Что насчёт клевера?

–... А что насчёт клевера? – спрашивает у эльфа междумирец, переводя взгляд со стола на Эграсселя, который задумчиво сидел за этим предметом мебели. Заданный вопрос поставил его в тупик и застал в расплох. Отрываясь от работы, он промаргивается, после чего оборачивается на друга. Свет неприятно бьёт по глазам. Зажмурившись, беловласый таки смог найти силуэт приятеля. – Клевер? – удивлённо переспросил тот, сжимая в пальцах карандаш, после – разжимая, из за чего он падает на стол с глухим стуком, ударившись частью уже почти истёртого ластика. – Клевер. – повторил Лололошка, в непонятках уставившись на блондина. Эграссель поднимает задумчиво голову вверх, пытаясь вспомнить. – Четыре листа клевера символизируют надежду, веру, любовь и удачу. Они очень редки, чаще всего можно встретить только трёхлистники. – тянет тот, после чего вновь продолжает незаконченное дело. – А тебе зачем? – между делом спрашивает тот. – Да так... – Лололошка отмахивается, спешно покидая мастерскую друга, оставляя после себя колыхающуюся от ветра деревянную дверь. *** “– Ого, Ло! Я польщён! – воскликнул эльф, когда ему без слов вручили в руки букетик цветов. – Ха-ха, да я и сам такого от себя не ожидал! Вот ты мне просто про язык цветов своих говорил, вот я и решил... – он продолжает крепко держать в вытянутой руке букет, бережно упакованный в белую бумагу. Эграссель принимает букет, аккуратно взяв его в обе руки, и прижав к своей грудной клетке. – Давай я попробую угадать, что ты имел ввиду под этими цветами? – и не дожидаясь ответа, он начинает осматривать их и перечислять: – Жёлтая роза - знак нашей дружбы – констатирует факт блондин, продолжая вертеть цветы. – Четырёхлистный клевер... Где ты его умудрился достать?! – в растерянности уставился на междумирца. Тот лишь пожал плечами, рукой показывая "продолжай". – Розовый тюльпан... Если мне не изменяет память, то это означает сострадание и дружбу. – переведя взгляд на дарителя, он заломал брови домиком. – Ло, это так мило! Спасибо тебе большое! – – Хризантема – это уважение. – продолжает за ним Первый. Эграссель хмыкнул и про себя подумал "Ну да, от тебя уважением ко мне так и блещет." Но вслух ничего не сказал. – И... Последний цветочек, это... Гвоздика? – он отчаянно пытается вспомнить, что значат гвоздики. Его нервность можно заметить в чуть подрагивающих пальцах и тому, что он едва заметно закусил губу. –...Чистоту и удачу, – на выдохе произносил Лололошка, едва слышно. – Ох, точно! Подзабыл я, подзабыл! – отшучивается от него блондин, разыскивая свободное место на своём вновь заваленном столе. Разбросав бумаги в разные стороны, он просто взвалил охапку цветов на середину стола. Подлетев к своему другу, он даже не удосужился отряхнуть руки от грязи, которая налипла на белую бумагу, в которую была завернута цветочная композиция. – Спасибо, спасибо! Мне никто никогда таких подарков не делал! – приговаривал тот, после чего отлипая от мироходца с явным нежеланием. Ло нервно усмехнулся. Вторая его рука, покоившаяся под черным плащем, держала книгу, в которую была выставлена закладка ярко жёлтого цвета, а между пальцев был зажат бледно-желтый нарцисс, который потихоньку начинал чахнуть. Такой же бледный, как и кожа юноши, стоящего перед ним. Такой же бледно-желтый, как и волосы этого самого юноши.„ ... И так же увядал, как и он... – едва слышно, шёпотом промолвил тот, опустив взгляд на сырую, рыхлую, мёртвую землю. К чёрту всё. Лучше забыть всё, что у нас было. Мысли беспорядочно и хаотично перескакивал с одной на другую, хаос в голове начинал давить на черепную коробку, грозясь лопнуть. Но вдруг ход думов резко остановился. Стереть себя. Стереть себе память. Вот что ему нужно! Забыть всё и всех. Забыть братьев, сестёр, ЕГО, то, что произошло с родным Археем, да и просто... Ему важно начать всё с чистого листа. Стать белым холстом, чтобы заново познавать и постигать всю свою реальность. (а может и другие тоже?) Ему нечего терять. Братья и сестры? Они все поссорились перед тем, как уйти по разным реальностям. Эграссель? Его больше нет. Как и смысла жизни Ло. Решение принято окончательно. Яркая зелёная вспышка, белый, мерцающий свет, сильная боль, виски, которые сжимаются, словно в тисках... И пустота. Внутреннее спокойствие. ...Открывает глаза свои он уже на зелёном лугу. Под ладонью чувствуется мягкая поверхность травы. Она чуть мокрая от утренней росы. Резко открыв глаза, он сразу же зажмурился. Свет неприятно бьёт в лицо... Наконец, нормально привыкнув к освещению, он поднялся и сел. Начал осматриваться. Вокруг ни души, лишь бескрайний и просторный мир, восходящее солнце, щемящее чувство в сердце и... Голод. Он хочет есть. Но есть именно пирожное. В голове смутно представляется образ: нежное тесто, белого цвета шапочка из крема, а на ней клубничка... Красная, сочная, чуть кислая. Он похлопал себя по щекам. Надо осмотреться! Нельзя отвлекаться... А в это же время, в другом мире, где идёт проливной дождь, словно кто то горько, прегорько плачет, и земля мертвая, будто весь мир одолела печаль, умертвившая его. Нарцисс уже высох и из бледно-желтого стал чёрным, словно пепел. Пепел их надежд, их мечт, их несбывшихся желаний. Ветер уносит этот пепел, развеивая по воздуху, словно разрывая это всё на тысячи мелких частиц...