Часть 1
12 июня 2025 г., 11:12
Ким Тэхён, альфа со взглядом способным заморозить даже июльское солнце, вёл жизнь сотканную из противоречий. С одной стороны — успешный бизнесмен, владелец сети модных бутиков, диктующий тренды Сеула. С другой — отец-одиночка пятилетней девочки, маленькой омеги по имени Хана.
Жизнь молодого мужчины перевернулась с ног на голову пять лет назад, когда любимый омега, подаривший ему дочь, скончался при родах. Тогда Тэхён поклялся, что Хана не будет ни в чем нуждаться и будет окружена любовью, но бремя одинокого отцовства оказалось тяжелее, чем он предполагал.
Хана была его маленьким солнышком, его слабостью и мотивацией. Она унаследовала от папы мягкий характер и ангельскую внешность. Тэхён делал все, чтобы дочь росла счастливой и беззаботной: читал ей сказки на ночь, плёл косички, хоть и не всегда ровно, водил в парк и на детские праздники. Подчинённые не раз видели, как их строгий и требовательный босс превращается в заботливого отца, стоит лишь маленькой принцессе появиться в его поле зрения. Тэхён никогда не скрывал ничего от дочери, поэтому, честно рассказал ей, где её папа. Он ждал слёз и криков. Но маленькая Ким только обняла отца и прошептала, что знает.
Однако, альфа понимал, что дочери нужна не только его любовь, но и папы-омеги. Идея женитьбы казалась ему кощунственной. Он не представлял рядом с собой другого омегу. Память о любимом была слишком свежа, а страх снова испытать боль утраты — слишком велик. Да даже если бы он захотел, то все кандидаты проходили бы через его дочь. Но грузить этим юную красавицу альфа не хотел.
***
— Отец! — юная Ким прыгнула на отца, заваливаясь сверху на сонного Тэхёна. — Вставай, столько всего приготовить надо. — Хана, батарейка ты моя, — улыбнулся альфа, погладив дочь по волосам. — С днём рождения, крошка! — Ну я не крошка, отец. — Какая взрослая, — хохотнул Ким подхватывая дочь и вставая вместе с ней, начал кружить её по комнате. — Отец, я хочу самый большой торт с клубникой! И много-много шоколадных конфет! — звонко прокричала Ким, не слезая с рук отца. — Но разве взрослые едят сладкое? — прищурился альфа, смотря на сдувшееся лицо дочери. — Будут тебе и торт, и конфеты. Всё, что пожелаешь, моё золото. Но сначала, давай папа сходит в душ, а вы, взрослая леди, марш одеваться, раз не хотите пропустить всё веселье. Девочка чмокнула отца в щёку и убежала в свою комнату.***
Место, куда Тэхён привёз дочь, пестрило яркими красками, огромный павильон в торговом центре, снятый именно для дня рождения Ханы. Повсюду висели гирлянды из воздушных шаров всех цветов радуги, столы ломились от сладостей и закусок, а из динамиков лилась весёлая детская музыка. Хана, с широко распахнутыми от восторга глазами, крепко держала отца за руку, боясь потеряться в этом шумном и волшебном месте. Тэхён улыбнулся, глядя на счастливое лицо своей крошки, тоже чувствуя себя самым счастливым человеком на земле. Он готовился к этому со всей своей командой, стараясь учесть каждую мелочь. Были приглашены все её друзья из детского сада, клоуны и аниматоры. Родители детей стояли в стороне и улыбались. — Отец, спасибо. Люблю тебя! Хана отпустила руку альфы и побежала к друзьям с радостным визгом. Тэхён, наблюдая за ними, почувствовал тепло в сердце. Ради этих моментов он готов был на всё, чтобы его девочка никогда не грустила. — Я смог, Мини, я вырастил нашу малышку, — прошептал Ким себе под нос, вспоминая любимые глаза Минхёка. — Надеюсь, ты видишь, как наша дочь