180 градусов
3 июня 2025 г., 11:29
Вот вы просыпались с утра со стояком и при этом дрочили с ненавистным именем на губах? Нет? Тогда вы счастливчик.
Тэхён зажмурил глаза и укусил зубами подушку, болезненно сжимая член у основания. Он натурал, он не будет, блять, дрочить на парня! Не будет... Ощущение, будто грудную клетку сдавили – дышать стало невозможно.
— Я ненавижу эту жизнь... — капельки чисто натуральных слёз оргазма скатились на подушку.
— Ким Тэхён, спускайся и вали жрать, а то тебе не останется! — громкий крик сестры бил по ушам, даже со второго этажа было слышно. Видимо та только проснулась и в ужасном настроении. Он закатил глаза, доставая пару салфеток и вытирая горячую сперму.
Найдя на полу скинутые вчера рваные джинсы, парень быстро отряхнул их, ища глазами что-то похожее на белую футболку, или это свитер? Он нервно протёр лицо руками. Не обращайте внимания, у него просто нервный срыв, ненависть к себе и похмелье.
— Ким Тэхён, блять!!
— Да иду я! — рявкнул подросток в ответ, спотыкаясь об свою же штанину, пока надевал, и моськой упал в пол. — Блядская жизнь...
уродует, кастамизирует одежду. Пробежавшись глазами, Тэхён сделал вывод, что число сменилось, но ничего не изменилось. С младшим уже сотню раз говорили преподаватели по поводу внешнего вида, но ему глубоко и по боку.
Вечная потёртая косуха на размер больше, с разными нашивками и провокационными лозунгами, а также красная надпись «Анархия» — название их рок-группы.
Тэхён никогда не понимал этого прикола и вряд ли поймёт.
— Пошли, пупс, ещё контрольную по математике писать, — Чонгук без зазрения совести шлёпает старшего по заднице, вылетая из автобуса. Живот скрутило так, будто он проглотил ржавые гвозди.
Господи, ну какой же позор!! У Тэхёна глаз трясти начало, он не осмелился повернуться на остальных пассажиров автобуса. Ким спиной чувствует их взгляды, слыша тихое перешёптывание и смех. Он никогда больше не будет ездить на этом автобусе.
Стоило только выйти, как одну довольную морду сменяет другая, под названием Пак Чимин.
— Чё было на этот раз? Я его довольную рожу со ступенек видел, — друг сжал губы в линию, не вынимая руки из карманов и наклоняясь к его уху, — а потом пошёл хвастаться дружкам своим.
Тэхён тяжко вздохнул, смотря на небо. Это так мерзко! Чон спокойно говорит, что он гей и клеится к парням, а теперь в особенности к Киму.
— Он меня по заднице шлёпнул и на весь автобус назвал «пупс», — стирая зубы в порошок и специально тихо выделяя последнее слово, проговорил юноша, пытаясь отдышаться. Пять секунд вдох, пять задержать и пять выдох...
Чимин как мог держался, но, не выдержав, прыснул от смеха и отвернулся, чтобы друг не заметил. Ну да, Ким же у нас великий слепой и не замечает поддрагивающих плеч!
Всё было хорошо, Тэхён ненавидел Чонгука за его стиль, ориентацию, поведение и в какой-то степени манеру общения. И это было взаимно. До одного момента. Всегда есть это тупое «но»...
Он пошёл с друзьями в поход, очевидно, принося алкоголь и курево. Тэхён в ту ночь так нажрался до беспамятства, что голова болит от одних упоминаний утреннего похмелья. Но кое-что вспомнить удалось, точнее, увидеть голосовые сообщения в чате с Гуком... Где были слышны его глубокие и хриплые стоны. Там он звал Чонгука, протяжно скулил, как течная сучка, и просился в кровать. Слава богу, что в общий чат не отправил, он бы не отмылся от этого позора.
Так тупо и беспонтово опозориться мог только Ким. С того дня Чонгук больше не поливал его ненавистью, а наоборот, начал яица катить!
