✨Хороший финал✨

На следующий день, они вновь встретились на том же месте, где расстались недавно. — Ну, как ты ? – осторожно спросил Ло. Он видел в его глазах усталость, даже сквозь стёкла солнцезащитных очков. Что уш говорить, у Джона всё на лице было написано, хоть он и пытался выглядеть как обычно. — Нормально. – голос Джона звучал ровно, почти монотонно, будто заранее заготовленно. Ло вздохнул, понимая, что тот не готов говорить об этом. — Я просто волнуюсь за тебя – немного тише сказал Ло. В этот момент к ним подошел Вальд, его появление оказалось как нельзя кстати. Его оптимизм всегда был заразителен, и сейчас он мог хоть немного разрядить обстановку. — Доброе утро! – приветливо воскликнул Вальд, обращаясь к Ло и Джону, стараясь поднять им настроение своим бодрым видом. Его лицо сияло, словно он только что встретил новый день. — Доброе утро, Вальд! – тут же отозвался Ло, приветствуя друга. Вальд перевел взгляд на Джона. — Джон, как себя чувствуешь? – спросил он, с искренним интересом. — Мне уже лучше, чем вчера. – На выдохе произнёс Джон. Врать не хотелось. В его голосе звучали нотки раздражение, но где-то в глубине души, ему даже было приятно, что о нём вот так просто кто-то заботится. Проблема была в том, что Джон не хотел снова к кому-то привязываться. — Ладно... Думаю, нам не стоит стоять посреди улицы. – сказал Вальд, стараясь перевести разговор в более позитивное русло. — Предлагаю прямо сейчас пойти к Эграссе, как мы и договаривались. Не тратя больше времени на пустые разговоры, они незамедлительно направились к дому Эграсселя. Ло и Вальд надеялись, что тот сможет помочь Джону разобраться в сложившейся ситуации, найти ответы на его вопросы и хоть немного облегчить его нелёгкое состояние. Они нашли Эграсселя в его рабочем кабинете. Большой, массивный стол был завален древними свитками, пергаментами и документами Архея. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь высокое окно. Эграссель, сидя за столом, был полностью погружен в документацию. — Приветствую вас, братья! – воскликнул Эграссель, поднимая глаза от работы и откладывая в сторону перо. Его голос звучал тепло и гостеприимно. — Что привело вас ко мне в этот прекрасный день? Джон, украдкой посмотрел на Лололошку и Вальдхара, они оба кивнули ему, поддерживая без слов, как будто говоря: "- Мы с тобой!" – Их улыбки хоть и раздражители, но всё равно придавали ему немного уверенности. " - Сейчас наконец-то всё выскажу, как есть. Всё, что копилось всю мою жизнь. Даже, как-то не верится в это..." – пронеслось у него в голове. Подойдя ближе к столу и собравшись с силами, он начал свой рассказ. — Эграссель, – голос Джона дрогнул от волнения — Я… я очень долгое время копил все эти мысли в себе, но... Я уже устал притворяться, что со мной всё в порядке. – в его голосе слышалось отчаянное волнение, но он старался говорить спокойно, последовательно, как если бы пытался собрать разбросанные осколки разбитого зеркала, чтобы увидеть в них отражение, если не себя настоящего, то хотя бы того что от него осталось, того что он скрывал за всеми этими масками безразличия и высокомерия. — Всё началось с того что, я в своей реальности начал слышать голос "Начала"... – Он запнулся, словно каждое слово, вырванное из его груди, заставляло его вновь переживать всё это заново. Джон излил свои страхи, свои неуверенности, свои самые сокровенные мысли, те, которые он так долго хранил в себе, боясь показаться слабым, боясь осуждения, боясь… самого себя. — Я понял… – голос Джона дрогнул, в нем слышались нотки горечи, разочарования и… предательства. — что нужен был ей лишь для того чтобы привести Лололошку в Архей. Она не могла связаться с ним, а так как я его альтернативная версия, она связалась со мной... Ей нужен был не Джон Дейви Харрис, ей нужен был Лололошка... Первый изначальный Лололошка! – Его голос дрогнул, в нем слышались нотки горечи и разочарования. — Если бы его друзья тогда не заставили меня возвращать его из моей реальности и я бы пришел в Архей один, без него, то ничего бы не получилось. Зная как я раньше со всеми разговаривал, я бы уже со всеми успел перессориться и... Я бы сейчас не стоял здесь, перед тобой. — В порыве своего рассказа, он не утаил ни единой детали, выкладывая всё, без прикрашевания, без недосказанностей. Здесь, в этом кабинете, не было места фальши, здесь было место лишь правде, горькой, неприглядной и жутко болезненной. Было видно, как тяжело Джону дается этот рассказ, как он борется с собой, чтобы выдержать этот натиск пережитых событий. Эграссель внимательно слушал