выросла. И, как будто в ответ на его слова, по лицу прошёлся теплый ветерок. Взгляд мельком скользнул по павильону. Родители играли вместе со своими детьми. А Тэхён? Тэхён стоял и смотрел на аниматора в костюме кролика. Чёрные глаза смотрели на альфу, и у Тэхёна от этого взгляда мурашки прошлись по коже, как будто он раньше видел этого парня, но не помнит где. Мгновение и аниматор переключился на детей, больше не смотря на альфу. Весь день прошёл в вихре игр, танцев и смеха. Хана сияла как ёлочка в своем красном платье и альфа был рад видеть её такой радостной. Он вытер слезы с глаз, и махнул официанту рукой. Пришло время торта. Свет внезапно погас, и на середину павильона выкатили огромный двухэтажный торт, украшенный свежей клубникой и шоколадными конфетами. Хана подбежала к аниматору-кролику и потянула его к огромному торту. — Итак, первый кусочек достаётся имениннице, — проговорил кролик, смотря на Тэхёна. — Господин Ким, помогите дочери разрезать торт. Тэхён протянул руку, чтобы взять нож, и нечаянно коснулся пальцами руки кролика, электрический разряд прошёлся по коже. Он пытался вспомнить, где он видел этого человека, но все мысли куда-то испарились, что, блять, происходит? Почему от незнакомого омеги у альфы рвется сердце наружу. Но черты лица кролика были очень знакомы, как будто они в прошлом виделись. Альфа поспешил убрать руку и помог дочке разрезать торт на кусочки. Пока официанты разносили эти кусочки по гостям, Хана взяла тарелку с угощением и передала её кролику. — Возьмите пожалуйста, — она протянула тарелку с вилкой аниматору. — Он очень вкусный и пахнет как вы. Аниматор ошарашено посмотрел на девочку, а после тепло улыбнулся. — Спасибо, прекрасная леди. Я обязательно его попробую. С днём рождения тебя, красавица. — Спасибо! — девочка покраснела и прошептала на ухо кролику. — Мой отец любит клубнику в шоколаде, а вы пахнете так же. Ооо, маленькая сводница. Хана, сделав своё дело, убежала к Тэхёну. Когда праздник подошёл к концу, Хана, уставшая, но счастливая, прижалась к отцу, прошептав: — Спасибо, отец, это был самый лучший день рождения в моей жизни! Тэхён улыбнулся и крепче прижал дочь к себе, зная, что этот день они оба запомнят надолго.***
Дорогой автомобиль плавно скользил по вечерним улицам, унося их домой после насыщенного дня. Тэхён нежно поглаживал волосы спящей дочери, любуясь её безмятежным лицом. В свете уличных фонарей её щёки казались ещё более розовыми, а длинные ресницы трепетали во сне. Он мысленно благодарил судьбу за этот бесценный дар — свою дочь, смысл его жизни. Дома, переодев Хану в мягкую пижаму и уложив в кровать, Тэхён присел рядом, рассказывая ей на ночь любимую сказку. Голос его звучал тихо и нежно, убаюкивая девочку. Вскоре Хана мирно засопела, а Тэхён, поцеловав дочь в лоб, тихонько вышел из комнаты, но остановился около двери, когда услышал сонный голос девочки. — Отец, давай заберём дядю Гуки себе, — и засопела дальше. «Дядя Гуки? Интересно, и кто же этот человек?» В мысли забрался красивый аниматор в костюме кролика. Тэхён вышел на балкон, чтобы немного подышать. Город мерцал красивыми огнями внизу. Альфа втянул носом ночной воздух и в ноздри забился любимый запах клубники в шоколаде. Списав всё на то, что торт был с клубникой, он пошёл в душ. Этот день его вымотал.***