Ким искренне не понимал такой перемены. В школе к нему не стали по другому относиться, значит фрик никому ничего не раскудахтал. Странно.
— Хватит ржать, — огрызнулся шатен, почти до крови кусая измученные губы. В висках стучало, мысли буквально сжирали изнутри.
Чимин, успокоившись, заметил реакцию друга и, тяжело вздыхая, оттянул в курилку туалет школы.
Гук что-то прокричал вслед, но Тэхён даже не обернулся. Просто сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.
Я ненавижу себя.
***
Наспех съедая сэндвич с курицей, он направился к остановке, молясь всем богам, лишь бы не увиде... Да, блять! — О, Тэхён-и, и ты тут? — улыбнулся самодовольно Чонгук, доставая айкос фиолетового цвета. — Ты все лёгкие себе прокуришь, — ответил старший, сжимая в руках такой же, только цвета киви. — Мы за ЗОЖ, правильно, — и затянулся. Чонгук — гений, которых мир не видывал. Тэхёна перекосило странное чувство, ему было... Противно? Да он сам не понимал, но косило знатно. Ему хотелось отойти подальше от Чонгука, чтобы их не видели вместе. А вдруг что подумают? — Ты же не курил вроде? — осторожно спросил Тэ, он действительно впервые видит, как младший держит в руках курилку. — Насмотрелся на твои губы, что так часто касались сигарет, и не сдержался, — подмигнул Чон и зашёл в автобус. Как же его бесит... Господи, вот почему жизнь такая сука? Ким спокойно жил себе, встречался с девушками, ненавидел фриков и геев. Как тут появился буквально тот, кто перевернул его жизнь на изнанку и 180°. Тэхён презирал его, его тянуло блевать лишь от одного вида одноклассника. Чонгук был не совсем стандартный. В основном носил массивные, чёрные и потёртые шмотки. Ким знал, что тот сам себе***
Парочка сидела на своём подоконнике, их личное место в последней кабинке. Окна закрашены наполовину, так что вряд ли их спалят. Ким, сгорбившись в три погибели, гипнотизировал одну точку в углу, где зарождалась, кажется, плесень. — Ну и я ему врезал, теперь у Чона синяк на полщеки... — тихий голос Тэхёна звучал довольно отчётливо в пустом туалете. От прохлады по телу прошёл озноб, аж передёрнуло. Постоянно было мерзкое и липкое чувство, будто ему по спине лизнули шершавым языком. В висках всё ещё стучало. Ну вот почему всё так сложно?? — То есть... Ты чуть не отхреначил Чона только потому, что он снова сделал комплимент твоей заднице? — Чимин, хлопая глазами, затянулся сильнее обычного. Они, как всегда вдвоём, курили одну сигарету на двоих. Призрачный поцелуй. — На людях! — возразил Тэ. Его это действительно оскорбило, ему ужасно стыдно ещё всю ночь было... — Это отвратительно и неправильно, Чимин-и. Я в ту ночь напился, как свинья, и правда не контролировал себя. Я даже не помню, как это было! Пак долго смотрел в чужие глаза, он видел, как Тэхён опять кусает губы до крови. Было бесполезно спорить с Кимом, потому что есть только его мнение и неправильное. Неправильные люди и их поступки. Глаза болезненно сжимались от тягости утра. Очень хотелось спать и отдаться в царство Морфея как минимум на часа три. Но сегодняшний урок прогулять нельзя. Приехали какие-то волонтёры рассказывать им безумно важную лекцию. Тех, кто не придёт, — отработка две недели. И вот они, два лопуха, сидят на последней парте, борясь со сном и желанием сбежать через окно. Ну и что, что четвёртый этаж? — Сейчас вы пройдёте тестирование про вред алкоголя, курения и наркотиков, — улыбнулась миловидная девушка, раздавая бланки. Тэхён, может быть, и попялился на её грудь, что