Мама сказала — сестра

      Остаток дня, вечер и ночь прошли слишком быстро.       Валентина Викторовна с сыном почти не спали: Сережа ворочался в попытках уснуть, а женщина всю ночь не могла сомкнуть глаз, карауля возле телефона. Ожидаемо, что на утро они были совершенно разбиты, а весточек от Карины так и не появилось.       Утренняя рутина проходила на автомате — Валентина Викторовна сидела на кухне с остывшей чашкой кофе в руках и смотрела в одну точку, Сережа еле выбрался со своей комнаты и сдержал порыв зайти в комнату сестры, когда нахлынули ужасные воспоминания о ее уходе и пропаже.       — Что делать будем? — тихо спросил он, сев напротив мамы, которая от усталости закрыла глаза и покачала головой.       — Я не знаю. В детдоме она точно уже появлялась, документы отдать, а вот где она… Боюсь представить…       — Думаю, она в кафе прячется. Настя еще та партизанка, никогда не сдаст, — решительно ответил подросток. — Сегодня опять пойду туда.       — И что ты сделаешь? — женщина изнурительно выдохнула. — Ты — посетитель. В зале она разговаривать не будет, а в подсобку тебя не пустят.       — Да плевать! — он резко встал из-за стола. — Хоть лагерь там разобью, но просто так она не уйдет от нас! Я с ней дольше здесь был, она не хотела уходить! Только накрутила себе, что нам так будет лучше!       — Сереж, — мама продолжала слишком спокойно, или только так казалось, однако было заметно, что бессонная ночь прошла беспокойно. — С другой стороны ее можно понять.       — Понять? — парень моргнул несколько раз. — Как понять? Она ушла! Просто взяла и ушла! Что тут можно понять?       — Сын, выключай подростковый максимализм, иначе переедешь к папе, — начала она с угроз, чтобы хоть как-то успокоить подростка. К ее ожиданию, подобная формулировка подействовала, и Сережа, покраснев, сел на место. — Так-то лучше. А понять можно в том, что ее жизнь все одиннадцать лет была адом, она поменяла пять семей, постоянно работала, чтобы оплатить долги, которые на нее вешали. Систематически поддавалась насилию, ты знаешь какому именно. А здесь пришла в семью, где от нее ничего не требуют и не ожидают. Вот и случился сбой системы, и психика подсознательно готовится к худшему, а это все воспринимала как затишье перед бурей. Поэтому и решила уйти перед тем, как все испортится само собой.       Серёжа резко выдохнул и провёл рукой по волосам.       — То есть она просто сбежала, потому что ей слишком спокойно стало? — в его голосе снова прорезалось раздражение. — Отлично. Логика железная.       — Нет, не из-за того, что спокойно, — женщина аккуратно его поправила. — А из-за того, что непривычно. Из-за вбитых в голове паттернов все кажется чуждым, и она уверена, что такого отношения к себе не заслужила. То, что нам — норма, ей — дикость, и такое проходит только с психотерапией и нормальным отношением внутри семьи. И возможно она еще и тебя испугалась.       Парень поднял брови в удивлении и чуть отклонился назад.       — Меня??? Ты ничего не путаешь???       Валентина Викторовна выдохнула в слабой улыбке.       — Я знаю, что она тебе нравится. И не только как сестра, — Сережа снова покраснел и закрыл лицо руками. — В записке она намекнула, что и ты ей нравишься. Но она не знает, что с этим всем делать. Понимает, что ничего быть не может, вы — брат и сестра. Вот это и добавилось к психологическому фактору и имеем что имеем.       — Ты думаешь, между нами ничего не получится? — подросток разочарованно поднял взгляд.       — А ты думаешь иначе? Вы — родственники. Хоть и не кровные, но все равно родственники. Пока что у вас сугубо подростковая симпатия, которая с этой ситуацией быстро пройдет. Если мы ее найдем, и она хотя бы согласится с нами дальше общаться, тогда можешь действовать. Но если она решится вернуться, то ни о каких отношениях речи идти не может.       — Вот теперь я и не хочу, чтобы она возвращалась, — раздосадованно добавил он.       — Так сильно нравится? — женщина поджала губы, ухмыляясь.       — Я не собираюсь с тобой обсуждать этот вопрос, — Сережа тут же надулся таким расспросам, чем вызвал смех матери.       — Собираешься, если она все же вернется в семью. Но сначала надо ее найти.       — Тогда ты поедешь в детдом, а я в кафе. И я не собираюсь уходить, пока с ней не поговорю.       Поиски все же не увенчались успехом. Карины не было ни в кафе, ни в детдоме.              Настя совместно со стажерами не пустили парня дальше барной стойки, но когда он начал силой прорываться, то перешли на угрозы вызвать полицию, и, с криками «КАРИНЫ ЗДЕСЬ НЕТ!», вытолкали подростка на улицу.       