Придурок.

Душный салон машины растворял остатки сознания, побуждая всё сильнее завалиться прямо здесь и на время забыть обо всех проблемах и рабочих делах. Пинкман недолго шарит рукой и включает музыку - как обычно ту, после первой же секунды звучания которой мистер Уайт недовольно начинает жаловаться на то, как эти звуки раздражают его после тяжёлого дня и что проще идти пешком, чем находиться тут в компании Джесси и его идеального музыкального вкуса. Удивительно, но тот молчит, явно погружённый в собственные мысли.  Ему нравится смотреть, разучивать наизусть каждую линию на лице, видеть, как Уолт задумчив или зол, просто.. без всякого, просто так нравится. А ещё нравится думать о том, что думает сам мистер Уайт когда на него смотрит. Если смотрит. Хайзенберг часто невзначай называл его недразумением - огромные джинсы, всё ещё немного походящая на подростковую внешность, не отличающееся особой изобретательностью мышление, постоянное «это чё такое?», привычка набивать свой рот едой прямо во время работы.. по крайней мере это некоторые их тех минусов, на которые хоть раз ему указывал мужчина. Джесси сначала яростно отнекивается, потом вдруг принимает слишком близко к сердцу, сейчас же очень бы хотелось, чтобы Уолт повторил это ещё раз по возможности. Зачем? да кто его вообще знает, просто даже такое внимание для Джесси вдруг становится очень значимым, даже если его даёт бывший учитель, из-за которого он вылетел из школы или уже нынешний партнёр по наркобизнесу. Он обрёл крылья благодаря Уайту, но за время их совместной работы уже не раз ощутил, как легко они могут рваться на спине невидимыми швами. Он хочет, нет, он смертельно желает сделать глупость вновь. Чем это ему в конечном итоге обернётся - другой разговор. Джесси тянется губами к чужим, касается едва заметно, смазанно, чувствует себя точно так, будто ему 14 и он влюблённая девственница. Отрывается лишь тогда, когда что-то в голове всё же подсказывает, что остановиться ещё не поздно. Наверное.. – Ты такой придурок, Пинкман, – Уолт улыбается беззлобно, потирает затылок    и Джесси почему-то улыбается, а потом тянется ещё раз.