Красная нить судьбы. Часть 6. Учение - свет! А неучение - пустая голова...

                   — Сабираюца в паход: кролик Толик, бе-ге-мот! — пропел Лаимм, собирая перекус детишкам: коробочка сока, вместо печенья кусочки от разных пончиков, чтобы уж наверняка угадать, кому что надо! Да и доесть бы не мешало, а то понабрать понабрали, а большую часть так и не слопали. Ишь! Немного овощей: долька помидорки, кругляш огурчика и маленькая брокколи. И фрукты: дольки яблока, груши и мандаринка. Чтобы наверняка накушенькаца!       — Муй, — на кухню, уже умытый и одетый в школьную форму и крайне недовольный зашёл Ревас, — зачем вы меня так мучиите?! — слезливо прохныкал он.       — Чу мучиим-та? — не понял Лаимм, забирая у него рюкзачок и засовывая бокс на самое дно: он как раз же неширокий и длинный.       — Да не хочу я в эту вашу школу! — заныл Ревас.       — Куртнёшку не забудьте надеть! — крикнул Лаимм. — И топайти сюды! Надобно перекус раздать!       — Муй! — звонко завопил Ревас.       — Риваська, ну чиво ты блажишь-та? Надобно школу-то хотя б закончить! А то буишь глупавый! Как я! — заржал Лаимм, обернувшись на вздох мужа. — Ты чу здыхаишь? Пикатите мне тутава смуту смутить! — строго сказал он, для пущей убедительности топнув ножкой, отчего ляжка и ягодица заметно сотряслись.       Хестан на прелести супруга поглядел, мысленно облизнулся и мысленно же начал рыдать, что этот самый супружик выгоняет его на работу. Это такая несправедливая несправедливость! Сам дома будет сидеть, делами своими любимыми заниматься, а с мужем и сыном вот так поступает! И по фигу, что у Лаимма душенька такая — работу просящая. У остальных не так же! Маленький, вредный, но очень любимый Пиражунька!       — А мне с собой пожрать?! — возмутился Хестан, смотря, как Пиражунька детишкам по рюкзакам раскладывает их перекусы.       — Тебе-то какой пожрать? — растерялся Лаимм. — У дитёв растущий организм! Им лопанькать надобно! А ты чу? Уже вон какой лоб здоровый! Вширь еси ток расти, — заржал он.       — Как ты? — съехидничал Хестан, совершенно не удивляясь, что любимка не растерялся.       — Дык ню! — гусем загоготал Лаимм, веселя всех заглядывающих.       — Так чего мне с пожрать?! — подойдя к супругу, Хестан потыкал его пальцем в бок.       — Да Великие Духи! — Лаимм хлопнул мужа ладошкой в лоб. — Ты пашто у миня такой вреднусчий?! Вашпе нетерпеливый какой-то! — Ворча ворчунишкой, он достал из холодильника сначала две средние салатницы, а потом ещё две чуть побольше. — Тут, — Лаимм похлопал по башенкам, — беляшики, пирожочки с колбаской и пирожочки с яичком и лучком. А тут салатики мясны. Хватит, надеюся!       — Конечно! — Хестан обрадованно потянул руки к еде, но тут же получил по ним. — За что?!       — Ента ни только тебе! — шикнул Лаимм. — Это на сех ребятушек! Так што, сядишь, жрямкать, сех зови! Панял? Аль ни панял? — он с подозрительным прищуром уставился на мужа, а тот, усердно пытаясь сделать невинный вид, хлопал глазками. — Кисяндрий! — Сердитой мышкой пискнул Лаимм. — Быра ни хулигань! Штобы сех накормил! Панял?       — Да понял я, понял, — проворчал Хестан, помогая Пиражуне убрать тары в большой пакет, больше напоминающий подарочный. У Лаимма таких пакетов целый шкаф! Друзья чаще всего в них подарки дарят, а раз друзей полно, как и праздников, то пакетов скопилось соответствующее количество. И это несмотря на то, что Лаимм иногда эти пакетики передаривал, складывая своё. Но! Когда в магазинах он видел такие, что ему нравились, он никогда не отказывал себе в их покупке. Тако бахатсво!       — И вот, — сверху Лаимм поставил пару контейнеров с пончиками, — надобно долопанькать! Сами не будете, раздайти! А то жалко буит, еси пропадут!       — А ты уверен, что не стоит детям оставить? — растерялся Хестан.       — Ну, тама исчё осталося. Исчё и тортишка есть! Так што хватит, — отмахнулся Лаимм. — Сё, айдати! — Он замахал на мужа руками и почти сразу замер, с подозрением оглядываясь по сторонам. — А де Риваська?       Хестан и сам принялся оглядываться. Сначала он подумал, что сын утопал в холл, к остальным, но всё оказалось гораздо интереснее.       — Не-е-ет! — заверещал Ревас, когда мапа, обнаружив его в будке Льда, сцапал за ногу и потащил наружу. — Я не хочу! Отстаньте от меня! Пуй, паси!       — Прости, сыночек, но я тут бессилен, — развёл руками Хестан. — Я почти в таком же положении. И если я начну спорить с твоим мапуличкой, мне придётся спать на коврике за дверью, а я этого не хочу.       — Ты пидатель! — Ревас уставился на отца со слезами на глазах и шмыгая носом.       — Прекрати! — Абелас шлёпнул друга по голове. — Никто не плачет, а ты изнылся весь! Ты же не плодоносяшка! Только плодоносяшки могут плакать!       — Хочу быть плодоносяшкой, — прохныкал Ревас, обувшись и плетясь к машине, где за рулём уже сидел Маркус, ожидая, когда все малыши рассядутся и он повезёт их в школу.       — Мне даже жалко как-то братика, — пробормотал Кристан: Кристофер, получив чмок от мапы, совершенно спокойно и держась за ручку с Мэйлианом, утопал и уселся в машину одним из первых.       — Чего его жалеть? — не понял Иллиан. Саарн тоже весь изворчался и изнылся, что не хочет идти в школу, но он и Джеймс, который поддержал друга недовольством, получив по беляшику в руку, быстро угомонились и жизнь заиграла яркими красками. Сразу такими довольными стали! А вот с Ревасом этого не сработает.       — Так, так не хочет учиться! — покачал головой Кристан.       — Чу с ними будит? — махнул рукой Лаимм, выходя следом за всеми на улицу.       — Ну, кое-кто у нас уже отличился, — напомнил Сяо, вставая рядом с ребятами. Волкан выдал из разряда: как всегда! Не хотел идти на работу, зацеловал супруга, потом выслушал строгого сынишку и всё же собрался. А то если он работать не будет, кто ж ему денешку даст, чтобы он её на любимок своих тратил?       — Я больше в школу не хочу! — шепнул Лаимм, поёжившись. Больше от того, что ветерок подул холодный, а он выперся в шортиках, тапочках, маечке, да наброшенной на плечи тонкой кофточке. Он же мерзляк! Ему уже можно шубку надевать. Ну или скорее одну из ярких курточек.       — Мапуличка, нам придётся, если наших малышикаф будет кто-то обижать! — Кристан воинственно сжал кулачки.       — Натравим на них Хэльмира, — прыснул в ладонь Иллиан, смотря, как старший брат галантно открывает перед своим ненаглядным ангелочком дверь.       — Ты смотри, вдруг психанёт и на нас кинется, — предостерёг Сяо.       — А мы на него тогда мапу натравим, — Иллиан типа испуганно уставился на мапу, а тот в ответ сделался милашкой-скромняшкой, типа и не способен он ни на что такое.       — Мапуличка гроза семейства! — Кристан вскинул кулачки над головой, делая воинственный вид.       — Мапуличка робить пошёл! — забавно подпрыгнув на месте, Лаимм заскочил в дом: ляжки замёрзли!       — Или скорее утепляться, — зевнул Сяо.       — Ну да, мапа же не дружит с холодом, — согласился Иллиан.       — Не так уж и холодно, — подметил Кристан. — Солнышко вон как печёт.       — А ветерок всё равно прохладный, — отозвался Сяо. — Но Лаимм же у нас теплопопик!       — Пошлите! — Иллиан подтолкнул ребят в дом. — Чего стоять, наши уже разъехались.       — Кто чем займётся? — спросил Сяо.       — Я завершил главу и отправил на проверку и оценку, — задумался Иллиан. — Так что в целом, пока можно либо начать следующую, либо дать себе немного отдохнуть. Ну или, вдруг мапа чего-то интересное задумал, то неплохо бы ему помочь.       — И я в целом всё успеваю и даже пару сумок закончил раньше, чем обычно. Вот кто бы мог подумать, что сумки прям таким спросом будут пользоваться, — покачал Кристан головой.       — Хорошо же, — покивал Иллиан.       — Как же это всё-таки здорово, что занимаемся своим любимым делом, да не просто это дело как хобби, а ещё и зарабатываем на этом. Пусть и не столько, как наши мужья, — с удовлетворением вздохнул Сяо. — Но это определённо лучше, чем бы мы ходили на нелюбимую работу и страдальчески там страдали! Да, ребята? — Он приобнял обоих мальчишек за плечи.       — Я до сих пор с лёгким содроганием вспоминаю, как хотел быть стражем, — поёжился Иллиан.       — Это всё благодаря нашему мапуличке! — Кристан опять воинственно сжал кулачки. — Мапуличка? — Он немного озадаченно вскинул брови.       Все трое уставились на верх лестницы, где с крутым видом упирая кулачки в бока и расставив ножки, вздёрнув носик застыл Лаимм. Одет он был в свою рабочую одежду. Такую чисто-грязную. Постирать постирал, а всё равное некоторые пятна уже никакой очистке не поддавались. Но в целом это и ни к чему. Рабочая одежда она на то и рабочая. Чтобы в ней спокойно работать и не бояться замараться. А состояла она у мапы из комбинезона из плотной тёмно-синей джинсы, обязательно тонких штаников под ними для пущего тепла. Водолазки — прошлую он выкинул, и она была чёрного цвета, а эта такого тёмно-изумрудного: ещё нормальная, в свет не выйти, а для дома в самый раз! Ну и конечно же: тёплые носки и резиновые сапоги, дабы не бояться грязи. Понятное дело, что сейчас он без обуви. И без куртки, коя висела в шкафу, где и стояла его рабочая обувь — в погребе. А на голове красовалась джинсовая голубая панамка.       — Мапуль, ты на огород собрался! — обрадованно выкрикнул Кристан. Обрадовался он не тому, что мапа на огород пошёл, а тому, что он догадался об этом. Хотя сложно не догадаться, куда он пошёл в такой одежде.       — Ды-а! — Лаимм горделиво выпятил животик, а потом шустренько сбежал вниз, проорав: — Кто со мной, тот герой! Кто без меня, тот трусишка! — И гогоча побежал в сторону лестницы в подвал.       — Это был вызов? — офигел Иллиан. И тут же выкрикнул: — Я в деле! — И уверено начал подниматься по лестнице.       — Ты уверен? — уточнил Сяо. — Это же придётся идти и на огороде ковыряться.       — И что? — вместо брата спросил Кристан.       — А то, что осень на дворе, — поучительно сказал Сяо, больше запутав друга, чем разъяснив.       — И что? — опять спросил Кристан, выпучив глаза.       — Сбор урожая, — вздохнул Сяо. — То есть нужно что-то выкапывать, перебирать и мыть.       — Как обычно! — Обрадовался Кристан. А потом грустно добавил: — Опять спина будет отваливаться.       — Пойдёшь помогать всё-таки? — полюбопытствовал Сяо.       — Конечно! — Кристан принял свою излюбленную воинственную позу. — Нельзя мапуличку одного в таком важном деле бросать! Я пошёл переодеваться тоже! — И его ветром сдуло на второй этаж.       — Какой хороший сын, — рассмеялся Сяо, тоже поднимаясь.       Сяо решил от друзей не отставать. Там вон и Иллиан уже спешит мапе на помощь, переодевшись в домашние трико и футболку. Выглядят вещи так, будто с боем у бомжа отбирал, но в них удобно! Утепляться не стал, так как у него горячая кровь, а при физическом труде и вовсе жарко становится, что пот градом.       Выйдя на улицу, уже обутый и в куртке, Лаимм упёр кулачки в бока, с гордостью оглядывая свой огородик. Маханька фермочка! Лаимм прошёл к грядкам с морковью и, оглядев, поцокал: совсем маханька! Надолго её не хватит. Всё равно придётся докупать. Как всегда!       — Командуй, вождь! — важно произнёс Иллиан.       Лаимм как свою памажательную команду увидел, так обрадовался! Вон, позапрошлый год так получилось, что у половины работающих отпуска, так огород выкопали и прибрали буквально за неделю. Вот красота-то была!       — Тады слухайти и выбирайти! — Лаимм сделал важнючее лицо. — Хто-то собирайти кабашки, а хто-то маркованьку! И по ведёранькам! А хто-та со мной картошеньку выкапывать! — И опять упёр кулачки в бока.       Ребята переглянулись, не зная, за что хвататься.       — Давайте, я с мапкой на картошку! — вызывался Кристан. — Я умею, я могу!       — Я тогда возьмусь за кабачки, а потом к тебе, если что, приду на подмогу, — предложил Сяо, и Иллиан согласился.       — Берите, чу надо, я вон и корзинки, и ведёрки, и перчатки вытащил, — указал Лаимм на скамейку. Сам-то он уже и в перчатках, и вёдра ближе к картошке стояли, осталось только вилы взять. Но перед этим Лаимм раскинул большое брезентовое полотно, куда будут ссыпать картошку, чтобы она обсохла, прежде чем прятать в погреб. Подхватив вилы, Лаимм с радостной моськой почапал дела делать.       — Только наш мапа может быть таким счастливы от перспективы весь день провести, загнувшись раком, — протянул Иллиан.       — На то он и мапулик! — смешно вихляя бёдрами, Кристан пошёл к мапе. Памажать надобно!       — Не понял, о чём это он, — честно сознался Иллиан.       — Я думаю он о том, что Лаимм лесной эльф, а вся эта фермерская фишка или как это назвать, у них в крови, и что для них огород это как что-то жизненно необходимое, — улыбнулся Сяо. — Ну и давай будем честны, — понизил он голос до еле уловимого шёпота, — лопать всю зиму соленья и пожаренную сладкую картошечку всегда вкусно!       — Не, ну тут хрен поспоришь, — рассмеялся Иллиан, а потом его точно осенило: — Мап, а мы будем сегодня на обед картошку жарить?!       — Канешна, буим! — заверил Лаимм. Это у них вообще, как традиция стала: жарить в тот же день выкопанную картошку. Нарезать огурцы и помидоры, делать тёртую морковку с сахаром. Собирать овощной салатик из всего, что росло на огороде. Ну, почти из всего. Жарить и просто отваривать картошку, а потом есть её со сметанкой или майонезом, тут уж кому как больше нравится. Для полного счастья селёдочки не хватает! Но она есть в холодильнике! Из магазина принесённая. Так вкусно! И с пивком холодненьким! Ну, тут опять же, каждому своё…       — Всё, я уже хочу обед, — заявил Сяо, поглаживая свой живот.       — Только что ведь ели, — растерялся Иллиан.       — Да как вспомнил, какая вкусная картошечка, особенно после того, как сами её руками собирали, так аж чёт захотелось, — смущённо кашлянул Сяо.       — А, ну если так, то да, — Иллиан и сам заулыбался в предвкушении вкусного обеда.       Но!       Прежде чем вкусно покушать, надо старательно постараться!