Экспрессия

      Тёплые объятия согревали парней после вылазки в магазин, в 30-ти градусный мороз, когда по телевизору передавали что сейчас не лучшее время для выхода на прогулку даже за продуктами, оба хотели устроить вечер посиделок за чашечкой глинтвейна, но судьба в этот морозный вечер не была благосклонна, и все апельсины закончились, вместе с палочками корицы. Пришлось брать какое то дешёвое вино, явно разбавленное.        Одеяла накрывали их с ног до головы, а горячее дыхание согревало пространство под "куполом". Смех, что радостен и нежен, был слышен на всю комнату. Одеяло постоянно переворачивалась, иногда образуя кокон, заворачивая в себя же двух молодых людей. — Дилан, ну всё, харош! — Труман упёрся ладонями в грудь автоматона, отталкивая его от себя, попутно пытаясь отдышаться. Дил решил устроить щекотко-атаку для Ричарда, что до ужаса той боялся. — Не-ет мой сладкий, от меня так легко ты не отделаешься!       Дилан снова набросился всем телом на бедного Ричарда, у которого мокрые следы от слёз ещё не засохли. Холодные руки автоматона пробирались под кофту брюнета, обводя руками рёбра и мягкий живот.        Ричард все ещё хихикал от прикосновений ледяных рук Дилана к нему, сквозь смех пытаясь сказать что то членораздельное. "Хватит, Ди!" Звучало из уст Трумана, его мягкий звонкий заливал всю комнату звуками, ласкающими уши автоматона. Улыбка с его лица не сползала ни на секунду, капельки слёз скапливались в уголках глаз и изредка стекали по щекам.       Дилан внезапно остановился, уставившись в лицо Ричарда. Тот подумал что Дилан готовится к чему то большему, чем просто щекотка, но открыв глаза, он лицезрел сидящего на его бёдрах брюнета, который просто пялился в его лицо.       Его мимика не выражала никакую эмоцию, словно он в бездну смотрел. Ладони все так же лежали на талии Трумана, не шевелясь, но заходя дальше и выше, но и не вылезая из под кофты. — Милый? — спросил тихо Ричи. — А? Да? — автоматона словно из транса вывели слова возлюбленного. — Извини, Ричард, задумался. — Ты так на меня смотрел, будто я куда то испарился. — Ричард прижался к Дилану, обнимая его плечи своими, уже тёплыми руками, полностью покрытых родинками. — Пха-ха, Ричард, все окей, просто программа подвисла.       Оба повалились на кровать в объятиях. Оба уже согретые, весёлые и слегка запыханные. Ричард выравнивал дыхание, шерудя волосами Дилана, перебирая локоны пальцами. Брюнет лишь подвинулся ближе, вплотную, прячась носом в шею Труману. Вдыхая аромат корицы с персиком, Дилан целовал нежную шею Ричарда, что все ещё была покрыта засосами и укусами. Парни любили веселиться, и отказать себе в этом не могли. -----------       В телевизоре репортёр вел прямую трансляцию из какого то музея, рассказывая и истории этого здания, чьи работы тут повешены, сколько людей за год сюда приходит...        Ричард устроился на столе, Дилан сидел подле него, склонив свою голову тому на плечо. Рука Трумана поглаживала макушку брюнета, а голова самого Трумана лежала поверх чужой. Левая и правая руки возлюбленных были сплетены в замок. Большой палец поглаживал чужой, более тонкий и светлый.       Очи обоих были закрыты, на дворе стояла глубокая ночь, что клонила в сон. Свет в комнате шел только от включённого телевизора. Тепло обогревателя, стоявшего рядом, согревало тела любимых.        Оба тихо хихикали когда смотрели на собственные ноги, а именно парные носки. То был подарок от Ричи Дилану на новый год. С тех пор ночные посиделки стали настолько обыденным событием, что не надеть парные носки, было прямо таки предательством. — Ричи, — тихо отозвался Дилан. — Да? — Я так люблю тебя, ты не представляешь. — Солнце, я тебя люблю не меньше.        Оба взглянули друг ну друга, а руки машинально поползли на щёки.        Молочные руки Дилана обхватили мягкие щёчки Трумана, поглаживая их большими пальцами. Ричард прижимался лишь ближе, тянясь к слегка холодным рукам родного. Его же руки покоились на плечах Дила.       Поцелуй начался неожиданно для автоматона, когда к его губам прильнули губы мягкие и родные. Ступор был мимолётный, быстрый, но и так же быстро он притянул лицо любимого ближе, сжимая его щёки. Поцелуй любовный, сладкий, нежный, даже слегка слащавый, с тихими причмокиваниями.        Сладкий однако получился вечер