Чонгук материл одну наглую булку всеми возможными словами. У него был законный выходной, но Чимин решил, что Чон идеально подходит для его замены на празднике дочери Господина Кима. Он же, Ким Тэхён, первая любовь омеги. Они учились вместе в старшей школе, да и в университет пошли один. Только вот тесно не общались. Чонгук был ботаником и серой мышкой. Такой альфа, как Тэхён, на него никогда бы не посмотрел. А ещё был красивый омега Пак Минхёк, для своих Мини. Когда Ким предложил Хёку встречаться, сердце Чона раскололось на части. Но он всё так же продолжал любить Тэхёна, пряча свои чувства глубоко внутри. Теперь же, спустя годы, его заставляют идти на день рождения к дочери его первой любви. И не просто идти, а развлекать детей. «Отличный» способ провести выходной. Он был зол на Чимина, на Тэхёна, на весь мир. Ему хотелось просто лежать дома и смотреть дорамы, заедая стресс острой лапшой. Но нет, он должен был идти и притворяться аниматором. Он даже не аниматор, он адвокат, блять, а теперь ему приходится играть глупого кролика на празднике жизни, где не место Чону. Чонгук решил для себя, что он быстрее закончит и поедет домой. Но было одно «но». Прибыв в торговый центр, где будет проходить праздник, Чонгук глубоко вздохнул и попытался собраться. Он натянул фальшивую улыбку и зашёл внутрь. Переодевшись в костюм кролика, Чонгук придирчиво осмотрел себя в зеркало и усмехнулся. Да начнётся цирк! Выходя к детям с улыбкой, Чонгук увидел его. Всё такой же ослепительный, как и в юности. Сердце предательски забилось чаще. Чонгук почувствовал, как краснеет. Стараясь не смотреть в глаза своей первой любви, Чонгук переключился на маленькую именинницу. Девочка была в красивом красном платьице, тёмные волосы аккуратно заплетены в косички, и так похожа на Тэхёна. Почувствовав чужой взгляд на себе, Чон снова столкнулся с тёмными глазами. Сердце забилось ещё сильнее, дыхание спёрло. Чонгук откашлялся, стараясь вернуть себе самообладание. Он тут как аниматор, так что он просто сделает (не) свою работу и быстро свалит. Только вот юная Ким не хотела отпускать Чонгука, она смеялась и постоянно принюхивалась. Когда настало время разрезания торта, Хана почему-то потащила его резать торт, почти пихая омегу к Тэхёну. Чонгук сглотнул и, тепло улыбнувшись девочке, взял нож в руки. — Итак, первый кусочек достаётся имениннице, — проговорил кролик, смотря на Тэхёна. — Господин Ким, помогите дочери разрезать торт. Когда всем раздали торт, Хана взяла самый большой кусок и подошла к Чонгуку, стоящему в стороне. — Возьмите пожалуйста, — она протянула тарелку с вилкой аниматору. — Он очень вкусный и пахнет как вы. Аниматор ошарашенно посмотрел на девочку, а после тепло улыбнулся. — Спасибо, прекрасная леди! Я обязательно его попробую. С днём рождения тебя, красавица! — Спасибо, — девочка покраснела и прошептала на ухо кролику. — Мой отец любит клубнику в шоколаде, а вы пахнете так же. Что же вы задумали, маленькая леди? Чонгук совершенно не понимал мотивов девочки, но переубеждать её не стал. Где-то внутри грелась мысль, что он сможет стать частью семьи Ким. Ведь, после смерти мужа, Ким Тэхён так и не женился, хотя возле него крутились все омеги высшего общества. В течение многих лет Чонгук наблюдал за ним издалека, восхищаясь его силой, его талантом, его способностью оставаться верным себе даже в самых сложных ситуациях. Но за этой внешней бравадой он видел и глубокую печаль, тоску по утраченной любви. И нет, Чонгук не ненавидел Минхёка только потому, что тот украл его счастье, и в мыслях не было. Пака любили все, в нём не было тех замашек зазнайства, этим он и нравился всем. И если Чонгук хочет стать чем-то большим для