Нестандартная оплата

***

  Собрание Якудз проходило вполне обыденно - бурное обсуждение дальнейших планов, новых построек на недавно оттерраформленой территории у спавна, поставки товаров в торговый район и множество других рабочих нюансов. По его окончанию и принятию некоторых важных нововведений и изменений рабочего графика, участники стали постепенно расходиться. Клеш, как один из самых выдающихся представителей коалиции, активно участвовал в переговорах. Предлагал новые идеи для ландшафта и обновления ассортимента на прилавках, которые могли значительно увеличить прибыль. Активности и пыла хватало и на то чтобы вствлять свои пять копеек и в беседу других игроков. Но уже ближе к середине собрания, более активная жестикуляция и бегающий взгляд выдавали его волнение, как и нервное подёргивание ногой, которое было списано на напряжение, стоявшее в помещении, и усталость от его извечного трудоголизма и переработок. — Ну это же КлешРейк, мало ли что сейчас у него там в голове творится? — отшучивался Хайди, в очередной раз доливая себе в кружку чай и предлагая сидящему напротив Клайду. ***   Дверь захлопнулась за последним уходящим, а отдаляющиеся шаги со временем окончательно перестали отскакивать от бамбуковых стен зала. Стоило последним звукам стихнуть, как Рейк мгновенно меняется в лице, выпрямляясь. Лишь характерная складка, появившаяся меж бровей, выдаёт появившееся раздражение. — Ну и на кой чёр'т ты сюда пр'ипёр'ся? — даже голову не поворачивает, но руку наножны опирает. Он ещё давно уловил периферийным зрением промелькнувший силуэта меж досок, но не стал никак реагировать, дабы не привлечь лишнего внимания. Всё равно знает кто пожаловал в такое время. — Воу-воу, ну чего ты так сразу завёлся, сладенький? – в наиграном удивлении поднимает руки, валяжной походкой выбирается из пут тени, озаряемый светом тусклой лампы. — Уже и в гости к тебе нельзя наве-... Резкий разворот, звучный лязг метала, и лезвие катаны холодит шею и нервы парня, царапая кадык — Я дважды повтор'ять не буду. Что. Тебе. Нужно. Рейк показушно кривит лицо в отвращении, взглядом сверлит насковь, но смотрит прямо в глаза. Он не собирается вновь поддаваться на эти дешёвые провокации, а уж тем более участвовать в этих "играх". Они с Веназаром и так были в довольно натянутых отношениях продолжительное время, но в моменты когда он начинал вести себя так - Клеш его на дух не переносил. — Пфф, ну неинтересно с тобой Клешик. Весь настрой мне тут убил. — По делу говор'и, иначе следующий на очереди ты — оружие держит крепко, а на подкорке сознание так и вертится настойчиво желание вдавить острый наконечник поглубже. Краем глаза всё же замечает изменившийся прикид, с привычной белой рубашки и жилетки, на чёрный костюм, с редкими жёлтыми вставками. — Ладно-ладно! По делу я пришёл, по-де-лу. Ты только катану свою убери, пожалуйста... — просьбу нехотя выполняют, но всё так же выжидающе смотрят. Веник рукой волосы нервно поправляет — мне тут просто одна механическая птичка кое-что сегодня нашептала на ушко. Кое-что очень и очень интересное. — И? В пр'ошлый р'аз ты мне так же говор'ил, а потом это твоё "очень интер'есное" было то как Зак пр'и виде кр'ысы в вашей пещере, чуть ли не на потолок залез, пока Диамкей от смеха по полу валялся. — Между прочим очень даже интересно! Только не ври что тебе не хотелось послушать про ваших бывших сокланников. Но всё равно, в этот раз всё серьёзно — руки на бок ставит, будто красуется новым прикидом — даже из бывших ферм Ордена пришлось шерсти натаскать. — Ты тут на комплименты что ли напрашиватся пришёл? — А может и так? — обходит Клеша непринуждённо, садясь на одну из подушек у стола переговоров — Во всяком случае, мне кажется что тебе было бы полезно послушать о намечающихся планах Теней. — А если нет? — А если нет, то разрешаю делать со мной всё что хочешь — видя его скептицизм, добавляет, улыбаясь — но не думаю что до такого сегодня дойдёт — Да выкладывай уже, я не собираюсь тут торчать с тобой до завтра! — подходит ближе, смотрит сверху вниз, а рука так и чешется за рукоядь схватить. — Неее, не так быстро. Такая ценная информация не мало стоит, знаешь ли? А как мне давным давно посоветовал один хороший друг "Сначало оплата, потом товар" — говорит медленно, слова растягивает, будто время тянет. Руки сзади подставил, голову задумчиво приподнял — три поцелуя и вся нужная информация во всех подробностях! У Клеша в моменте аш челюсть отвисла. Честно? Он ожидал чего то подобного, это же Веназар! Но надеялся отделаться менее позорой просьбой, либо очередной вундервафле с его склада. Смотрит на него, остатками надежды ждёт как тот засмеется, подстебнёт его, мол, "хаха, повёлся".

Но увы, не в этот раз.

