Страсть к курению

Месяц. Второй, третий. Сколько он здесь провёл, один чёрт знает, календарь он сжёг ещё в самом начале своего заключения в эту тюрьму. Тюрьму под названием псих больница. Здесь абсолютно нечего делать. Продумывать план побега он перестал, ему хватило последствий от первой попытки. Первой и последней. Больше сопротивляться своему положению он не стал. Возможно, это влияние лекарств, которые ему насильно вводили в вену, прознав про его привычку их выплёвывать, но он перестал сопротивляться и принимал всё, чтобы с ним не делали. Скучно. Неимоверно скучно. Всё происходящее циклично, изо дня в день, одно и то же. Лекарства, еда, радио и сигареты. О да, сигареты. Единственное наслаждение в этих стенах. Достать их было не сложно, достаточно обладать хоть малейшим обаянием. А огонька предлагал весь персонал, смирившись видимо и забив на вред табака. Том никогда раньше не курил, но здесь он скуривал по пачке в неделю. Ему нравилось вдыхать сигаретный дым, смотреть как осыпается из неё пепел, обжигать руки, не успев потушить. Курил он постоянно: Просыпаясь, он курил. Сидя в общем зале, курил. Заполняя дневник, курил. Курил на прогулках и на приёмах у психолога. В эти дни, среду и субботу, табак помогал не болтать лишнего и не чувствовать ничего, рассказывая о своём детстве. Никто не должен усомниться в его стабильном состоянии. Стоит проебаться хоть в малейшем слове и доверие уже не вернёшь. А заработать его у врачихи, которая напрямую связана с его побегом, было крайне не просто. Порой он думал о том, как долго протянет и курил ещё больше, чтобы сдохнуть, а потом неделями ходил с ужасным кашлем, но будто это его остановит. Голос со временем стал грубее, появилась лёгкая хриплость, а сигарета стала частью его руки. Он курил, курил, курил, не замечая ничего вокруг себя. Дым жёг глаза, он задыхался, но курил. Чтобы не чувствовать ничего, чтобы забыть где он и кто он. Чтобы заткнуть этот ебаный голос в своей голове. Он начал есть, забив на возможно подсыпанные в еду лекарства. Сегодня он чудесно пообедал и закурил, едва оказавшись на крыльце психушки. Дождь постепенно затапливал лужайку для прогулок. Брызгал в лицо Тома. Он морщился и уворачивался от капель, боясь что сигарета погаснет. Знать бы сколько времени он простоял,( часов в больнице не было) но когда одежда обвисла на нём мокрым мешком, он решил что уже пора к отбою. Но на душе всё равно было тяжело. Давненько он не чувствовал тревогу, а здесь даже табак не помог. Странно всё это, подумал он, и, затянувшись в последний раз, кинул сигарету в ближайшую лужу. Она тихо зашипела и, потухнув, утонула. Он медленно поплёлся в свою палату. Упал на кровать и забылся сном. Следующим утром Том не проснулся. Врачи причину искать не стали. В графе написали короткое: страсть к курению.