Тэхёна, то ему придётся постараться, чтобы завоевать доверие альфы. Показать ему, что он не охотник за богатством и положением, он востребованный адвокат, положение и деньги у него есть. Чонгук вернулся домой и устало снял с себя костюм кролика. Больше он в это болото не полезет. Как только Чимин появится в поле его зрения, он убьёт лучшего друга. Но это потом, а сейчас Чон ложится в ванную, и вспоминает любимые глаза Тэхёна. Почему он вообще о нём думает? Он же… да плевать вообще на этого Ким Тэхёна. Только вот девочка, она такая красивая, что омеге хочется подарить ей всю свою любовь и бросить мир к её ногам, а она даже не его дочь. Вода приятно обволакивала тело, смывая с него остатки веселья. Чонгук закрыл глаза, позволяя усталости растечься по каждой клеточке. Образ Тэхена не покидал его. Любимое лицо, словно высеченное из слоновой кости, с тёмными пронзительными глазами, заставляло сердце биться чаще, в голове всплыл тихий мелодичный смех, как самая прекрасная музыка. Чонгук прикрыл глаза, плавая в мечтах о Ким Тэхёне.***
— Хана, а кто этот дядя Гуки? — поинтересовался Тэхён, накладывая дочери завтрак. Альфа всю ночь почти не спал и думал об этом, почему именно дядя Гуки? У неизвестного же должно быть полное имя, правильно? — Дядя аниматор, — проговорила лукаво девочка. — Он вкусно пахнет. Мне он нравится. Тем более папы у меня нет, — Ким распахнул глаза широко, совершенно не понимая, к чему клонит дочь, она продолжила: — Я хочу чтобы он был моим папой. Невероятно умная и замечательная девочка. Вон как об отце заботится. Даже пару ему уже нашла. — Хана..... — Отец, я хочу чтобы ты был счастлив, а дядя Гуки подходит тебе. Тебе нравится клубника в шоколаде. А он пахнет так же. Давай его найдём, — надула мило губки юная Ким. — Тем более, я видела его у вас с папой на фотографии, и сразу узнала. — Какой фотографии? Девочка слезла со стула и побежала в гостиную, вытаскивая альбом с выпускного. — Смотри! Альфа взял в руки увесистый альбом и открыл первую страницу, в глаза бросился Минхёк в выпускном костюме, как гранёный алмаз, только для него. Первые капли слёз упали на страницы. — Отец! Ким поднял мокрые глаза на дочь и быстро вытер их. Никогда он не показывал малышке свои слезы, а тут… нехороший альфа. — Дядя Гуки, — тычет пальцем в неприметного студента в очках дочка. Тэхён даже имя не помнит его, да оно и не надо ему. По виду обычный ботаник, вечно в мешковатой одежде. Очки на глазах, и кроличья улыбка. Имя он точно не вспомнит, всё его внимание забирал Минхёк. — Но почему ты назвала его дядя Гуки? У него же имя есть. — Есть, но мне захотелось. Он похож на кролика, прямо как его костюм. Давай его заберём себе? Да и не знаю я его имени. Тэхён хохотнул и закрыл альбом, откладывая тот от себя. — Так, молодая сводница, а вы разве не опаздываете в садик? А ну-ка быстро переодеваться. — Хорошо отец, но ты подумай над этим. Девочка убежала в свою комнату, оставляя отца наедине с мыслями.***
Адвокат Чон Чонгук — фигура окутанная ореолом профессионального мастерства. Его имя — синоним успеха в сложных и запутанных делах, где на кону стоят не только деньги, но и репутация, а порой и свобода. Чонгук известен своим аналитическим складом ума, позволяющим ему видеть неочевидные связи и тонкости в, казалось бы, безнадёжных ситуациях. Он не из тех адвокатов, кто полагается на громкие заявления и показную эмоциональность. Его сила — в хладнокровном расчёте, скрупулёзном изучении каждой детали и умении выстраивать