Джона. Он не перебивал, не задавал вопросов, позволяя ему выговориться, выплеснуть наружу всю боль, все скрытые когда-то эмоции. Он лишь изредка кивал, еле заметно, словно подтверждая, что он слышит каждое сказанное слово, выражая своё понимание и поддержку. Его глаза, полные сострадания, внимательно следили за Джоном, за его эмоциями, за его жестами, за всем. Эграссель видел, как меняется его лицо, как дрожат его губы, как сжимаются его кулаки. Он видел боль в его глазах, слышал дрожь в его голосе, чувствовал его отчаяние. Эграссель был готов помочь ему найти выход из этого тёмного и непроглядного лабиринта разума, в который Джон сам себя и заточил. – После того как я узнал, что Первым всегда был Лололошка, а мне таким никогда не стать, я начал сомневаться во всём! Во всём, что я когда-либо знал. В себе… в своих силах… – голос Джона сорвался окончательно, и он опустил голову, не в силах больше смотреть в глаза Эграсселю, словно боялся увидеть в них осуждение, или, что было еще хуже, жалость. — Я просто хотел найти ответы... но я и предположить не мог, что правда окажется такой... Я потерял всё, чем когда-то жил... Я больше не знаю, что мне делать и куда теперь идти, ведь меня нигде и никто не ждёт... Когда Джон закончил, в кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь его прерывистым дыханием. Он застыл, будто ожидая приговора. Ожидая, что Эграссель скажет ему что-то, что подтвердит его самые худшие опасения. Но вместо этого Эграссель, задумавшись на минуту, начал говорить совершенно другое. Его голос был мягким, но в то же время твердым, как будто он пытался найти нужные слова: – Понимаешь, Джон, Начало – это бессмертное существо, которое в силу своей междумирской природы не имеете представления о чувствах живых существ. Она мыслит категориями целей и для их достижения она готово использовать любые средства. Для неё важен лишь результат, а не то, что происходит с теми, кто так или иначе участвует в её планах. Я понимаю, что её слова причинили тебе невыносимую боль, заставив усомниться во всём, что ты когда-либо считал важным. Я понимаю, что мои слова не смогут мгновенно исцелить твою душу. Но... – Эграссель сделал паузу, его глаза наполнились сочувствием. — Я не считаю также как она! Я вижу тебя иначе! – сказав эти слова, Эграссель встал из-за стола и подошёл к Джону. — Джон, ты не посредственность и не копия. Ты - совершенно другой человек! Со своим неповторимым внутренним миром. У тебя свой характер, сформировавшийся под влиянием твоей жизни, твоего опыта, твоих решений, взлетов и падений, ошибок и побед. – Эграссель говорил мягко, стараясь подобрать слова, которые помогли бы Джону увидеть себя таким, какой он есть на самом деле. — У тебя свои мысли, свои собственные взгляды на мир, которые ты обдумывал, которые ты выстраивал. Ты сформировал свою систему ценностей, которой ты продолжаешь следовать... Именно это делает тебя тем, кто ты есть. Они делают тебя - тобой! – Эграссель слегка улыбнулся, пытаясь придать своим словам больше тепла и убедительности. — И с твоей искрой… – кладя одну руку на плечо Джона, а вторую на солнечное сплетение. — тоже всё в полном порядке! – Его голос был спокойным, но в то же время наполненным уверенностью. Джон, был поражен... от услышанного, от того с какой уверенностью всё это было сказано и,.. от прикосновения... казалось, что сейчас Эграссель прикоснулся к самой его искре. Джон, вздохнул и вздрогнул будто от испуга, на лице отразилось искреннее удивление. — После вашего ритуала ко мне вернулись все мои силы. И тогда, когда мы восстанавливали Архей, я передал тебе столько же сил, что и всем. Ты ничем не хуже, поверь мне, Джон… – Эграссель продолжал, стараясь подбодрить его, помочь ему поверить в себя. — Ты скорее всего уже знаешь, но я скажу ещё раз. Быть "Первым" - это не врождённая особенность, а полученный дар. То что мы первые кто получил искру - это конечно правда, но это скорее просто название нашей команды. И это совсем не значит, что больше никому нельзя стать ещё одним её участником. – Джон с ещё большим удивлением посмотрел на Эграсселя. Он, казалось, не мог поверить в эти слова. Словно боялся, что его сейчас обманывают, что это всё какой-то злой розыгрыш. Но в глазах Эграсселя не было ни тени сомнения, ни капельки фальши, только искренняя поддержка. – Стать… участником? – тихо, почти шепотом, переспросил Джон, его голос дрожал от нахлынувших эмоций. Его разум отчаянно пытался осознать то, что сейчас происходит. – Конечно, почему нет? – Радость в голосе Эграсселя была искренней и заразительной. Он