✨Хороший финал✨

Прошло уже несколько дней, но для Ло это ощущалось как целая вечность. Эграссель, всё ещё без сознания, лежал на матрасе, погруженный в глубокий сон, граничащий с небытием. Ло, как и сказал, не отходил от него ни на шаг, его присутствие было постоянным, непрерывным, как биение его собственного сердца, которое отдавалось в висках учащенным ритмом. Он ждал, затаив дыхание, каждую секунду, каждый миг, когда же Эграсса наконец-то проснётся! В душе Ло бушевала эмоциональный штром. Страх, подобно холодному лезвию, пронзал его сердце, заставляя кровь стынуть в жилах. Ло боялся, что в любой момент, если хотя бы на секунду закроет глаза, то может проснуться в своей недостройке в сонном измерении, осознав, что всё происходящее – лишь сладко-кошмарный сон... Злая насмешка судьбы, что решила подкинуть ему капельку спокойствия, а потом врезать по сильнее в самую душу, чтобы добить его окончательно!!! Отмотать всё назад, где они ещё не смогли одержать победу и его друг по-прежнему страдает в том особняке, запертый в темнице отчаяния. Ло до сих пор трудно поверить в то что всё плохое уже закончилось. Эта мысль, словно короед, копошилась у него в голове, проделывая непонятные, замысловатые и несвязные между собой ходы. Она не давала ему покоя, лишая надежды. Он цеплялся за малейшую возможность, за каждое слабое шевеление Эграсселя во сне. Ло готов был отдать все, что угодно, лишь бы увидеть, как его друг снова откроет глаза, лишь бы услышать его голос. Мысль о том, что Эграссель может и не проснуться была невыносимой. Она терзала его душу, превращая каждый день в мучения. Ло не мог допустить этого. Он должен был быть рядом, должен был держать его за руку, должен был быть опорой для Эграсселя. — Он должен знать, что я рядом, что я никуда не уйду, что я буду ждать его, сколько потребуется – тихо произнес Ло, его голос срывался от переполнявших его чувств. Он смотрел на лицо Эграсселя, измученное и беззащитное, и в его глазах читалась смесь глубокой грусти и вины... но ведь сам Лололошка ни в чём не виноват, тогда откуда это чувство? А может это и не вина вовсе? Может это называется как-то по другому? Такое чувство у которого нет названия... или его просто не знал сам Лололошка? Вот вроде бы и вспомнил всё, но почему-то кажется что он всё таки что-то упустил. Как же это всё сложно. Друзья, видя его, изможденное бессонницей, состояние, пытались уговорить Ло хоть немного отдохнуть. Они предлагали сменить его у постели Эграсселя, заботливо напоминая о его собственном здоровье, у него уже круги под глазами появились! Но Ло лишь отрицательно качал головой. Он не мог позволить себе отвлечься, даже на мгновение. Сон, как и пища, казался ему предательством, слабостью, которая могла стоить ему всего этого счастья. — Ло, если твоему другу нужны какие-нибудь особые травы или ягоды, то я хоть на вершину самой высокой горы готов взобраться! Ты только скажи! – тихо, но проникновенно предложил Альфред, осторожно присаживаясь рядом с Ло и мягко похлопывая его по плечу, пытаясь хоть как-то поддержать. В его глазах читалась искренняя забота и желание помочь. Ло, слабо улыбнулся ему в ответ. Он был тронут таким проявлением поддержки. — Спасибо, Альфред! Я очень благодарен тебе за твою готовность помочь. Но сейчас, к счастью, ничего такого не нужно. У нас есть всё необходимое. Я обязательно скажу тебе, если что-то из этого закончится. – Его голос звучал тихо, в нем слышалась грусть, но и нотка благодарности. Альфред, не зная, что еще сказать, кивнул. — Ааа, ну ладно... Тогда, пойду помогу Беренгарию с приготовлением лекарств для выживших. Ты зови, если что, даже если просто захочешь поговорить! – Пожав плечами, он, неловко похлопав Ло по плечу на прощание, вышел из госпиталя.

***

И вот, спустя несколько долгих, мучительных дней, свершилось чудо! Эграссель. Проснулся. Ло едва ли верил собственным глазам. Он увидел, как веки друга медленно дрогнули, а затем приоткрылись, являя миру знакомый, но такой изменившийся взгляд изумрудных глаз. В этот миг, когда их взгляды встретились, все слова, которые копил в себе Ло, слова, которые он репетировал в своем сознании дни напролет, словно испарились, растворились в воздухе, уступив место ошеломляющему, всепоглощающему облегчению. Сейчас, в этот священный миг, он мог лишь смотреть на Эграсселя, утопая в безграничной радости и несказанном облегчении. Всё остальное было неважно. Важно было лишь то, что он здесь, что он жив и он снова с ним. Слезы хлынули из его глаз с новой силой, заливая щеки и подбородок. Ло больше не пытался сдерживать эмоции, позволяя им захлестнуть себя целиком. Он подвинулся поближе к Эграссе и обнял его так крепко, как только мог. Это было объятие, в котором сплелись воедино отчаяние и радость. Объятие, в котором отразилась вся тяжесть его тревог, наконец-то рассеявшаяся, словно утренний туман. — Ты очнулся! – всхлипывал он, его голос дрожал от волнения, а в каждом слове звучала смесь облегчения, любви и нежности. Он продолжал обнимать Эграсселя, не в силах отпустить, наслаждаясь каждым мгновением, каждой секундой этого невероятного возвращения. В этот момент Эграсса попытался приподняться и Ло почувствовал, как его сердце, до этого бешено колотившееся, замерло в груди. Он слишком боится, что что-то пойдет не так. — Ло... Я... – хриплый, прерывистый голос Эграсселя, казалось, пробивался сквозь толщу боли и слабости. — Ччшшш — прошептал Ло, всё ещё обнимая его и сжимая его руку в своей. — Лежи. Отдыхай. Я здесь. Я всегда буду с тобой. Теперь всё будет хорошо. – Его голос звучал тихо, ласково, словно колыбельная, призванная успокоить и уберечь. Он вкладывал в эти слова всю свою дружескую любовь, всю свою преданность, всего себя! — С добрым утром, чудо ты моё сонное! – с радостью произнёс Ло зарывшись одной рукой в конпу волос Эграсселя. Слов больше не было. Все чувства, накопившиеся за долгие миллиарды лет ожидания, обрушились на Эграсселя словно цунами и он, не в силах сдержать слёзы, тоже обнял Ло. Теперь, когда друг снова был рядом, Ло чувствовал, что они смогут справиться с любыми испытаниями, которые ждут впереди. Их связь стала лишь сильнее, и теперь, когда они вновь были вместе, они были готовы идти вперёд, несмотря на все трудности.