непробиваемую линию защиты, основанную на фактах и безупречной логике. Чонгук умеет слушать не перебивая, вникая в суть проблемы и находя слабые места в позиции противника. За его безупречным костюмом и сдержанной манерой поведения скрывается стальная воля и жажда справедливости. Он не боится идти против течения, отстаивая интересы своих клиентов, даже если общественное мнение настроено против них. Его принципиальность и преданность своему делу внушают уважение как у коллег, так и у оппонентов. Чонгук не гонится за славой и публичностью. Его лучшая награда — благодарность клиентов и осознание того, что он помог восстановить справедливость. Он — мастер своего дела, тихий герой в мире юриспруденции, чьё имя шепчут с благоговением в коридорах суда. А ещё был Гуки, без дяди. Омега, сотканный из солнечных лучей и утренней росы. Его омежья сущность пронизывала каждый взгляд в его сторону, жест, каждое тихое слово. Он двигался с грацией молодой лани. Немного смуглая кожа и невероятно красивые большие глаза — от заучки не осталось и следа, очки заменены на линзы, мешковатая одежда — на узкие джинсы и рубашки, и облегающие классические костюмы. Визитной карточкой Чонгука, была его улыбка. Широкая, искренняя, она озаряла всё вокруг, словно внезапно выглянувшее из-за туч солнце. Именно в этот момент проявлялись его кроличьи зубки, делая его похожим на смущённого, но невероятно милого зверька. Глаза Чонгука, цвета темного шоколада, были полны невинности и какой-то детской непосредственности. В них отражалась чистая душа. Взгляд его был одновременно робким и пронзительным, способным заглянуть в самую глубину сердца. Омега был словно хрупкий цветок, нуждающийся в заботе и тепле. Его омежья природа, мягкая и податливая, притягивала к себе, вызывая желание защищать и оберегать. Чонгук был воплощением чистоты и невинности, маленьким чудом, способным растопить даже самое холодное сердце. Но все эти прелести достанутся только одному альфе. Наверное.***
Тэхён думал, много думал, постоянно возвращаясь к этому Гуки. Почему он не помнил, как зовут его одногруппника? Альфа не думал, что у того такое сложное имя. Отложив бумаги, Тэхён взял ключи от машины и вышел из дома. Дочери дома нет, она у друзей, значит, можно расслабиться и просто покататься по городу. Давно он просто так не ездил, больше на работу, да и в командировки. Он устал. Ветер приятно ласкал его руку, которую Ким выставил из окна, черные волосы развивались по салону автомобиля, за окном стояла прекрасная погода. Тэхён улыбнулся и вдавил газ в пол. Его машина уверенно набирала скорость, а голову занимали мысли о дочке. Скоро у неё в садике будет утренник и нужно будет красивое платье. Только он никак не мог придумать какое, надо спросить у Ханы. Впереди показался светофор, что уже начал моргать зелёным. Тэхён, не желая стоять в ожидании, надавил на педаль сильнее. На перекресток он вылетел, когда на светофоре только загорелся красный. И тут бах…***
Чонгук летел на всей скорости в сторону суда, его дело, которым он занимался долгое время, было отдано другому адвокату. Это как, блять?! Чон сам искал доказательства невиновности его подопечного, ездил к свидетелям, шерстил каждый угол Сеула, и теперь его дело передали какой-то мрази, которая работает от силы пару дней. Сука, как же это бесит. Светофор мигнул зелёным, медленно переключаясь на красный, но Чонгуку так было плевать на правила, он резко крутанул руль, вылетая на встречную полосу, не замечая дорогую