А Веназар, сидит довольный на полу, губки выжидающе в трубочку сложил и совершенно невинно густыми ресничками хлопает. На контрасте с общей ситуацией выглядит ещё более абсурдно. — Ты совсем сдур'ел что ли!? — когда первичный шок проходит, давится воздухом, слегка промагиваясь. — Ну а что? Сам прекрасно знаешь что алмазы и прочие побрякушки меня не особо интересуют. Всё что мне надо, у меня есть - хлеб, вода и кров над головой. Такую прекрасную возможность упускать не сильно хочется, тем более что не в первый раз же уже, да, Клешик? — Я тебя однажды лично задушу, и будешь потом кор'мить чер'вей на клумбе Лабуса. — закрывает, быть точнее, жмурит до цветных кругов, глаза, мысленно считает до трёх, а затем выдыхает — а если мне эта инфор'мация к чер'тям не сдалась? Или ты снова какую нибудь ер'есь начнёшь нести? Как я тебе вообще могу вер'ить? — Ну чего же ты как не родной? Да и сам подумай, стал бы я по пустякам врыватся прямиком "в логово к врагу", так ещё и на собрание,где меня запросто могут схватить, и это всё "из-за какой то ерунды"? Уж прости, но собирать в вашем подвале пыль, у меня в планах не было. — Если там р'еально какая то дур'ь, то потом сдам тебя на пожизненно в рабство к Ники в кафе — подходит ближе, руку на плече сжимает, нависает угрожающе — понял? — Ну понял я понял, не кипишуй — улыбается, и от довольства словно светится. Руки вокруг шеи обвивает, виснет на нём, прям как девчонка влюблённая. — Одно непр'авильное действие и я отгр' ызу твой длинный язык. — Понял, принял. Клеш глаза жмурит, пытается унять свой пыл, и назойливое желание врезать по чужому лицу. Тешит себя мыслью что могло быть и хуже. Не хочет признавать что тремор в руках отнюдь не из-за ненависти. Чувствует, как горячее дыхание напротив его губы обжигает, да теплом делятся. Целуется Веник всегда медленно, удовольствие растягивает мягко, дразняще. Языком по губам проходится, задевая мелкие ранки. Отдаётся чувствам без остатка, заставляя голову кружить, а разум плавится. По дёснам водит, иногда касаясь чужого языка. Всегда так нежно и любовно, и будто сам на себя не похож. Порой ему кажется что Веназар чёртов инкуб. Иначе он никак не может объяснить почему он из раза в раз ведётся на все его уловки, не в силах отказать. Тянет, завлекает на себя, и якобы случайно, роняет Клеша к себе на колени, разрывая поцелуй. А глаза при этом хитринкой поблёсткивают, в голубизне очей топят, лишая возможности дышать. — Ты же в кур'се что у нас на двер' ях нет защёлки и сейчас сюда может кто-то зайти? — Знаю я прекрасно о ваших извращенных замашках. Если кто то зайдёт, разрешаю меня взять в заложники — лыбу давит, чуть ли не до ушей. Видно по нему, гаду, как же ему вся эта ситуация нравится. Большим пальцем по скуле ведёт, на нижнюю губу перебирается, надавливает. Терпение испытывает, приближается не позволительно близко к губам — с тебя ещё два. Тут уже Клеш сам рвётся вперёд, сжимая руки на чужом воротнике, тянет, будто сорвать хочет. Жалеет, что на нём нет галстука, дабы нормально притянуть к себе. Столько эмоций разом накатывает, что от них деваться некуда. Чем быстрее закончит, тем быстрее вышвырнет его отсюда за шкирку. Впивается резко, грубо, губу прикусывает, оттягивают, ощутимо наваливаясь на тело снизу. Одной рукой на затылок переходит, пальцами в волосы зарывается. Язык проталкивает глубоко, до самой глотки, будто и в правду задушить хочет. Проходится по всем забытым места вновь. Отстранится не даёт, по нёбу кончиком водит настойчиво, трёт, а затем вновь с чужим переплетает. От таких действий голову кружит и застелает дымкой, разум туманит, а в конечностях тягучим мёдом оседает приятная усталость. Настолько хорошо, что глаза закатываются под закрытыми, разум мажет волной наслаждения, а руки обнимают и притягивают ближе. В моменте Рейк так же резко отстраняется, жадно вдыхая кислород в горящие лёгкте. По подбородоку стекает слюна. Мокро. Жарко. Хорошо. —Два — произносит почти победно, когда видит потеряность и смущение на чужом лице. Веназар зрение восстановить пытается, дышит рвано, языком по горящим губам проходится. Смотрят в глаза друг другу, у одного рой мыслей в голове, а у второго до сих пор белый шум в ушах стоит. Рейк приближается ещё раз, целует невесомо, легко, без дополнительных движений. Отстраняется, поднимается с чужих колен. — Три — Стряхивает с себя пыль, поправляет одежду. Демонстративно вытирается рукавом, и как ни в чём ни бывало, приглаживает волосы. Веназара тянет под локоть на себя, призыва встать. Отходит к столику, дабы глотнуть остывшего чая и прочистить горло. Разворачивается и смотрит на то как себя в порядок приводит его злотовласка, хмыкая про себя от подобной мысли. На лице спокойствие, но предательски выдают их припухшие губы, и горящий румянец. Опомнился лишь когда заметил как бывший краснозвездеец, довольный как кот, аккуратно поправив волосы, собираясь уже уходить — Так, а ну стоять. Теперь свою часть договора выполняй. — Ах, точно... — театрально всплёскивает руками, и как будто вспомнить что-то пытается — мы вам минут так через... двадцать торговый район подорвём Иерихоном. Так что скоро снова встретимся, сладенький! — отправляет воздушный поцелуй, скрываясь обратно в объятиях тени — Что нахуй!? Видели наебку для уебка?