так очаровательно виднелась сквозь фирменную футболку, если бы не лютое похмелье. Он отпил сок, ставя везде галочки, что не пьёт и не курит, да и вообще он ЗОЖник и мамин сынок, который занимается спортом и волонтёрством. В игре за самый ужасный врун он бы победил. Ну вот и почему не умница? Чимин, к слову, сделал точно так же. — Ахуенно с похмелья сидеть и отвечать на эту парашу с утра пораньше, — зевнул Чимин, не глядя подписывая работу и делая из неё самолётик. Он запустил его в окно, откуда послышался недовольный писк какой-то девчонки. Тэхён ничего не ответил, он заметил пристальный взгляд Чонгука на себе. Тот словно чеширский кот заулыбался, зная, что Тэхёну сейчас от этой жизни нужна минералка и сигареты. Со вкусом киви, это важно. На лбу появилась испарина, а пальцы нервно стали теребить край штанины. Ему нужно отойти подышать, желательно без свидетелей. — Учитель Хван, а можно выйти? — спрашивает Тэ. Получив короткий кивок, он резко подрывается с места, ему очень нехорошо. Оказавшись в школьном туалете, Ким промывает лицо холодной водой, пытаясь прийти в себя. Ноги предательски подкашиваются. — Что, Тэхён, опять на меня дрочил? У тебя аж жар пошёл. В горле встал ком от знакомого голоса. Хотелось взять, развернуться и врезать со всей силы в эту морду. Что он, кстати, недавно и сделал. Чон просто замазал слоем тоналки огромный синяк. — Тебе так нравится открывать свой рот? Я тебе уже миллион раз сказал, что ты меня заебал, — не выдерживает Тэхён. Он силой прижимает одноклассника к стене, до побеления костяшек сжимая ворот его чёрной футболки. — Я тебе снова лицо разобью, фрик крашеный. Ты мне не нравишься, мне противно от тебя. Слышишь? Могло показаться, что у Тэхёна дрожат руки и сбилось дыхание настолько, что он начал задыхаться. Лицо Чонгука на секунду изменилось, его ухмылка дрогнула, а глаза забегали по чужому лицу. Он снова дрожит, как трус. Гук прекрасно видел, как тот на стенку от его флирта лезет. Видел, как тот сжимает кулаки, когда он смеётся с друзьями… И, господи, наслаждался этим. — Ты думаешь, ты такой охуенный, потому что делаешь, что хочешь? Ты просто клоун и неудачник, у которого нет будущего!! Слова лились будто водопад, он не мог уже спокойно сдерживать себя. Эмоции накатили с такой силой, что можно агрессию из ушей выливать. Чонгук же спокойно смотрел ему в глаза, даже не дрогнув, когда Тэ со всей силы ударил в стену в миллиметре от его лица. От штукатурки посыпалась белая пыль. Осколок гипса застрял у него в костяшках. — А ты уверен, что оно у тебя есть? Ты же даже не живёшь, ты просто существуешь. Раб системы, который хочет показать: «Я пью энергосы, бухаю и курю — я крут», — с улыбкой и иронией ответил Чон, убирая прядь темных волос за ухо Киму. — Чем ты лучше меня? — обманчиво ласково прошептал младший. — Ты лишь пытаешься доказать непонятно кому, что ты «нормальный», хотя сам осуждаешь всех и каждого, кто не похож на тебя. Прозвенел звонок, и тот вышел за дверь, оставляя Тэхёна до крови сжимать губы и смотреть на своё отражение в зеркале. Даже сейчас ему было мерзко от себя, так не должно быть. Он просто ненормальный, вот и всё, нужно вылечиться или что-нибудь ещё придумать. Где-то глубоко внутри что-то дёрнулось – отвратительно, липко, как будто он проглотил мокрую тряпку. Так не должно быть. Звонок прозвенел снова, но Тэхён остался стоять у раковины, смывая с рук грязь и собственную кровь. В кармане завибрировал телефон — Чимин написал, что время жрать.