машину перед собой. Не успев затормозить, он врезался в бок чёрного Мерседеса. Обе машины занесло от удара. Чонгук сжал руками руль, выравнивания машину. Затормозив посреди дороги, злой омега выскочил из автомобиля, идя в сторону Мерседеса. Тэхён вылетел из своей тачки, сразу же бросаясь к огромной вмятине на правом крыле. — Чёрт возьми! — вырвалось у него, пока он осматривал повреждения. Нет, ему не жалко эту груду металла, но, если бы в машине сидела Хана, Тэхён просто разорвал бы того человека на кусочки. Ким обводит пальцем грубые края металла, чувствуя, как внутри всё закипает от злости. Ким обернулся на шорох туфлей по асфальту и застыл. На него шёл омега в идеально сшитом чёрном костюме, облегающем узкие бедра, с галстуком, туго затянутым вокруг изящной шеи. Его губы, алые, как клубника, поджимались от злости, глаза горели огнём. Выглядел он в этот момент очень красиво. — Ты совсем охренел! Ослеп, и не видишь, куда едешь?! — Слышь ты, помойка. — зарычал Тэхен. — Это ты, блять, въехал в меня. Моя машина пострадала! А если я был в ней не один? Тэхён резко замолчал, смотря на знакомое лицо перед собой. Тот самый аниматор, дядя Гуки в костюме кролика. Только он сейчас выглядел по-другому. Альфа принюхался и сыто облизнулся, забывая про свой гнев. Омежий феромон вскружил голову, зверь внутри бесновался, требуя взять своё. — Тэхён, — на выдохе сказал Чонгук, стараясь скрыть дрожь в голосе. Когда он понял, кто перед ним стоит, резко сдулся как шарик, и ноги подкосились от любимого феромона. — Дядя Гуки? Не узнал, — хрипло произнёс Тэхен, делая шаг вперед. Инстинкты взяли верх. Ему было плевать на разбитую машину, на правила приличия. Ему нужен был этот омега. Сейчас. Чонгук попятился назад, чувствуя себя загнанным в угол. — Откуда ты знаешь мое имя? — забавлялся альфа, наклонив голову вбок. — М, дядя Гуки? Чонгук покраснел до состояния помидора, и быстро отвернулся, но альфа и не думал его отпускать. Он резко развернул омегу назад и посмотрел в такие знакомые глаза, только вот без очков. В голову пришёл ботаник в мешковатой одежде, только сейчас он выглядел по-другому. — Чон Чонгук, я вспомнил тебя! — Поздравляю, а теперь отпусти меня пожалуйста, — Чонгук ещё больше покраснел, на что Тэхен улыбнулся. — Пожалуйста, мне нужно… — Нет! Я хочу знать, как ты стал таким охуенным. Что-то не хорошее разлилось по телу Чонгука, он сбросил с себя руки чужие и яростно посмотрел на альфу. Ага, вспомнил он, блять, на фигуру его посмотрел и вспомнил. А что ж тогда раньше не замечал? Правильно, Чонгук ведь не Пак Минхёк. — Отвали от меня, Ким. Я оплачу ремонт машины, — и ушёл в сторону своего автомобиля, тут же давая по газам, оставляя альфу одного.***
Чонгук в ярости залетел в здание суда и пошёл к главному прокурору. Дверь кабинета с грохотом открылась и все присутствующие в кабинете затихли. Омега давил на альф своим феромоном, те напряглись от удушающего аромата. — Какого хрена, Господин главный прокурор?! Какого хрена моё дело отдают другому адвокату? — он пробежался взглядом по альфам, увидев того самого выскочку. — Почему у меня, блять, забрали моё дело?!!! Главный прокурор, альфа с суровым взглядом и сединой на висках, не дрогнул под натиском разъярённого омеги. Он спокойно откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — Чонгук, следи за своим тоном. Это здание суда, а не притон. И да, твоё дело передано другому адвокату, и на то есть веские причины. Чонгук фыркнул, презрительно оглядывая альф. — Веские