словно сам почувствовал облегчение, видя, как меняется Джон, как к нему возвращается вера в себя. – Ты говорил, что у тебя и маска своя тоже есть, верно? – Эграссель решил немного разрядить обстановку, переходя к более практическим вопросам. — Да, есть. – Джон ответил ровным голосом, но всё ещё не до конца верил в происходящее. — Отлично! – Эграссель хлопнул в ладоши, его глаза сияли, отражая искренний восторг. Он был рад, что все наконец-то налаживается. — Значит, осталось сделать тебе только костюм! Нужно будет снять мерки, чтобы ты в нём чувствовал себя комфортно и уверенно Он словно отбросил все тяготы и сомнения, охватившие Джона, и уже начал планировать будущее, в котором они будут работать вместе. — Твои новые обязанности мы подробно объясним на следующем собрании, а также составим для тебя индивидуальное расписание тренировок. – Эграссель говорил быстро, его энтузиазм переполнял его, и он не мог скрыть своей радости. А Джон... он просто замер, боясь даже немного пошевелиться. Такого он никак не ожидал услышать. Все эти слова... Все эти возможности, которые сейчас перед ним открылись... Это всё казалось ему как до жути нереалистичным. Тёмные очки немного сползли, открывая вид на его широко раскрытые, удивлённые глаза. "- То есть как? Всё вот так просто?" – промелькнула мысль у него в голове. Он не мог поверить, что его жизнь вот так, в одно мгновение может измениться. Джон слушал Эграсселя, словно завороженный, впитывая каждое слово. Он чувствовал искренность в голосе, теплоту и неподдельный интерес к нему, к его знаниям, к его идеям. Это было не то, что он привык слышать в свой адрес, но это было то, что ему было так необходимо. И это ощущение, это понимание, вызывало в нём одновременно восторг и трепет, заставляя его сердце биться чаще. И это, пожалуй, было самым удивительным открытием этого дня. — И, кстати! – Эграссель, не давая Джону опомниться от предыдущей порции новостей, неожиданно перешёл к следующему пункту. — Так как ты занимался изучением вспышки в своей реальности, могу ещё предложить тебе работать в нашем исследовательском центре! Тебе предоставят большую лабораторию со всем необходимым оборудованием и поделятся своими наработками! Свежий взгляд и новые идеи – это прекрасно! Уверен, у тебя накопилось множество интересных идей, которые мы сможем реализовать вместе! – Эграссель практически протараторил эти слова, казалось бы, даже светясь от радости. Он был искренне рад за Джона, видел его потенциал, его пытливый ум, и хотел, чтобы тот реализовал его в полной мере. Он верил в его способности, знал, что вместе они смогут добиться невероятных результатов. – Спасибо... Я, честно говоря, не ожидал услышать чего-то подобного... – Джон, хоть и пытался говорить как обычно, но из-за волнения, это не то чтобы получалось. Его голос дрожал, а слова путались. — Не в том смысле, что мне что-то не нравится, мне всё нравится! – Джон выдохнул и продолжил говорить более спокойным голосом. — Но, привыкать к новому образу жизни, менять свои паттерны поведения, мне наверно, долго придётся. – наконец признался Джон, осознавая, насколько кардинально изменится его жизнь. Он уже не сможет жить по-старому, ему придется меняться, учиться заново выражать свои настоящие эмоции. Это было одновременно и пугающе, и в то же время вызывало невероятный восторг. — Ничего страшного, я никуда тебя не тороплю! – ответил Эграссель, мягко улыбаясь, его глаза выражали понимание и поддержку. Он понимал, что Джону нужно время, чтобы привыкнуть к этим переменам. Джон кивнул, немного успокоившись. Он все еще чувствовал себя неуверенно, но слова Эграсселя, его понимание, вселяли в него надежду. Он сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. — А я раньше думал, что изучил уже всё, что только возможно – сказал Джон, слегка улыбнувшись, в его глазах блеснул огонёк любопытства. — Значит, пора изучать всё, что невозможно! – восторженно воскликнул Эграссель. — Звучит неплохо! – согласился с ним Джон, его голос звучал ещё увереннее чем раньше. Он больше не сомневался, а чувствовал прилив сил и готовность к новым свершениям. Его глаза блестели, а на губах играла едва заметная улыбка. Он чувствовал, что наконец-то нашел свое место, что теперь он не одинок в этой огромной мультивселенной, что его знания и способности будут востребованы и теперь он сможет работать в команде. — Я с радостью приму это предложение! – сказал Джон, подчеркивая свою решительность и готовность к сотрудничеству. Это было больше, чем просто согласие, это был его новый девиз, его новый жизненный принцип.