Там, где горит сердце дракона

Дом в горах был сегодня особенно тих. Лес спал под лёгким туманом, и Изуку сидел у окна, глядя на облака. Его пальцы скользили по кулону, что висел на шее — подарок от Бакуго. Тёплая магия внутри листочка тихо шептала ему: Он рядом. Он твой. С тех пор как Бакуго вернулся с той короткой поездки, они почти не расставались. Дни были наполнены смехом, тишиной, словами, прикосновениями. Изуку чувствовал себя как будто часть его наконец-то вернулась на место. Он услышал шаги ещё до того, как послышался голос. — Катсуууки! — растянуто, почти певуче. Изуку вздрогнул. Голос был знакомый. Нежеланный. Он вышел в коридор и остановился, как вкопанный. В дверях стояла высокая женщина-дракон с алыми глазами и белоснежными волосами, спадающими волнами на плечи. Её улыбка была самодовольной, как у кошки, загнавшей мышь в угол. — О, — изогнула бровь она, увидев Изуку. — Он всё ещё здесь? Бакуго вышел из другой комнаты, как раз вовремя, чтобы перехватить её взгляд. — Что ты здесь делаешь, Юна? — Соскучилась. Решила проведать старого друга. Думала, ты уже избавился от… — она глянула на Изуку с лёгким презрением, — этого. Но, видимо, нет. — Я не просил тебя приходить, — отрезал Бакуго. — И не давал тебе права так говорить. — Ты слишком мягок с ним, — голос её стал тише, почти вкрадчивым. — Ты ведь знаешь, что это недопустимо. Человек? Ты — дракон, потомок древних. Ты не можешь тратить себя на связь, которая не вечна. Он умрёт задолго до тебя. Он хрупкий. И ты теряешь свою силу рядом с ним. Ты разрушаешь свою природу. Изуку сжался, словно каждый её укол бил прямо в сердце. — Я… не прошу ничего, — тихо сказал он. — Я просто… — Ты просто мешаешь ему быть тем, кем он должен быть, — резко перебила Юна. — Хватит. — Голос Бакуго прозвучал, как гром. Он резко подошёл к Изуку, встал сзади, обнял его за плечи. Его руки легли уверенно, крепко, будто якоря. Изуку застыл, сердце билось в горле. — Он — не просто кто-то. Он — мой. Он — тот, кого выбрало моё сердце, моя магия, моя сущность. — Голос Бакуго был ледяной. — Ты говоришь о древних обычаях? Хорошо. Тогда слушай. Он склонился к Изуку, его губы прошептали у уха: — Я выбрал тебя. Я готов на всё. Даже на то, чего никогда не хотел. Он поднял глаза на Юну: — Я заключу с ним Древний Союз. Ты знаешь, что это значит. Её глаза расширились. — Ты… с человеком? Ты с ума сошёл! — Возможно. Но я счастлив. Ради него я готов отказаться от звания, власти, даже от жизни. Потому что он — моя душа. И если это проклятие для тебя — уйди. Если ты когда-нибудь снова скажешь хоть слово в его адрес… тебе не понравится, что с тобой станет. Изуку дрожал в его объятиях. Он не мог поверить. Древний Союз — ритуал, что скрепляет судьбы навеки. Даже после смерти. Даже в следующих жизнях. Юна смотрела на них, её лицо побелело. — Ты уничтожаешь себя, — прошипела она. — Нет, — Бакуго прижал Изуку ближе. — Он возвращает меня к жизни. Она развернулась и ушла, захлопнув дверь. В комнате повисла тишина. Изуку стоял, не в силах говорить. — Т-ты… серьёзно? — наконец прошептал он. Бакуго повернул его к себе. Его глаза были мягкими, как никогда. — Да. Я не прошу ответить сейчас. Но знай — если ты захочешь, я поклянусь перед Звёздами. Что ты — моя судьба. До конца всех времён. Изуку не выдержал. Он бросился к нему, обнял, как будто боялся, что тот исчезнет. — Я… Я подумаю. Но… я тоже чувствую это, Катсуки. Сильнее с каждым днём. Он уткнулся лицом в его шею, пряча слёзы. — Спасибо… что выбрал меня. Спасибо, что защищаешь. Бакуго только прижал его крепче. И прошептал: — Всегда.