причины? Или вы просто решили подлизаться к влиятельным лицам, которые замешаны в этом деле? Неужели вы настолько слабы, что готовы предать справедливость ради похвалы? — он специально выделил последнее слово, словно плюнул им в лицо. Выскочка, молодой альфа с самодовольной ухмылкой, выступил вперед. — Адвокат Чон, вам стоит успокоиться. Дело моё, а таким, как ты, не место в суде. И я уверен, что я справлюсь лучше. Зря, очень зря. Глаза Чонгука вспыхнули яростью. — Слышь ты, мразь, ты хоть знаешь, сколько я сил вложил в это дело? Гандон ты ёбанный, — Чонгуку плевать, где он находился, пусть хоть в самой мэрии, ему просто похуй. — Я вывернул наизнанку каждый документ, выследил каждого свидетеля! И ты, молокосос, смеешь говорить, что мне не место здесь? — он сделал шаг к выскочке, и воздух наполнился его яростным феромоном. Альфы, сидящие в кабинете, занервничали ещё больше, чувствуя угрозу. Главный прокурор поднял руку, призывая к порядку. — Чонгук, достаточно. Твоё поведение недопустимо. Покинь мой кабинет. Чонгук смерил главного прокурора испепеляющим взглядом. — Хорошо, я уйду. Но вы пожалеете об этом. Вы все пожалеете, когда правда выплывёт наружу, когда я вас сам, лично, опущу на дно, я открою все ваши секреты публично, — он развернулся и направился к двери, с каждым шагом источая волны гнева. Хлопнув дверью так, что стены задрожали, он оставил за собой лишь тишину.***
— Дядя Гуки! — Хана увидела омегу в торговом центре, куда она приехала за платьем вместе с отцом. — Привет. Чонгук оторвался от созерцания костюмов и перевёл взгляд на девочку. Та стояла в чёрном милом костюмчике и махала ему рукой. — Привет-привет, маленькая красавица, — присел перед ней Чон, стараясь не смотреть на альфу, держащего дочь за руку. — Как дела у тебя? — Дядя Гуки, — девочка отпустила отца и обняла опешившего омегу за шею, прошептав ему что-то на ухо, чтобы отец не слышал. Чонгук покраснел и перевёл взгляд на Тэхёна. «Очаровательные щёчки», — подумал Ким, чмокая воздух. Чон хохотнул тихо от щекотки в ухо и кивнул. Хана тут же отцепилась от омеги и побежала в сторону игровой зоны. — Что она тебе сказала? — спросил Ким, смотря вслед дочери. — А ты хочешь знать, может это секрет? — Чонгук… — Что, Тэхён? Что ты хочешь от меня услышать? — Чонгук немного сжал кулаки, чтобы сдержать себя, он все ещё был зол на своих бывших коллег, но показывать Тэхёну и особенно Хане свой гнев он не хотел. — Знаешь я… давно люблю тебя, ещё с университета, — Чон и сам не знал, зачем он признавался, но так, наверное, легче станет. — А ты… ты просто не видел меня, серая мышь, которая пускает слюни по самому популярному альфе, как в грёбанных клишированных дорамах. Но потом у тебя появился Минхёк, нет, я не виню его, он классный… был, — Чонгук не продолжил дальше тему смерти Пака. — Но это не значит, что я бросил тебя любить. После университета я устроился в адвокатскую контору, стажёром, а через семь лет стал успешным адвокатом. Но всё это время я хотел стать лучшей версией себя, чтобы соответствовать тебе. Чтобы ты на меня посмотрел. Глупые мечты развеялись прахом, когда ты женился. Было больно? Да! Чонгук выдохнул, стирая дорожки слёз. Альфе захотелось убрать с красивого лица эти слёзы, которые омега проливал из-за него. — Даже после твоей свадьбы я всё равно следил за тобой, и мечтал, много мечтал. Я погряз в работе, чтобы не видеть твоей улыбки, чтобы не любить тебя, и знаешь — у меня почти получилось, пока Чимин не попросил меня заменить