Чистое лицо, грязные руки

*** В комнате с темно-серыми стенами сидел высокий парень с сигаретой в тонких, изящных пальцах. На шее у него красовалась татуировка паука. Он смотрел на ночной город — с такой высоты тот казался таким маленьким, будто мог уместиться на ладони. Красные волосы были собраны в небрежный пучок на затылке. Раздался звонок. — Босс, мы на месте. Парня оставили, — грубый, надломленный голос говорил чётко и безэмоционально на другом конце линии. — Возвращайтесь, — бросил Хёнджин и ухмыльнулся, выдыхая горький сигаретный дым. *** — Блядь, Крис, ну не ломайся! Ну давай, расслабься хотя бы на этих выходных! — не унимался Чанбин. Он был другом и правой рукой Бан Кристофера Чана — наследника клана «Волков». — Мы на работе. И для тебя я сейчас Босс, Чанбин. Про бар подумаю позже. Дел много, — проговорил Чан, направляясь в свой кабинет. На самом деле Крис был добрым и почти мягким вне стен штаба. Но внутри — он становился подбоссом. Холодным. Чётким. Без права на ошибку. — Босс! — сбоку раздался голос, и к ним подбежал темноволосый парень. — Мы нашли какого-то типа. Он спал за складом. — В подвал, — холодно бросил Чан и тут же направился вниз. Подвал был тёмный и сырой. Воздух тягучий, пахло металлом, пылью и влагой. На старом скрипучем стуле — парень. Связанный, в порванном чёрном худи и изношенных джинсах. Волосы растрёпаны, чёлка падала на лоб, почти скрывая глаза. Глаза. Глубокие, тёпло-шоколадные. Слишком спокойные для того, кто оказался в таком месте. Он молчал. Плечи опущены, взгляд прямой. Он выглядел так, будто был сломан — но не до конца. Чан остановился перед ним. Несколько секунд — глухая тишина. Затем, не говоря ни слова, он подошёл ближе и, наклонившись, поднял лицо парня за подбородок. Взгляд — прямой, пронизывающий. — Кто ты? — тихо, почти шёпотом спросил он. Но в голосе — холод, угроза, сталь. — Отвечай честно, подкидыш. И, возможно, я оставлю тебя в живых. Парень не отвёл взгляда. Не дрогнул. Его лицо — худое, почти аристократически чистое, несмотря на грязь и ссадины. «Чистое, почти утончённое лицо. Усталые, но пронзающие глаза. Спокойные». — мелькнуло у Чана в голове. Котёнок. Мысль пришла внезапно. И вызвала раздражение. — А если совру? — медленно моргнув, произнёс незнакомец. — Ты ведь всё равно не узнаешь. Он едва заметно усмехнулся. Чан прищурился. Его пальцы всё ещё были на подбородке парня. Он чувствовал ровное дыхание — спокойное, будто это не подвал и не угроза, а утро в чьей-то квартире. — Значит, соврёшь? — голос стал ещё холоднее. Парень промолчал. Только чуть нахмурился — будто сам не понимал, как здесь оказался… и почему не боится. Чан коротко усмехнулся. Что-то в этом «котёнке» не совпадало с привычным миром. — Развяжите его. И — в мой кабинет, — бросил он, отводя взгляд. Прежде чем развернуться, он бросил на парня ещё один взгляд. Слишком долгий. Затем повернулся и ушёл, оставляя за собой только запах дорогих духов и ледяную власть.