stay inside me

лето в этом городе пахло нагретым асфальтом, влажными липами и чем-то неуловимо сладким — как дыхание на губах. Сонхун всегда ненавидел жару. но в тот вечер она стала фоном к самому правильному решению за последние месяцы. он стоял на пороге квартиры Сону, по-прежнему сдержанный, как всегда. в руке — бутылка дешёвого вина, в глазах — осторожность. Сону открыл дверь в майке на одно плечо, босиком. и улыбнулся так, будто ждал его с самого утра. — зашёл бы, если не хочешь расплавиться, — сказал он, отступая внутрь. Сонхун прошёл мимо него — близко, почти касаясь рукой. он чувствовал запах тела Сону — тёплого, солоноватого, пьянящего. И понял: он приехал не просто выпить. — ты хорошо выглядишь, — тихо сказал он. — я тебя ждал. и в этих трех словах было больше правды, чем он был готов вынести. — они выпили полбутылки — вино было тёплым, но на удивление терпким. Сонхун сидел на полу у стены, ноги вытянул вперёд. Сону лёг рядом, головой на его бедре, позволяя пальцам лениво рисовать круги по внутренней стороне бедра. — я думал о тебе, — сказал он, не поднимая глаз. — почти всё время. Сонхун молчал, но рука легла в волосы Сону — мягко, как будто моля о прощении. он провёл пальцами по затылку, чуть сжал. — это не просто. я... — начал он. — не говори, — Сону посмотрел на него снизу вверх. — лучше сделай. время остановилось. Сонхун наклонился и поцеловал его. Сначала нерешительно — как будто всё ещё можно отступить. но Сону открылся ему сразу, будто ждал этого прикосновения годами. язык скользнул внутрь — тёплый, влажный, сладкий от вина. — х-хочу тебя.. — выдохнул Сону. голос звучал как натянутая струна. — по-настоящему. внутри. глубоко.. Сонхун поднял его на руки легко, будто Сону весил меньше воздуха. тот обвил его за шею и провёл носом по коже — там, где билось сердце. спальня была наполнена полумраком. жалюзи отбрасывали на стены полосы света, как когти. Сонхун опустил Сону на кровать и задержался — просто смотрел. голые ключицы, слегка приоткрытые губы, влажный от желания взгляд. и эта уязвимость, обнажённая, как шея под лезвием. — скажи, если передумал, — прошептал он, склонившись. — я давно уже не думаю, — усмехнулся Сону, — я просто хочу, чтобы ты.. ты остался. он потянулся, расстёгивая рубашку Сонхуна. под тонкой тканью — тело, знакомое и одновременно новое: грудь, лёгкие мышечные очертания, дрожащий живот, когда его коснуться. Сонхун накрыл губами его грудь, языком обвёл сосок. — а-ах..! — Сону застонал, выгибаясь навстречу. его пальцы нашли пуговицы брюк Сонхуна, нетерпеливые, трясущиеся. — хочу, чтобы ты вошёл. без всего. без барьеров. только ты. Сонхун прижался лбом к его животу. — Сону, ты... понимаешь, что говоришь? — я знаю, чего хочу.. хочу чувствовать, как ты кончаешь глубоко. хочу, чтобы всё твое осталось во мне. губы Сонхуна дрогнули. он стянул с себя остатки одежды, а потом — с него. влажные пальцы нашли вход, подготавливая его медленно, нежно. Сону запрокинул голову, сжав простыню. — в-войди, пожалуйста...! я хочу, чтобы ты посадил меня на своё..~ Сонхун вошёл — не сразу, затаив дыхание. Сону распахнулся под ним, тёплый, влажный, принимающий. — чёрт… ты такой тугой… — д-давай… мгх~ до конца.. и он двинулся. каждое движение было будто в первый раз. Сонхун вжимался в него глубоко, чувствуя, как Сону дрожит, захлёбывается дыханием, стонет. его руки лежали на бёдрах Сону — крепко, властно, но с нежностью, как будто боялся потерять. — мгх..~ вот так… — простонал Сону. — ч..чувствую, как ты меня открываешь…ах!.. он обвил ногами талию Сонхуна, притягивая ближе. внутри всё пульсировало, подстраиваясь под его ритм. — скажи, что ты хочешь, — прошептал Сонхун, вжимаясь. — хочу, чтобы ты в меня кончил..! много. так, чтобы потом вытекало по ногам~.. чтобы внутри меня осталось твоё. эти слова ударили в пах. Сонхун застонал громко, отрывисто. он ускорился. в каждом толчке — власть, потребность, обожание. — я..я чую, как ты вот-вот с-сорвёшься… давай… внутри…!~ — ты… чертовски опасен… — прохрипел Сонхун. — я не смогу остановиться… Сонхун двинулся особенно глубоко, особенно резко. Сону выгнулся, почти закричал — и в тот же момент почувствовал, как внутри него разливается жар. волна за волной, пульсирующая, жгучая. он застонал, ощущая, как сперма Сонхуна бьёт внутрь, глубоко, неотвратимо. — б-боже… да…ах!..так много…°. он чувствовал, как наполняется. как внутри становится только он. и когда Сонхун опустился рядом, он всё ещё был в нём — горячий, пульсирующий, живой. — не вытаскивай..! подержи. п..пусть всё останется. Сонхун обнял его за талию и прижал к себе. — я никогда так не хотел никого. никогда так не чувствовал. ночь не закончилась. тела остались соединёнными. Сонхун ощущал, как внутри него ещё тёпло, как по ногам медленно стекает белая капля. он провёл пальцами по бедру — и принёс её ко рту. — с ума сойти, ты правда хочешь это. — я хочу всё, что связано с тобой, — выдохнул Сону. — с каждым твоим семенем, с каждой каплей. я твой. он снова прижался, на этот раз целуя Сонхуна — в шею, в ухо, в губы. — хочу ещё. хочу снова. Сонхун не возразил. он поднял его за бёдра, поставив на колени, и вошёл сзади — с той же медленностью, но теперь с большей требовательностью. его руки сжимали талию, движения были сильными. — !я ч..чувствую, как т..течёт из меня..хаа, — выдохнул Сону, запрокинув голову. — сделай, чтобы вытекало ещё больше. — ты хочешь, чтобы я оставил тебя полным? чтобы ты лежал, чувствуя, как всё капает наружу? — да…мх~..да, пожалуйста… Сонхун начал двигаться быстрее. влажные звуки, стон, шлёпки кожи о кожу — всё слилось в жаркое, дикое единение. — я тебя посадил, — прошептал он, схватив за волосы. — ты теперь мой. изнутри. целиком. когда он кончил второй раз — резко, глубоко, с долгим выдохом — Сону даже не стонал, он плакал. от переполненности. рт блаженства. от чувства, что он наконец нашёл того, кто останется.