его на дне рождении твоей дочери. И чувства вспыхнули снова. И вот теперь я безработный омега, и всё ещё влюблён в тебя. Тэхён приблизился к Чонгуку и аккуратно вытер мокрые дорожки. Не пальцами, а губами, нежно собирал капельки, чтобы омега не плакал из-за него, но слезы никак не прекращались. Чон всё плакал и плакал, сильный омега ломался только для одного альфы. Он поднял руки и обвил шею Тэхёна, чтобы быть ближе. Губы альфы всё гуляли по щекам омеги, язык слизывал капельки. Омега тихо плакал, цепляясь пальцами за волосы Кима. Запах — терпкий и сильный, заполнял всё вокруг, проникая в каждую клеточку тела, лишая воли и заставляя подчиняться. Но Чонгук и не собирался отпускать Тэхёна. Альфа и сам не понимал, зачем он это делает, но омегу хотелось оберегать, любить. Инстинкт? Возможно. Всё внутри него тянулось к этому хрупкому созданию, как мотылёк к пламени. Чонгук был для него все ещё загадкой, он ведь не знал его. Когда Тэхён коснулся губами губ Чонгука, мир замер, как будто кто-то выключил пластинку. Время остановилось, дыхание перехватило. Всё вокруг исчезло, оставив лишь двоих, связанных воедино красной нитью. В этом поцелуе было всё: нежность, страсть, надежда и страх. Страх Чонгука, что после поцелуя Тэхён оставит его. Альфа почувствовал, как Чонгук робко отвечал на поцелуй, неуверенно приоткрывая губы. Этот нежный ответ опалил его изнутри, разжёг огонь, который грозил вырваться наружу и сжечь всё дотла. Он углубил поцелуй, притягивая Чонгука ближе, чувствуя его трепетное дыхание на своих губах. — Не отпущу, — тихо прошептал Ким, как только поцелуй прекратился. — Отец! Хана бежала к парочке счастливая. Она всё видела с самого начала. И от этого улыбка сама лезла на лицо. — Так что, мы заберём дядю Гуки? Тэхён рассмеялся, обнимая Чонгука сильнее. — Заберём, да, дядя Гуки? Чонгук покраснел и кивнул. Он был готов стать частью этой маленькой семьи. — Пойдёмте домой. Ким нагнулся к уху омеги и прошептал: — Так что она тебе сказала? — Сделай моего отца счастливым, — проговорил Чонгук, нежно касаясь губами щеки Тэхёна. — Маленькая сводница, вы платье-то выбрали? — вспомнил Ким, зачем они сюда приехали. — Да, хочу из новой твоей коллекции, — она ткнула в магазин детской одежды, где висели красивые платья и сарафанчики. — Хорошо миледи. — хохотнул Ким и, взяв дочь за руку, повёл внутрь бутика.***
— Папа, ты родишь сейчас! — девушка наклонила голову к плечу, точь в точь как Тэхён, который стоял рядом и смотрел, как его омега не спешит ехать в роддом, медленно собирая вещи для родов. — Отец, ну скажи ему! С того дня встречи в торговом центре прошло 16 лет, Чонгук и Тэхён поженились через год. А ещё через год родились близнецы, мальчики — альфа и омега. И вот сейчас у них на подходе четвёртый ребёнок, но Чонгук никуда не спешил. — Близнецы где? — Чимин с Юнги забрали, не волнуйся ты так. — Я волнуюсь не за них, а за друга, эти двое могут учинить такое, что потом проблем не оберёшься. — Милый, — альфа приблизился к омеге и нежно чмокнул того в губы, — они уже взрослые, хватит их оберегать. Тем более, у Юнги особо-то и не побегаешь, а у тебя воды отошли, — Ким поднял мужа на руки. — Мы едем рожать, Хана, захвати сумку, — и вышел с хихикающим Чонгуком на руках. Хана рассмеялась и взяла сумку Чонгука в руки, смотря на счастливое лицо отца. Она хотела, чтобы её родной человек был счастлив. Желание, загаданное в детстве перед тортом, сбылось. Девушка подняла голову к небу и тихо прошептала: — Он счастлив, пап.
