Глаза счастливые не врут

      Оксана звонит как нельзя кстати. Мы уже и личность успели установить, и приехать на завод. Версия с черным рынком монокристаллов очень интересная, но паренек как-то не похож на человека, который бы таким занимался. Во-первых, слишком худой, много бы не утащил. Во-вторых, рано или поздно, но его бы поймали здесь, внизу, а не в лес увезли. В-третьих, сапфира под ногтем бы не нашли уже. — Расскажите, а у Грача был доступ к продукции? Ну, так, чтоб можно было унести что-то.       За это дело я уже убедилась, что задавать нужные вопросы в правильной формулировке Олег умеет. Можно подумать, что это просто версия… А возможно, что мы действительно что-то нашли. — Вовик? Да вы что! У нас с этим строго очень! Обыскивают, как на таможне… Просвечивают чем-то даже.       Рентгеном еще скажи. Вдруг вы эти кристаллы глотаете? Нужно же знать, сколько из зарплаты вычесть. — Тогда как осколок мог попасть к Грачу? — Легко!       Она принялась объяснять, что мелкие обрезы и другие ненужные маленькие кристаллы может взять кто угодно, если нужно, мало ли, стекло резать, ножи править… Тогда зачем их обыскивают? Вопрос конечно открытый, но в деле большой роли не играет. — А Грач осколком не пользовался, не помните? — Хотела бы я это забыть! Он кристаллом себе под ногтям чистил, вы представляете? — Какой кошмар…       Надеюсь, мой сарказм в данной ситуации был не замечен. Зато сам осколок лежал прямо на столе Грача в куче разных бумажек. Его в пакет, а Олега легкими подталкиваниями на улицу. То с ним надо поругаться, якобы я приревновала, то он сам тут улыбается сотрудницам. Где логика этого человека? Не понимаю. — Так. Едем на квартиру. Потом все улики одновременно везем в ФЭС. Не хочу кататься туда-сюда… — Согласен. Как вы выдерживаете такой ритм жизни? — Спокойно. Здесь быстро привыкаешь к работе.       Больше никаких вопросов он не задавал, хотя явно был чем-то заинтересован. Выводить его на разговор мне было неловко. Вроде бы как просто коллеги, а его тараканы в голове меня не интересуют. Там может быть все, чтт угодно.       В квартире сначала мы ничего толкового ге нашли, пока я не отодвинула диван. Черный пакет, а внутри несколько телефонов, парик, усы, борода… Чего только не было, в общем. В ФЭС после этого сразу определили и мотив убийства — возможная кража восьми миллионов. Почему возможная? Потому что на квартире Грача не нашли ничего такого, а доказательств его участия в этом нет, если не считать похожую схему мошенничества. — Да, Таня? — Везите к нам сюда директора рынка, у которого восемь миллионов украли. — Привезем, куда мы денемся…       Пошел договариваться о поездке этого директора в ФЭС Олег, решив, что с двумя мужчинами разбираться должен он. Мало ли чего можно ожидать от них! С какой-то стороны он прав, я понимаю его порыв, но и сидеть на одном месте я не хочу.       Всю дорогу я предпочитала молчать. Какие бы вопросы этот мужичок не задавал, отвечал на них Воеводин. Я же спокойно вела машину и только следила за дорогой. На парковке директора забрали другие сотрудники, передав нам, что нужно зайти в лабораторию за новой информацией. Когда-нибудь эта информация закончится, но не сейчас. Наверное в обещанном мне отпуске, до которого нужно еще дожить. — О, вы уже тут! Стася, тебе какое-то срочное заказное письмо пришло. Курьер оставил на ресепшене. — Спасибо. Всю инфу Олегу. Я скоро подойду.       Срочное заказное письмо могло прийти только от одного человека, с которым мы поддерживаем связь очень редко, но уже несколько лет. Все было упаковано так, как мы договаривались. Никаких адресов. Только абстрактное ФЭС и адрес кафе недалеко от отделения почты в Непале. Конспирация такая. Сначала письмо уходит туда, а там нужный человек меняет данные гражданина К и отправляет конверт мне.       Рогозиной Станиславе Евгеньевне от гражданина К.       Привет, Станислава.       Спешу тебе сообщить, что в Непале сейчас прекрасная погода. Солнце хоть и припекает, но мне это не мешает. За то время, что я здесь живу, успел даже немного загореть. Что касается работы… Я надеюсь, что скоро дело будет закрыто. Был бы рад встрече лично, когда все это закончится. Думаю, остался год.       Слухи о вашей работе долетают до меня даже здесь. Не смог своевременно поздравить тебя с повышением, что хочу сделать прямо сейчас. Твое новое звание очень сочетается с твоей фамилией. Почему-то представляю тебя полной копией начальства, хотя несколько лет тебя и не видел. В новостях мелькают иногда другие оперативники, но тебя мне еще ни разу не удалось застать. Мог бы попросить общую фотографию, но понимаю, что это слишком рискованно.       Как там наши? Пиши скорее, пока я здесь.       Гражданин К.       Сама бы я хотела с тобой уже встретиться. С каждым месяцем у всех возникает все больше вопросов по поводу тебя…       Боюсь, скоро скрывать контакт с ним станет сложнее, потому что меня уже мама подозревает в связи с кем-то из преступного мира, но глубоко ошибается. Еще год нужно продержаться, а может даже и меньше, если все пройдет хорошо у него. Работа нервная и кропотливая, но должна принести большие результаты.       Ответ было решено написать уже из дома, но точно не на этой неделе. Сейчас нас ждала поездка и слежка за некой Лидией Резниковой.