Встреча выпускников

      Князев откусывает колбасу и отводит взгляд в сторону.       — Так что, Мих, в каком месяце нам всем готовиться? Апрель, май, октябрь?       — К чему?       Спрашиваю и опрокидываю в себя коньяк.       — К твоим похоронам.       Попёрхиваюсь, басист стучит мне по спине.       — Ну а что, Горшок? Меня там явно будут ждать, а концерты не хотелось бы переносить. И так, блин, с ними проблемы, правда, Димас?       — Андрюх, харе, это уже не смешно.       Князь откусывает ещё кусок колбасы.       — Не, Димон, это охренительно весело, ты просто ещё до конца не въехал. На чём сейчас сидим, а, Мишка? Опять хмурый?       Оглядываюсь назад, вроде официантов нет.       — Князь, ты, б…., башкой своей хоть немного думай. Я в завязке.       Он дёргает головой.       — Ага. Чёрта с два. С…, Горшок, ты б тогда рубашку на улице не снимал передо мной что ли, а? Или я слепой по-твоему?       — Это следы от анализов.       Князев поднимает бровь.       — Думаешь, что я за полгода забыл, как выглядят дорожки?       — Точно также, как и…       Он бросает со звоном вилку на стол.       — Мих, я ведь сейчас не шучу. Если ты принимаешь, то в следующий раз я приду на встречу с тобой к твоему гробу. И ни днём раньше. Это ни х.. не приколы уже, завязывай.       — Какого хера ты, Князь, мне ставишь условия? У тебя своя жизнь, вон, его строй.       Киваю на басиста, Князь качает головой.       — Зачем, Миш? Ну твоя же мелкая совсем. Неужели не хочешь увидеть её взрослой?       — Да при чём здесь Сашка?       — А кто? Кто, Горшок, может тебя остановить? Татьяна Ивановна? Юрий Михайлович? Лёха? Оля? Нет таких людей. Когда твой личный конец света? Как у всех, в декабре 2012-го?       Он пьян и очень зол. Как будто я виноват вообще во всём и сразу.       — Князь, если у тебя до хрена свободного времени для рассуждений, лучше занимайся своей группой и…       — С радостью, Мих. Дай только мне годик спокойствия, а лучше два-три, чтоб наверняка. Ты справишься?       Я молчу.       — Сейчас не тянет поговорить, Мих? Странно… Правда, удивительное дело! Просто вечер тишины. Или нет? Слышишь, Горшок, хули я постоянно читаю про себя в твоих интервью?       Зае….       — Ну так не читай их, Князь. Что ты там разыскиваешь? Какой, ё-моё, ценный кадр мы потеряли, да?       — Шурка прав, Мих. Ты очень х…. выглядишь.       Поднимаю на него глаза.       — Балунов? Ты с ним недавно разговаривал?       Князев кивает.       — Вчера.       И он опять очень сильно закашливается.