Destroy

      Минхо любит погрубее. Любит сладкую боль, любит чувствовать себя слабым в сильных руках. Но только в одних конкретных руках. Он не доверчивый, он даст в нос любому, кто сделает ему плохо. Но Джисон не делает плохо, даже если делает больно, например, хватая за волосы на макушке и оттягивая назад.       Джисон сам по себе очень ласковый и нежный. Он не заигрывается, когда ведёт себя грубо. Он остановится в любой момент, если Минхо захочет. Только Минхо не хочет.       Он сладко стонет, когда Джисон вжимает его в стену лицом, и переминается с носочка на носочек, чувствуя его руку у себя на заднице. На нём короткие шорты, которые летят вниз, оседая в районе щиколоток, и длинная футболка, которую Джисон задирает, обнимая поперёк талии.       Минхо вжимается в холодную стену щекой, сжимает подрагивающие пальцы в кулаки и кусает губы, чтобы не хныкать.       Джисон оттягивает половинку его попы, открывая себе вид на блестящую игрушку, торчащую из дырочки, и тянет за основание, вытаскивая наполовину, чтобы резко толкнуть её обратно. Он проделывает это несколько раз, пока не слышит нежные поскуливания, и вынимает баттплаг полностью.       Минхо сжимается. Смазка щекотно и очень пошло выливается из его растянутой дырочки, стекая по внутренней стороне бёдер. Джисон собирает её по коже и засовывает обратно вместе с пальцами.       Минхо рефлекторно тянется за его пальцами, когда Джисон их вынимает, и выпячивает задницу. Ощущать пустоту внутри оказывается так неприятно.       — Как нетерпеливо, Ли Минхо, — осуждающе шепчет Джисон ему на ухо и сжимает одной рукой ягодицу, шлёпая второй по раскрытой дырке.       Минхо вздрагивает, проглатывая стон.       — Пожалуйста, Джисони...       Джисон шлёпает его снова, но уже по ляжке, и Минхо закусывает губу, рискуя прокусить её насквозь.       Джисон приспускает штаны и влажной от смазки рукой проходится по члену, приставляя головку к подготовленному отверстию. Он толкается сразу на всю длину, вызывая скромный всхлип, и, хватая Минхо за тазовые косточки, начинает быстро двигаться.       Минхо не успевает стонать, сжимая пальцы в кулаки ещё крепче. Он выгибается, пытается подмахивать бёдрами, но бессмысленно.       Джисон отстраняется так же резко. Спустя минуту жёсткой долбёжки вынимает член полностью, оставляя Минхо буквально ни с чем.       Он хнычет, пытается найти дырочкой член и насадиться самостоятельно, но Джисон не позволяет. Прикладывает ладонь к пульсирующему отверстию и нежно гладит подушечками пальцев края сжимающегося колечка, даже на миллиметр не проникая внутрь.       Минхо недовольно поскуливает, ёрзает, потираясь о стену грудью, а как только успокаивается, снова получает член в жадную дырочку.       Джисон проникает быстро и глубоко, сокращая амплитуду движений до минимума, а толчки учащая до максимума. Он двигается так правильно, каждый раз задевая комок нервов внутри. Он больно сжимает талию, оставляя на коже бледные следы. Он отстраняется в тот момент, когда у Минхо перед глазами начинают вырисовываться звёздочки.       — Нет-нет-нет, — ноет он, чувствуя, как член выскальзывает из него за мгновение до оргазма.       — Тише, котёночек, — успокаивающе шепчет Джисон, целуя его в открытую шею. Он трётся носом о загривок, зарывается лицом в отросшие волосы и нежно гладит Минхо по вздымающейся груди под футболкой.       — Сони, я не могу больше, — всхлипывает он, судорожно вдыхая. — Пожалуйста, я-а-ащ!       Джисон больно кусает его в плечо, заставляя замолчать. Он сам решит, когда Минхо не сможет больше.       Он опять толкается в мокрую дырку, но в этот раз медленно покачивает бёдрами, вынимая член полностью и проникая обратно до характерного шлепка.       Минхо невнятно мяукает, что-то просит. Джисон вплетает пальцы в его волосы и больно оттягивает прядки, размеренно учащая толчки. Он сжимает его плечо, начиная трахать быстрее и жёстче, а затем соскальзывает ладонью по руке, замирая внутри.       Джисон видит влажные дорожки на его лице и целует в мокрую щёчку, удовлетворённо улыбаясь. Что-что, а эти нежные слёзы он хотел бы видеть на его лице каждый раз, когда Минхо прогибается под ним.       Джисон делает шаг назад, утягивая бёдра Минхо за собой для удобства. Он всё ещё протирает щекой стену, но уже не касается стены грудью.       Джисон снова проникает в его хлюпающую дырочку членом и увеличивает темп на максимум, толкаясь грубо и резко. Он мягко тянет Минхо за волосы, когда замечает, что тот случайно ударяется головой о стену, и подкладывает ему под щеку ладонь, не прекращая двигаться.       Минхо вкусно скулит, глотая слёзы, и напрягается всем телом, без касаний кончая на бедные обои и немного на шорты, болтающиеся в ногах. Он дрожит, его колени подгибаются, но Джисон придерживает его за талию одной рукой, а второй давит на шею, заставляя прижаться спиной к своей груди.       Джисон отпускает его, когда Минхо сам пытается отстраниться, не выдерживая сверхстимуляцию, и обвивает член ладонью, доводя себя до пика рукой. Ему нужно немного, чтобы кончить, но это немного слишком после стольких попыток сдержаться.       Минхо поворачивается к нему лицом, облокачиваясь на стену за спиной, и обвивает подрагивающими пальчиками щёки Джисона, притягивая его к себе для поцелуя.       — Всё же в порядке, котёнок? — спрашивает Джисон ему в губы.       — Мгм, — Минхо обнимает его за шею, укладывая голову на плечо. — Совсем классно.       — Уверен? Твои мольбы были убедительными.       — Оно само, понимаешь? Честно.       — Понимаю. Мне тоже хотелось тебя умолять.       — О чём? — удивляется Минхо, поднимая глаза.       — Не знаю. Но умолять хотелось.       Минхо нежно смеётся ему в шею и целует в пульсирующую венку.       — Обожаю тебя.