Следом он погнал к школе, расспросить учителя физики о старой знакомой. Однако на пункте охраны сообщили, что Андрей в школе не появлялся и пока не должен.       Сжав зубы, парень вышел на улицу и тут же набрал маму.       — У меня ничего. Настя говорит, в кафе Карины нет. Физик в школе появляться пока не будет, а данных его у меня нет. У тебя что?       — У меня… — протянула Валентина Викторовна, теряясь в сомнениях стоит ли говорить сыну, что именно она узнала.       Подвезя сына к кафе, она тут же ударила по газам в сторону детдома, где снова встретилась с разочарованными и пустыми взглядами детей и злыми глазами персонала.       — Посмотри, отказалась и снова приезжает, — шептались у нее за спиной, пока она ровной походкой шагала в сторону кабинета директора. — Чем же ей Кариночка не угодила? Чего ей еще не хватает?       Валентина Викторовна на секунду замедлила шаг, но даже не обернулась. Пальцы сжались в кулак так, что побелели костяшки, однако лицо осталось каменным.       Она постучала и, не дожидаясь ответа, вошла.       — Можно?       Тамара Юрьевна подняла взгляд от бумаг, явно не удивившись.       — Заходите. Вы вчера уже были.       — Была, — женщина закрыла за собой дверь. — И буду еще приходить, пока Вы мне не скажете, где Карина. Документы подписаны, значит она точно здесь была. Или есть.       — Почему Вы так переживаете? — безразлично вздохнула директорка. — Вы же сами подписали заявления.       — Я. Ничего. Не. Подписывала, — Валентина Викторовна холодно отрезала каждое слово. — Карина подделала подписи, чтобы… Да что я Вам объясняю! Вы и так все знаете. Просто скажите, где она и я отстану.       — Надо было лучше следить. Вы же знаете жизнь Карины.       — Вам тоже не мешало бы следить за детьми, а не относиться к ним как к куклам, — жестко сказала она, чем заставила директорку сжать зубы от злости.       — Карину сегодня забрали. Временная опека. Пока на неделю.       Слова повисли в воздухе, как пощёчина.       Валентина Викторовна не сразу поняла смысл фразы будто мозг отказался принимать услышанное.       — Что? — тихо переспросила она.       — Временная опека, — ровно повторила Тамара Юрьевна. — На неделю.       На секунду в кабинете повисла тишина.       — ВЫ С УМА СОШЛИ?! — голос сорвался на крик так резко, что даже сама она этого не ожидала. — Вы вообще понимаете, что наделали?! — Валентина Викторовна шагнула к столу, резко и почти угрожающе. — КОМУ вы её отдали?! — ударила ладонью по столу, что стаканы неприятно зазвенели. — КОМУ?!       — Успокойтесь, иначе вызову охрану, — жёстко ответила директорка, напрягшись. — Всё оформлено официально…       — ДА МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ВАШЕ «ОФИЦИАЛЬНО»! — перебила женщина, уже совсем не сдерживаясь. — Вы ребёнка с такой историей за сутки передали каким-то людям?!       — Не «каким-то», — холодно поправила Тамара Юрьевна. — Семья проверенная.       — Проверенная?! — Валентина Викторовна нервно усмехнулась. — У вас здесь все «проверенные», а потом у детей медицинская карта забита историями болезней и травм от этих «проверенных».       — Это временно, — с нажимом сказала директорка. — Через неделю…       — Через неделю будет поздно! — резко перебила она. — Вы хоть понимаете, в каком она состоянии была вчера?! Карина буквально подделала подписи! Ушла из дома на ночь глядя! За день до мы ездили на могилы ее родителей! Вы понятия не имеете, что она чувствовала! И теперь Вы просто без лишних разговоров отдали ее в другую семью???       — Она сама согласилась. Ее спрашивали, — тем же тоном продолжала Тамара Юрьевна.       — На меня она тоже соглашалась. Как и на другие семьи, так как знала, что ее мнение решает ровным счетом ничего!       — Через неделю Карина будет здесь. Приходите и обсудим все.       — Я найду ее раньше, — холодно отрезала Валентина Викторовна. — А Вы потом в суде еще будете отвечать на каком основании приняли подделанные документы и отдали ребенка в другую семью. Всего доброго!       Женщина резко развернулась и вышла с кабинета, громко хлопнув дверью.       Взгляды персонала снова уставились на нее, однако теперь там считывались жалость и тепло — очевидно они слышали весь разговор.       Она выдохнула и быстро пошла к машине, где тут же ответила на звонок сына.       — Ее забрали. Пока на неделю. Больше ничего не знаю. Всю неделю караулишь возле кафе. После работы буду тебя подменять. Все разговоры дома, — проговорила женщина на одном дыхании, игнорируя все вопросы и попытки перебить.       — Подожди. Что значит «забрали»? Куда? — голос Сережи стал в разы жестче.       — В новую семью. Адрес мне не сказали. Почему так быстро — я не знаю. Поэтому и дежуришь около кафе. Рано или поздно она там точно появится.       — А если в полицию сообщить?       — Это ничего нам не даст. Документально Карина нам никто. И сейчас она юридически в другой семье.       — Так что же тогда делать?!       — Я тебе уже сказала, что делать, — ответила женщина грубее, чем думала. — Если что-то выяснишь — звони. Попробуй Настю допросить. Может она что-то знает. Пока все. Увидимся вечером. — Валентина Викторовна не дождалась ответа и тут же выбила. Она откинулась на спинку сидения и тихо прошептала: — Где же ты…?       Серёжа стоял недвижимо ещё несколько минут после разговора, а затем, как зомби, пошел в сторону рабочего места сестры.       Телефон в его руке погас, но он всё равно продолжал смотреть в экран, как будто там мог появиться другой ответ.       — Новая семья… — почти бесшумно повторил мальчик, и уголок губ дёрнулся в нервной усмешке. — Отлично.       Он опять взглянул на здание кафе: обычное, ничем не примечательное, но в то же самое время и особенное — теперь оно казалось единственной точкой, где ещё могла остаться хоть какая-то связь с сестрой.       Серёжа резко выдохнул и снова вошел внутрь.       Настя стояла за стойкой и что-то объясняла новеньким, параллельно обслуживая посетителей.       — Я же сказала, — она подняла усталый и разгневанный взгляд на подростка, — ее здесь нет. Со вчерашнего дня не появлялась.       — Я знаю, — ответил он. — Она вчера подделала документы и ушла с нашей семьи. А сегодня… — парень шумно выдохнул.       — Что… «сегодня»? — растеряно переспросила администраторка, отмахиваясь от назоиливых стажеров.       — А сегодня я узнал, что ее забрали в новую семью. И судя по твоей реакции ты не знаешь ни-че-го.       Настя взяла Сережу за локоть и отвела в сторону.       — Рассказывай, — сказала она, скрестив руки на груди.       — Что рассказывать? Ключевое ты уже все знаешь. Мама выяснила, что сегодня она в другой семье. Правда пока на неделю, но сомневаюсь, что этим ограничится. Думаю, она останется с ними. Я бы был и не против, если они нормальные, но я знаю историю предыдущих семей и… ты знаешь, что там было все не так радостно. Мама приказала мне дежурить возле кафе и…       — Нет, — перебила его девушка. — Охранников нам хватает. Как только она появится — я тебе напишу или позвоню, и только тогда приходи. Ее смена начинается в два часа, к этому времени можешь подходить. Но не наседай на нее.       — Я и сам знаю, как с ней говорить! — воскликнул парень.       — Тогда от меня ты что хочешь? Разбирайся с ней сам, — Настя подняла руки в жесте «сдаюсь».       — Все, прости, вспылил, — Сережа тут же запаниковал, когда заметил, что остается совершенно один в этой борьбе. — Я на сильных нервах и не знаю, что делать.       — От мамы и от меня инструкции получил. Ничего нового не придумывай. А вот она у меня сегодня получит знатно, — Настя ехидно улыбнулась. — Далеко не убегай.       — Ты — лучшая! — Сережа сжал новую союзницу в коротких, но крепких объятиях, и выбежал на улицу.

***

      — Располагайся. На эту неделю точно эта квартира будет твоим новым домом. А потом скажешь. Мы не будем тебя силой удерживать, — мужчина мягко провел рукой по спине Карины, от чего девушка невольно дернулась. Одними глазами она сканировала свою комнату и не могла не заметить схожести с предыдущей: компьютерный стол, шкаф, книжный стеллаж, несколько растений, картины, кровать — все было знакомым и чуждым одновременно. — Скоро твой брат придет со школы. Познакомитесь, он тебе покажет и расскажет, что к чему. Завтракать, обедать будешь?       Карина отрицательно покачала головой — своих денег больше не было, а долги будет еще полгода отдавать. Девочка вернулась в ту самую бездну, из которой бывший брат так сильно пытался ее вытащить. Но пути назад нет — семья снова сменилась, и никто не знал надолго ли.       — Потом на работу надо. Смена поздно заканчивается, — стишенно сообщила девушка, не поднимая головы.       — У нас дети ложатся спать ровно в десять.       — Смена заканчивается в девять. Не успею к десяти, — ровно продолжала Карина заученными словами.       — Тогда тебе можно в одиннадцать. Успеешь? — спросил он, слегка наклонив голову к новой дочери.       Она только кивнула.       — Если хочешь, мы будем тебя отвозить и забирать с работы. Можем и со школы, — искренне предложил мужчина.       Карина снова покачала головой.       — Не стоит. Люблю гулять. Спасибо.       — Хорошо тогда. Он, ну, сын мой, принесет тебе еще твой комплект ключей и телефон. Нужно, чтобы ты была всегда на связи.       — Ладно, — просто согласилась Карина. — «Как скажете», — мысленно добавила она. — «В этот раз все будет как скажете».