вопрос – ответ

— Фрэнк, здравствуйте! — знакомый голос заставил сердце Фрэнка подпрыгнуть. Он звучал приподнято — очевидно у начальника было хорошее настроение. Такое, что можно было бы подумать, сейчас не поздний вечер, а самое начало дня. (Когда только Фрэнк научился замечать различия в настроении начальника?) — Здравствуйте, Стивен. — Снова на работе так поздно? — Да. Сочетать должность управляющего и работу в министерстве это… — Бросьте, не нужно передо мной оправдываться. Я ценю ваше трудолюбие, — начальник одарил его лучезарной улыбкой, но сразу после он прищурился, будто бы знал что-то недоступное Фрэнку. — А вообще… Вам не кажется интересным, как так вот снова и снова пересекаемся. Будто специально. — Вы ведь не думаете, что я… — Я ни на что не намекаю, Фрэнк, расслабьтесь. Он просто заметил совпадение. Расслабься. Разговоры со Стивеном — странная штука. Любой из них хочется одновременно продлить до бесконечности и резко прервать, или иными словами — сбежать куда подальше. Откуда только взялась странная нервозность? Хм, дело было в непривычности. Фрэнк всю жизнь имел дело с более деспотичными авторитетами. После них Стивен кажется глотком свежего воздуха, но с непривычки и от свежего воздуха кружится голова, не так ли? — Вы слышали о каменностенских протестах? — как ни в чем ни бывало спросил Стивен. Черт и умеет же он задавать вопросы! Сразу и не скажешь, специально ли он провоцирует или просто выбрал необычную тему для светской беседы. — Эээ… Ну… Нонконформисты… Статья… — Фрэнк, пожалуйста, — в голове Стивена появились нотки строгости. — Могу я попросить ответить мне то, что вы на самом деле думаете, а не то, что считаете я хочу услышать. — Зачем? — глупый вопрос, но вполне закономерный: слова начальника напоминали ловушку, после которой однажды уважаемые работники оказываются в тюрьме или на улице. Начальник пожал плечами, загадочно улыбаясь. — Просто… Утолите моё любопытство, вот и все. — Хм… — вообще Фрэнк предпочёл бы ничего не думать ни о каких протестах, но… Ким. Впрочем, говорить о ней лично не было бы хорошей идеей. — Ну я знаю некоторых людей, которые могли бы там быть… И я думаю, они ведь не плохие, так? Может, кто-то или что-то заставляет их вести себя таким образом? Бунтовать, я имею ввиду. — И кто же? — Стивен слегка склонил голову набок. — Великий вождь? — Нет, конечно же нет. Но… Я. Моя жена. Например. — Интересно… — И они могут хулиганить, но арестовывать их… Не слишком ли это? — Хм… — Стивен задумался, приложив ладонь к губам. Фрэнк успел подумать, что начальник вот-вот разозлится, а также о том, что так-то он никогда не видел его разъяренным. Только слышал, что тот был «в ярости», от Эммы Грундих. Или Лотты Альтманн? Впрочем, это не столь важно. Но уголки губ Стивена поползли вверх — точно не показатель злости. Наверное. — Вы искренне верите в хорошее в людях это так… ми… Мммм… интересно, — нет, он точно даже развеселился от слов подчиненного. Подумав какое-то время — Фрэнку показалось, он почти сказал что-то другое, но в последний момент передумал — Стивен добавил: — Но вы правы: арестовывать их — последнее дело. А то… Тюрьмы только забиваются, и никакой пользы от этого нет. Тратится куча денег, — как в подтверждение своих слов Стивен закатил глаза. — Впрочем, скоро ведь все изменится, не так ли? В том числе с вашей помощью. — Да? — котёл в котором слишком много пара — сказал Фрэнку Армин Крайнерт — и Стивен собирается этот пар выпустить. — Конечно! Я делаю ставку на вас, — а затем произошло странное. Будто невзначай Стивен положил ладонь на плечо Фрэнка. Простой доверительный жест, но он посылает электрический разряд через все тело. Так ведь не должно быть, не так ли? — Вы ведь не разочаруете меня? И слова эти прозвучали без какой-либо угрозы, скрытой или нет. По крайней мере Фрэнк не смог ее распознать. Простые слова, Стивен говорит их своим подручным направо и налево, не так ли? Но почему-то очень хотелось ответить ему: — Не разочарую, — и сдержать слово.