Встреча выпускников

      Толик пытается схватить меня за куртку, но я уворачиваюсь. Хоть здесь законное право на перекур я отвоюю. Можно было загадать что-нибудь из своего, но зачем? Пусть Горшок показывает три тонущих корабля. Вообще пох.., что Горшок там выделывает. Актёр же, как-нибудь справится. Чего он только прикидывался, что не знает про крокодила? Мы же играли в него в прошлом туре, когда меня зае…. разговоры про анархию. А, естественно, это было без Горшка. Но с Вахой и Егорычем. Надо было мне с Димоном сразу уехать, пока немного накрыло и было, ну, почти весело. Почти как раньше: если ещё обидно, значит, мало выпил.       Тянет горелым от мусорки, с неба сыплется снежно-дождевая морось. Настроение какое-то совсем паршивое. Свалить бы прямо сейчас, и пусть думает, что хочет. Что ещё можно добавить к списку из труса, предателя и подкаблучника?       — Х…. загадал.       Б…., он оставит меня когда-нибудь в покое?       — Что-то ты быстро показал восемь слов.       — Я их написал на салфетке.       Гениально. Почему никто другой не догадался?       — Это не по правилам.       — Зато экономит время.       — Весь интерес состоит в том, чтобы передать смысл без слов, а остальные догадались.       — А хули ты тогда пишешь тексты?       Я просто курю. Затянуться, выпустить дым — это успокаивает.       — Потому что тексты петь проще.       — Ага, особенно про крестьян, трупы, деревню.       Я не сорвусь.       — У тебя есть твои гениальные песни. Пой их.       — Надо было сказать сразу, что тебе на группу плевать. Или пока твоя фифа не явилась…       Я хватаю его за воротник.       — Ты очень близок к тому, чтобы я тебе всё-таки врезал.       Горшок пожимает плечами.       — Мы уже договорились о драке. Зачем…       — Зачем что, Горшок? Сдерживаться, выбирать выражения? Думать о других, а не только о себе?       — Сильно ты думал о группе в декабре? Пацаны тоже…       — Ага, я заметил. У пацанов своего мнения нет. Только твоё.       Я отбрасываю окурок и достаю следующую сигарету.       — Если бы не они, Князь, ты бы колдырил в какой-нибудь мастерской своей родни.       — Да говори уже прямо, Горшок, без тебя я бы вообще о музыке не подумал.       Он хмыкает.       — Типа это неправда?       — А тебе бы самому хватило духа бросить всё ради группы?       Горшок затягивается.       — Ничего бы не поменялось.       — Так какого хера тогда я плохой, если что я есть, что меня нет?       Он сплёвывает под ноги.       — То есть, драться ты боишься?       Тушу сигарету.       — Пошли, раз тебе неймётся.       Он смотрит на меня, почти не мигая, тушит свою сигарету и заходит в подворотню первым.