в подобную ситуацию.       - Чоджи? Да, все в норме. Слушай, я наверное не смогу прийти сегодня, у нас тут на территории обитает ядерная бомба, и что-то мне стремно оставлять ее без внимания. Нет, не надо, думаю, меня одного вполне хватит. Нет. Нет. Я позвоню тебе, если что-то пойдет не так. Давай, извини еще раз, что так вышло. Ну, хорошо, пока. Тогаме еще раз бросил взгляд на того, кто свисал у него с плеча. Эндо был не просто в говно, а полный беспросветный драбадан, без малейшей надежды на просветление. И все бы ничего, но эта туша весила по меньшей мере центнер и не шла ни в какое сравнение с легким проворным Томиямой, обыкновенно гордо восседающем у него на плечах. О том, что таскать этих двух людей было совершенно несравнимо еще и морально, Дзе старался не думать.       Кое-кто из ребят позвонил еще минут тридцать назад, заявив, что по территории без страха и упрека шарахается зам главы Нороши с какой-то мадамой в обнимку. Тогаме так и не понял, нахера Ямато тащиться в их непрезентабельный район, если в паре километров яркая и шумная Кесей. Тем не менее, обязанности главаря никто не отменял, так что вдев ноги в гета брюнет пошел на поиски особо опасного члена общества. Нашелся тот на удивление быстро, всего минут двадцать от звонка ушло. Сомневаться в том, что этот понтарез выберет что-то из разряда «самое дорогое крутое и модное» не приходилось. Более того, он еще и умудрился снять приватную комнату. Немного помявшись у входа, кто его знает, за чем он застанет этого парня, Дзе вошел. Повезло, что охрана был из старых членов банды, ребята не стали спрашивать, только махнули рукой в нужном направлении. К его удивлению Ямато был один, по крайней мере никаких признаков «мадам» вроде оставленной сумки или кофточки он не наблюдал.       - Какие люди – протянут тот, салютуя открытой бутылкой – бля, ну понятно, почему у вас контингент такое днище, охрана в глаза ебется. Непорядок. Последнее он проговорил по слогам, явно пытаясь выговаривать звуки четко, но в итоге от собственных попыток рассмеялся в голос.       - С чем пожаловал? Дзе оценивающе прошелся взглядом по столу с выпивкой. Тут явно не простое бунтарское желание накидаться, а какой-то очень весомый повод. Да и сам Эндо не выглядел весело, инстинкт подсказывал, что если этот монстр в ближайшие пол часа не найдет чем себя занять то полетят пух и перья.       - Ты так-то на нашей территории, так что спрашивать стоит мне – Тогаме облокотился о косяк – ты у нас редкий гость, обычно с обычно с вашей шайкой Канджи приходится возиться.       - Считай, решил устроить им выходной. Я не в настроении с кем-то забиваться, а эти черти до сих пор за девочку дуются, вот же злопамятные. Между прочим, я сам с этим дерьмом разбирался, могли бы и спасибо сказать – парень обиженно надул губу, снова прикладываясь к бутылке – а ты у нас как, за миром или войной? Тогаме тяжело вздохнул. Видимо, придется принимать удар на себя.       - Пока ты не буянишь с миром, а там уж как пойдет. Считай, что я твой конвой пока не вытащишь свою жопу с нашей улицы.       - М, так у меня теперь есть эскорт? Тогда садись рядом, терпеть не мог когда кто-то над душой стоит – Эндо приглашающее повел рукой в сторону широкого дивана, на котором развалился едва ли не целиком. Дзе решился только на кресло, стоявшее рядом. В носу щекотало от запаха алкоголя и сигарет, он сам не был большим фанатом подобного, сколько бы его ни уговаривали.       - Не присоединишься? Ты у нас вроде по сладкой бурде, могу намешать – Ямато игриво подмигнул.       - Нет уж, я хмелею просто от того что нахожусь рядом с тобой. Сколько ты вообще выжрал?       - М, не знаю – Эндо запрокинул голову, пытаясь вспомнить – начал еще дома, потом в баре на углу, еще где-то по дороге, я там Баджо посеял, он кажется блевал в кустах в последний раз когда я его видел, а дальше уже тут.       - То есть, у нас тут еще одно ваше чудище шароебится? – Тогаме нахмурился. Да уж, для полного счастья им не хватало только повернутого на боли мазохиста. Не вызванивать же Хиираки в такое время?       - Не, он раньше сдулся – засмеялся собеседник отмахиваясь – он у нас вообще с эти мало дружит, небось отрубился в собственной блевотне, знаю я его. Ничего, Сюдзи разберется, он у нас курочка насестка в таких случаях. Дзе очень захотелось потереть виски. Голова гудела, а проблема решаться и не думала, выглатывая очередную бутылку до дна. Однако, стоило брюнету попытаться поставить ее к остальным тарам, как он, пошатнувшись, повел рукой, опрокидывая половину стола на пол. Раздался грохот бьющегося стекла. Тогаме скорее интуитивно схватил его за руку, чтобы не шлепнулся на осколки.       - Да в норме я, в норме. Ох, и забористо у вас наливают, мне начинает нравиться это место!       - Если судить по твоему рассказу то бухла у тебя в теле напополам с кровью, так что не удивительно – недовольно буркнул Дзе. В этот момент в комнату ввалилась охрана. Мужчины бегло оценили обстановку, недовольно глядя на юного клиента. Было заметно, что им его тут нахождение в целом мало нравилось.       - У вас тут все в норме? – бросил один из них.       - Все охуенно – Эндо широко улыбнулся. Речь у него уже была очень бессвязной.       - Слушай, парень, выводи-ка этого отсюда – старший кивнул в сторону Ямато – он уже готов, а проблем нам тут не нужно. Безусловно, охранник имел ввиду то, что у них в заведении упивается до белой горячки несовершеннолетний подросток, но пьяный мозг Ямтато явно интерпретирует это иначе. Он тут же как-то перетекает, оказываясь на ногах, нависающим над несчастным мужчиной.       - Че ты там вякнул? Деньги получил? Вот и молчи.       - Еще пацана едва отлезшего от сиськи я не боялся – хмыкает тот. Глухой звук удара о соседнюю стену закономерен. Координация координацией, но когда мишень большая она не является проблемой. Тогаме ловит его в последний момент, оттягивая на себя.       - Тоже прописать? – бесстрастно интересуется Эндо.       - Себе блять пропиши, поездку в морг. Тебе хватит, а то так и до гроба не далеко. Ямато молчит, некоторое время просто сверля его взглядом. Его рука расслабляется, а он сам направляется в сторону выхода.       - Пойдем, львенок, развлечешь меня, а то это вообще позор – он кивает в сторону охранника все еще валяющегося в нокауте. Тогаме не остается ничего другого, кроме как пойти следом.

***

      На улице душно и жарко. Кажется, Ямато стошнило за поворотом, но Дзе старается не обращать внимания, продолжая волочь эту пьянь за собой. Вообще, кое-кто сначала решил потеряться, а потом нагло повис на нем, как детеныш коалы. Тогаме мысленно благодарил всех богов, то родители решили уехать на выходные к бабушке по материнской линии, оставив его одного дома. Та часть семьи его не сильно жаловала, впрочем, ему хватало и тех, кто у него есть.              - Ну и халупа – впервые после бара подал голос Эндо, оценивающе глядя на дом Дзе.              - Будешь жаловаться, оставлю на коврике под дверью.              - Не оставишь, ты же у нас хороший малый – Ямато по-блядски тянет лыбу.              - Ты путаешь меня с Сакурой. Упоминание первогодки рождает приятные воспоминания. Недавно у них снова был тренировочный бой, но в это раз официально назначенный, с шумом и весельем. Харука, краснеющий от любой мелочи очень подозрительно косился на Кануму оттаскивая от него своего жуткого заместителя, чем, казалось, до неприличия радовал последнего.       - Да уж, вот кто у нас добрая душа. У него там все в норме? А то не звонит почти в последнее время.       - Удивлен что он тебе вообще когда-то звонил – Дзе корчит рожу – они вроде с классом на море свалили.       - О – глубокомысленно тянет Эндо – море вещь.       - Я больше по горам – Дзе вставляет ключ в замочную скважину, проворачивая.       - Ты ведь понимаешь, как это звучит? – парень почти мурлычит. До Дзе доходит не сразу. Он успевает разуться и повесить форменную куртку на крючок в коридоре прежде чем приходит понимание.       - Фу, блять.       - Обидно, я так-то довольно хорош, знаешь ли. Тогаме молчит. Он не знает, что на это ответить. По-хорошему, врезать бы, но тут и так процент мозга минимальный, отбить остатки, и останется один ветер, несущий жопу на встречу приключениям.       - Ванна прямо по коридору, в ящике за зеркалом одноразовые щетки. В гостиной диван, проспись и вали. Заблюешь – языком убирать будешь. Дав краткую инструкцию, Дзе направился в свою комнату. Ему срочно нужно было побыть одному, подальше от подозрительно блестящих голубых глаз. Какое-то время все было тихо. Он немного разобрал бардак на кровати, теперь в ней можно было спать, убрал учебники, голова все равно не варила еще задолго до этого инцидента, отрубил комп и широко открыл окно. Это мало помогало, но всяко лучше, чем сидеть в закрытом помещении. В сетку билась всякая мошкара. Наверное, завтра снова придется жечь средство. За спиной раздались неторопливые шаги.       - Как ты блять живешь без сушильной машинки, это же пиздец неудобно – голос, гораздо более трезвый, резанул по ушам.       - Как и все нормальные люди, пользуюсь обычной раскладной. Так, какого хуя, а?! Дзе знал, что какая-то пакость ждет за спиной, но развернувшись и увидев Ямато в собственном полотенце на голое тело понял, его фантазии для этого парня явно мало.       - Принял душ, или мой хозяин против? Я так-то вспотел знатно, духота на улице – ответил гость без капли стеснения промакивая волосы еще одним куском ткани.       - У фразы без стыда и совести, должно быть, твое лицо – Дзе устало потер висок.       - Спасибо за комплимент. Итак, ты так и будешь кваситься у окна, или все же подойдешь? Тогаме это нравилось все меньше и меньше.       - Нахера?       - Я же сказал тогда, развлечешь меня. Дама с которой у меня были планы оказалась на редкость пустоголовой, ну вот скажи, каким мозгом надо обладать чтобы борзеть в первую встречу?       - Видимо твоим.       - Так вот – Эндо, казалось, пропустил колкость мимо ушей – так как один план на ночь у меня просрался, я хочу другой. Зам Шишитоурен начинал злиться. Это его сейчас за девочку по вызову принимают или что? Ямато в этот момент, явно осознав, что никаких телодвижений от Тогаме не намечается, сам поднимается с постели, пересекая то небольшое расстояние, которое было между постелью и окном. Когда он плюхается напротив, до Дзе доходит, что вся трезвость была только видимой. Шальной взгляд говорит о том, что до здравомыслия там еще очень далеко.       - Не думал что ты фанат публики – Эндо ухмыляется.       - Я вообще не фанат тебя в целом – Тогаме хмурится, стараясь не подмечать какие у засранца красивые губы. Это и так слишком для одного вечера с тем, кто недавно довел его друга до нервного срыва.       - Я всем нравлюсь – Ямато пожимает плечами. Это не похоже не бахвальство, так говорят об очевидных вещах.       - Мне нет.       - Это мы еще посмотрим. И он целует. Не жестко, нет, но горячо де безумия. Тогаме точно обжигается. И почему ему казалось, что этот парень ледяной? Наверное, Дзе и правда захмелел, как в случае с пассивными курильщиками, пьяное состояние передалось по воздуху, иначе как объяснить тот факт, что он отвечает? Они близко, слишком близко для вчерашних врагов, но Эндо, кажется это мало волнует. Он ласковый, как мартовский кот, и до одури мягкий, что рвет крышу. Тогаме сам не знает, что на него нашло. Стоит ли валить все на пубертат? Руки оглаживают влажные от душа бока, притягивая ближе, чтобы так, как надо. Он валит его на татами, осторожно придерживая за затылок, позволяя путаться вальцами в собственных темных волосах. Ему сладко и холодно, паста которую мать купила недавно оседает на языке. Это немного приводит его в чувства.       - Вот скажи, какого хрена, а? – он тяжело дышит. Между их ртами повисает тонкая ниточка слюны.       - Ну, мне просто хочется хорошего секса? – Ямато невинно хлопает глазами – Брось, у нас тот возраст когда встает на что угодно, так что хватит ломаться как стыдливая девственница и погнали на кровать. Тогаме хочется его придушить. Правда. Отчасти из-за наглой рожи, отчасти из-за того что он прав. В паху приятно тяжелеет, а узкая ладонь, медленно оглаживающая его пресс, под тонкой футболкой только подливает масла в огонь. На кровати тесно. Дзе и самому-то ее временами не хватает, а тут еще один бугай с него размером. Воздух, казалось, наэлектризовался от напряжения, но Ямато все по барабану. Они целуются, долго, обстоятельно, как будто в первый раз пробуют, какого это. Тогаме, незаметно для себя, оказывается без верха, понимая это только в тот момент, когда чужой рот накрывает затвердевший сосок. Тихий гортанный стон он глушит еще в зародыше. Это кажется неправильным, кайфовать с таким парнем. Голубые глаза-льдинки стреляют из под ресниц, кто-то явно недоволен. Впрочем, хоть что-то Дзе имеет право проворачивать на собственных условиях.       - Где у тебя резинки-то хоть лежат? – Эндо ведет дорожку поцелуев от ключицы до уха. - В ящике, сам достану.       - Окей. Но смотри, кончишь внутрь, я тебя размажу по стеночке. Мозг некоторое время обрабатывает информацию, но стоит сделать себе скидку, острый язык слишком приятно играется с ушной раковиной.       - Погоди-ка – он упирается ладонью в чужую грудь – ты хочешь прям с проникновением?       - А в чем проблема? Или ты у нас и правда девственник, а, львеночек? Не, в жизнь не поверю, что твоя мордашка никого не нагнула раком – Эндо языком проводит от подбородка до уголка губ. Дзе передергивает от обращения.       - Ты бухой, а мне еще хочется сохранить остатки психики.       - Я что, по-твоему, в первый раз по-пьяни с кем-то сплю? Не бурчи, на твою задницу пока никто не покушается. Ох, как Тогаме не нравится это пока. В любом случае, лежать елейным цветочком ему не хочется, а хочется и вовсе заткнуть чей-то излишне пиздливый рот, чтобы меньше слов, больше дела. Он в один момент меняет их местами, устраиваясь между разведенных ног. У Эндо вырывается что-то вроде одобрительного смешка, и он уже совсем готов сказать какую-то очередную глупость, но Дзе целует его раньше, фиксируя забитые руки над головой. К его удивлению, это действо не встречает сопротивления, напротив, он губами чувствует чужую улыбку. Рука тянется вниз, оглаживая мощное бедро, совсем не по - девичьи твердое и жилистое, немного меняет траекторию, и оказывается на внутренней стороне, стараясь не касаться члена. Эндо – змеюка, но змеюка какая-то неправильная, потому что он буквально горит под его пальцами, и этот диссонанс по какой-то причине заводит. Тогаме спускается ниже, языком очерчивая знак бесконечности на шее. Ярко выраженный кадык так и хочется прикусить, но Дзе ограничивается только губами, не хочется ненароком навредить в порыве страсти. Кожа солоноватая от пота, а под языком бьется чужой пульс. Он берет чуть выше, и, как и сам Эндо до этого ласково посасывает чужое ухо. Это дает неожиданный эффект, тело под ним прямо-таки подбрасывает.       - Чувствительные уши? – собственный голос слегка охрип, и от этого шепота Ямато прошибает еще одна волна дрожи.       - Только не наседай слишком, я все-таки хочу кончить не от этого. Тогаме только хмыкает, кто бы сомневался. Он старательно воскрешает в памяти всю просмотренную порнуху, пытаясь прикинуть, что из увиденного можно применить на практике. Он немного меняет их позу, смещая руки на задницу парня, крепко сжимая ту в ладонях, и резко дергает вверх, усаживая парня на себя, и громко охает, оказывается, он и сам завелся не на шутку. Ямато ухмыляется, проезжаясь по чужому стояку, с удовольствием отмечая, как темнеет чужой взгляд, топя изумрудную зелень в черном расширенном зрачке. Дзе дергает его за кудри, вынуждая запрокинуть голову и жестко кусает, пресекая подобное своеволие. Ответом ему служит громкий стон. Он расслабляет хватку, массируя кожу рядом с линией роста волос, губами обхватывая чужой сосок. Эндо давит ему на затылок, и Тогаме не сопротивляется, одной рукой спускаясь к чужой пояснице. Встает вопрос, а дальше что?       - У тебя есть смазка или крем какой-нибудь, не сильно химозный? – с придыханием спрашивает Ямато. Дзе молча отодвигает ящик, вытаскивая на свет божий все, что было припрятано под увесистой пачкой чипсов. Стыдно не было, в конце концов, они подростки, и лучше быть готовым, чем потом хвататься за голову от последствий. Эндо брезгливо смотрит на марку, тяжело вздыхая.       - На один раз пойдет – заключает он, щелкая крышкой – пока натяни на себя, уж прости, подготовку я тебе не доверю. Тогаме очень хочет высказаться, как-нибудь колко, но все слова выбивает из черепушки, стоит парню перед ним развести ноги, и впихнуть в себя сразу два пальца. То, как это выглядит, стоит запретить законом. Эндо красивый, правда. Не смотря на гору мышц, он умудряется сохранять довольно своеобразную изящность со своими длинными ногами и тонкой талией. Дзе сглатывает вязкую слюну, раскатывая презерватив по члену. Его партнер мечется по простыням, бесстыдно распахнув губы, беспорядочно хватая воздух. Тогаме оглаживает стальной пресс, и пробует провести ладонью по члену. Не так уж плохо как могло бы быть, ощущения очень похожи на то, когда трогаешь себя, что же, п крайней мере омерзения он не испытывает.       - Не торопи – мычит Эндо, толкаясь навстречу. Тогаме только закатывает глаза. Он склоняется над парнем, поглаживая чужую щеку, не без удовольствия отмечая, как Ямато ластится. Они снова целуются, пока Дзе пальцами сминает чужие соски. Ему нравится, как сбивчиво звучит чужое дыхание, как вибрация проходится по языку, в ответ на чужой стон. Решив, что с подготовкой пора заканчивать, Эндо вытаскивает пальцы наружу, и, выдавив немного смазки, распределяет ее по члену Тогаме.       - Размер у тебя конечно пиздец, не порваться бы на таком.       - Ты звучишь слишком предвкушающе для человека который чего-то там боится. И вообще, раньше надо было думать.       - Не буду отпираться. Только будь со мной нежнее.       - За твой поганый характер выдрать бы тебя как сидорову козу. Ямато только фырчит, переворачиваясь на живот. Дзе на чистой интуиции подхватывает подушку, подкладывая ее под чужие бедра. Черт, ему же тут потом как-то спать. Вразрез со своими словами он действует медленно и осторожно. Когда головка погружается внутрь, уже хочется на все плюнуть и вставить по самые яйца, настолько это хорошо. Но разум еще не совсем покинул голову, и, подключив всю свою хваленую выдержку, он удерживается от порыва, продолжая все в том же черепашьем темпе. Эндо под ним лежит настолько тихо, что это начинает пугать. Он оглаживает спину, невольно цепляясь взглядом за татуировку на левом плече. На фоне всех остальных она выглядит особенной, как будто только она имеет смысл, а все остальное так, от балды и скуки. Это цепляет что-то внутри, но он старается гнать от себя эти мысли. Когда член оказывается внутри полностью, Тогаме дышит так, словно пробежал марафон. Стенки давят плавя своим жаром. Хочется еще, больше, но этот парень и без того слишком долго молчит. Дзе оставляет влажный поцелуй на пересечении двух стрелок на шее.       - Ты как?       - Пока жив – сдавленно хрипит Ямато – ну правда, не трясись надо мной как нервная курица.       - Уж извини, но я не гуру гейского секса – фырчит Тогаме.       - Правда что ли? Я думал вы с вашим капитаном уже весь Ори отполировали. Ай! Резкий толчок отзывается жгучей болью. - Даже шутить про это не смей – в голосе Дзе сталь.       - Вот зараза – Эндо выдыхает сквозь зубы – ну знаешь, вы реально выглядите как херовы женатики. У меня тут даже совесть постучала на минутку, вдруг увожу львиного папочку из семьи?       - Завали ебучку, а? Нет, мы просто друзья, с чего ты вообще взял такую хуйню? – Дзе мягко поводит бедрами, проводя пальцами вдоль позвоночника.       - Не знаю – Ямато пожимает плечами, тихо мыча в ответ на легкие фринции – просто вы чем-то похожи на нас с Чикой, хотя, хуевое сравнение если честно. Просто когда ты на него смотришь, у тебя взгляд такой… Ну как у одноглазого цыпленка из Фурин, когда тот смотрит на Сакуру. Хотя, до нас ему еще далеко, уж больно он плюшевый.       - Плюшевый он только внешне, у нас вон Канума до сих пор от него шарахается – Тогаме невольно усмехается, вспоминая, как друг прячется за Аримой, стоит Суо появится на горизонте.       - Знаешь, ты и правда не гуру секса, причем никакого. Говорить о других мужчинах пока сам трахаешь кого-то, вообще-то моветон – Ямато лыбится через плечо.       - И кто из нас начал, позволь узнать? Тогаме снова мстительно толкается. Потихоньку они оба привыкают к ощущениям, и Дзе наращивает амплитуду, под горячие стоны парня под собой. Это хорошо, возможно даже слишком. Руки ложатся на чужие бедра, задавая направление. Хочется еще, больше, жарче. Краем глаза он отмечает, как краснеют чужие плечи, и это выглядит очень хорошо. Тогаме склоняется, чтобы провести по ним языком, невольно меняя угол. Громкий стон удивляет обоих.       - Еще – Ямато толкается навстречу. Дзе слушается. Комната наполняется пошлыми хлюпающими шлепками, смазки кто-то явно не жалел. Прерывистые стоны смешиваются, и Тогаме тянет чужую голову, чтобы снова впиться в распухшие губы. Никакой нежностью уже не пахнет, осталось чистое животное желание. Где-то между вдохами теряются слова «еще, еще, еще». Зама Шишитоурен натурально мажет. Он обхватывает чужой член рукой, пытаясь дрочить в том же темпе, но выходит так себе. Ямато сжимается на нем, и он стонет в голос.       - Боже, блять, какой ты узкий, это же пиздец просто – Дзе натурально рычит.       - Кто бы говорил, сука, как охуенно, я с твоего члена же теперь не слезу – Ямато откидывает голову ему на плечо – я скоро уже…        - Знаю, я тоже. Реальность остается за бортом, они торопятся, сами не зная куда, но надо, так необходимо прямо еще немного глубже, больше, дольше. Оргазм накрывает с головой, и это почти больно. Тогаме на фоне думает, что если бы не резинка, то он бы спустил прямо в этого гада, бьющегося под ним от удовольствия. Они валяются пытаясь отдышаться. За окном уже понемногу светает, и Дзе раздосадовано думает, что выспаться ему явно не светит. Взгляд падает на Эндо, чьи плечи все еще немного дрожат. Возможно, виновато расслабленное состояние, он не знает, но не может не повиноваться какому-то внутреннему голосу, требующему прямо сейчас проявить еще каплю нежности, прежде чем эта ночь закончится и они снова окажутся на улице по разные стороны баррикад. Тело в руках немного липкое от пота, все еще обжигающе горячее и непривычно расслабленное. Тогаме целует его в висок, зарываясь носом в кудрявые волосы, слабо пахнущие дорогим шампунем. Он мягко поглаживает вздымающуюся грудь, прислушиваясь.       - А ты у нас оказывается романтик – Эндо усмехается, беззлобно, даже как-то расстроенно.       - Не отрицаю, никакому мужчине это не чуждо – Дзе притягивает его ближе – расскажешь?       - Обрастешь и неровно облезешь. Просто завались и дай мне немного поспать. Тогаме больше не лезет. Сам знает, как страшно порой выворачивать душу наружу. Он молча укрывает их пледом, и, сам того не заметив, падает в объятия Морфея. ***       Утро встречает его одиночеством и приятным запахом кофе. Кружка стоит на прикроватной тумбочке, еще горячая, а значит, кудрявый черт свалил недавно. Потирая сонные глаза он отрубает будильник, прихватывая кружку одной рукой. Под ней обнаруживается записка.              «Если будет одиноко: ХХХХ ХХХ ХХХ» и шутливая мордочка рядом. Что же, видимо вчерашнее приключение они еще повторят.