Красная нить судьбы. Часть 6. Учение - свет! А неучение - пустая голова...

             Не успел Лаимм учапать в столовую, как в дом влетел Лёд. Заметив маленько-большого хозяина, он поставил связанные коробки с корпусами и, подскочив к эльфёнку, начал громко рычать-ворчать, при этом усиленно молотя хвостом по полу. Лаимм сделал огромные глаза. Ясно-понятно, что волк чем-то расстроен и на кого-то жалуется. Но Лаимм как не понимал волчий язык, так и не понимает. Вот что он тут наплакал? На кого наябедничал?       — Лёдя, айда обниму! — Лаимм заключил питомца в стальные объятия, что даже кости захрустели. — Хто сабакена обидел?! — отпустив питомца, Лаимм упёр кулачки в бока и уставился на вошедших парней.       Лёд же брякнулся на пол. Обижают и обижают! Одни ругаются, другие косточки давят! А нет чтобы вкусное что-то дать! Обижают!!! Лёд тихо заворчал, делая умирающий вид.       — Тябака?! — со второго этажа маленьким бизончиком притопотал Ревас. Он брякнулся рядом с любимым волком, поглаживая морду, тихо фырча, когда тот взялся его облизывать. Самый лучший хозяин! Будет идеальным, если ещё вкусности принесёт.       — Никто никого не обижал, — вздохнул Карас, ставя пакеты и поспешно сваливая на улицу.       Маркус на друга глянул с интересом, но ничего говорить не стал. Он поставил свои пакеты с коробками чуть подальше и тоже вышел. Лаимм на парней поглядел с лёгким недоумением, а потом, пожав плечами, учапал на кухню. Чего ему там стоять? Ну притащили парни кампуктеры и притащили. Эка невидаль! Пусть там с этими кампуктерами сами разбираются! У Лаиммки огородик, и ему хватает. Но… Был бы огородик побольше! Раз в десять! Лаимм даже подпрыгнул на месте, схватившись за щёчки. Маняк фермовочкавый!       — О, — Карас уставился на лежащую на полу парочку. — А вы чего тут?       — Лежим! — отозвался Ревас, наминая морду довольно сопящего Льда.       — Страдаете? — посмеиваясь спросил Карас.       — Типа да! — кивнул Ревас. — Страдальчески страдаем! Дя, Лёдя? — он смачно чмокнул волка в мокрый нос, начав ржать, что тот сопливый. Волк радостно замолотил хвостом, активно облизывая эльфёнка. — Тябака, пикати! — весело заверещал Ревас. — Я мылся!       — С утра? — осведомился Лаимм.       — Ну так мылся же! — отозвался Ревас, забираясь на спину Льда. — Погнали! — закричал он, и волк сорвался с места, торпедой уносясь на второй этаж.       — Не убейтися тама! — закричал Лаимм им вслед. — А вы чиво тако понабрали? — он уставился на пакеты и коробки, не пытаясь побороть любопытства и суя нос в каждый. — А тортик-то?! — запереживал Лаимм. — Тортик-то мне где?! Вы што, ирады, забыли?! Как так можа-та са мною?!       — Да всё мы взяли! — заверил Карас. — Но пакетов много, а нас всего двое.       — Не ной, — недовольно пробурчал спустившийся со второго этажа Хэльмир. — Мы на огороде упахались, пока вы несколько часов по магазинчикам ездили!       — Это ты не ной! — Рэйкс толкнул парня, отчего тот по инерции пробежал несколько шагов вперёд, еле успев затормозить, чтобы не влететь в оборудование для сборки компьютеров. — Ты вроде молодой парень, но иногда так душнишь, что хочется дать тебе подзатыльник. Как будто от того, что ты там на огороде немного поработал, с тобой что-то страшное сделается. Картошку он покопал часа четыре от силы! Какой кошмар! — делано ужаснулся Рэйкс.       — Рычалка, — тихо, со слышимой угрозой прошептал Агел.       — Чего? — Рэйкс отошёл на пару шажков в сторону, не понимая, чем вызвал недовольство Агурки.       — Это мой мужик! Поэтому отчитывать его могу только я! — недовольно упирая кулаки в бока и хмурясь, заявил Агел. Не совсем ясно, от чего, но Хэльмир сделался самым счастливым парнем в мире. А как нет, когда да?! Супруг такой… возбуждающий… Кхм…       — Как будто он его у тебя отбирал, — закатил глаза Иллиан. Все, кто работал на огороде, из-за скорого ужина свернули работы и, ясное дело, перед тем как идти на ту же кухню, приняли душ. Пыль от земли, травой немного замарались, вспотели опять же. Надо смыть!       Ответить Агелу не дали радостно орущие Ревас, Абелас и Стив. Они уже втроём сидели на довольном волке, крепко цепляясь за его шерсть. Такое родео устроили! Лёд счастливый с детьми игрался, дети радостные, что у них такой питомец классный! Вот так набесятся, а потом сладко ночью спят. Здорово же! Вся эта шумная компания пронеслась мимо и на улицу, так как Маркус, зашедший последним, не закрыл дверь, специально оставляя её открытой, чтобы было удобнее таскать пакеты.       — Кудой без одёжи?! — завопил Лаимм. — Ща вернётеся, я вас всех тапкой отдубасию!       Вместо детворы и волка вернулся Фалко. Он сделал круг под потолком и спикировал на люстру, вытягивая шею и смотря на существ внизу.       — А ну-ка слезай атудава! — испуганно заверещал Лаимм. Ну так правильно, там же люстра большая, красивая, с кристалликами такими, что при свете очень красиво переливались и искрили яркими искорками.       Фалко от вопля маленького хозяина чуть не брякнулся. Он так дёрнулся, что люстра опасно заходила ходуном. У Лаимма со страху чуть пердечный сриступ не случился. Откуда Лаимм взял полотенчико, никто так и не понял. И слова все поисчезали, когда Фалко заметался в разные стороны, чтобы не попасть под удар эльфёнка. Судя по всему, ему от страха отшибло понимание, что Лаимм его с пола не достанет. Но зато как страшно ругается! Ещё и угрожает их с Каралевишной разлучить! Фалко даже попытался за такую угрозу цапнуть эльфёнка, но только смачно получил полотенцем по башке и чудом не шмякнулся на пол.       — Напарник, — выдохнул Карас с лёгким осуждением: вот как будто Фалко не знает, что с Лаиммом так не следует поступать! Ибо огребёшь и от самого Лаимма, и от Духов-помощников. Как поджарят хвост!       Маркус тихо рассмеялся и потопал на улицу: ещё же не все пакеты притащили. За ним следом пошёл и Карас. Ну а что ему делать? Напарник сам виноват, что милого пухляшку эльфёнчика в бешенство привёл. Пусть отдувается сам! В конце концов, Лаимм его точно не прибьёт. Пару раз треснет полотенцем для воспитательных целей и на том всё. А то ишь!       — А вы чего там понабрали? — спросил Рэйкс, выходя за парнями, чтобы помочь с покупками.       — Детали для компьютеров, — отозвался Карас, так как Маркус чего-то там в багажнике зарылся, усердно шурша пакетами. — Ты там чего потерял?       — Не могу понять, в какой пакет я торт засунул, — задумчиво отозвался Маркус.       — Манюня, — замогильно прошептал Лаимм, напугав всех троих парней, — ты што, ни зял мне тартишеньку?       — Лаимм, — кашлянул Маркус, глубоко вдохнув носом, — пожалуйста, перестань так делать, — попросил он. — Это реально пугает.       — Дык зял или низял? — погрустнел Лаимм, сунув нос в пакеты: — Зял! — тут же обрадованно завопил он, с ходу находя искомое. Он с таким детским восторгом извлёк большой торт в коробке, как будто получил мульён деняк. Если уж на то пошло, денег Лаимму не надо. Только если на тортики и лошадок тратить. И всё. Лаимму больше ничего не надо. Он тортик сцапал и довольный-счастливый посеменил домой. Всё, что нужно, нашёл, а на остальное по фигу!       — Как он среди всех пакетов нашёл торт? — офигел Карас.       — Чуйка на сладкое, — не сдержал смешка Рэйкс.       — Интересно, а какие-то запрещённые вещества он бы мог найти с такой же лёгкостью? — заинтересовался Карас.       — Если сладкое будет запрещёнкой, то точно легко найдёт! — рассмеялся Рэйкс.       — Он же не служебный пёс, — вытащив пакеты, Маркус вручил их Рэйксу, отправив в особняк. Оставшиеся пакеты отдал Карасу, а сам достал из салона оставшиеся коробки. — Вы только продукты сразу на кухню тащите, — попросил Маркус.       — А технику куда? — спросил Карас.       — Это всё ко мне в комнату. Пусть пока там полежат, дальше виднее будет.       — Принято!       Рэйкс и без подсказки друга утопал на кухню. А та-а-ам! Лаимм тортик нарезал и сидит, жуёт. В глазах блеск, губы извазюкал в креме, ручишки тоже, улыбка чуть ли не от уха до уха. Счастье! Сладость, идущая в сердечко! И поднимающая настроение.       — Хоть бы всех подождал, — пожурил Рэйкс, ставя пакеты на стол.       — Дык хочица! — пробубнил Лаимм. — Силушек терпеть нету! Ну и, — кашлянул он, тыча пальчиком в крем на своём кусочке торта, — потом Киська ругаца буит! Поэтому надо успевать, пока не видит!       Рэйкс не сдержал смешка. В этом весь Лаимм! Великие Духи с ним. Пусть кушает, никому не жалко. А Хестан бы взялся ругаться только потому, что Лаимм сладкое ест перед нормальным полноценным ужином. Проще говоря: аппетит перебивает.       Рэйкс вышел в холл. Глянул на пакеты с едой, а потом на то, как Карас просто перетаскивает части для компьютеров с первого этажа на второй, ставя подальше от лестницы. Там уже и коты вылезли, проверяя, что там за коробочки такие. Хвостик даже в пакет умудрился забраться… Карас чуть Великому Зверю душу не отдал, когда чего-то напугавшийся и запутавшийся в ручке Хвостик рванул наружу. Попытался. Раскатился на коробках, треснулся мордой об пол. В этот момент успел подскочить Маркус, ловко перехватывая кота, сдёргивая с его шеи пакет и отпуская. Хвостик торпедой унёсся прямо по коридору, вопя деманюгой. Ну или от страха, как будто за ним стадо демонов несётся. При этом Жируня и Бегемотик распушились, став напоминать шерстяные клубочки. Они вертели ушами и дёргались от каждого мало-мальски громкого звука. При этом в их идеально круглых глаза так и читалось непонимание. Что-то случилось, а что, непонятно! При этом собрат чего-то орёт.       — Хвостик, что с тобой? — из комнаты вышел Мэйлиан. Кот тут же прискакал к нему, начав активно бодаться в ножки. Однако стоило Мэйлиану нагнуться, чтобы погладить его, пулей отскочил сторону, будто кто пинка дал. — Вы чего с котиком сделали?! — недовольно закричал Мэйлиан, притопав поближе, сердито упирая кулачки в бока.       — Ничего мы ему не делали! — возмутился Карас. — Он в пакет забрался, а выбраться не смог.       Маркус с интересом глядел на кота, за которого так смело вступился Мэйлиан. Хвостик крался, точно хищник, подметивший свою жертву. А «жертвой» стал хвост маленького тушканчика. Потому что Мэйлиан им недовольно водил из стороны в сторону. А там ещё и ленточка очень милая, серебристая такая, с белыми сердечками — её хвостики как раз по полу за хвостом тушканчика волочились. И Хвостик сначала на бантик навострился, но пумпошечка оказалась гораздо интереснее и притягательней! Шерсть же. Есть что покусать. Ну, Хвостик, как приготовился, подполз на расстояние прыжка и прыгнул!       — Ай! — испуганно заверещал Мэйлиан, со страху высоко подпрыгивая. Точно в подставленные руки Маркуса. Он же не зря следил за котом. Хотя, надо было кота отогнать, а не давать ему на ребёнка кидаться. Заполучив утешительный трофей в виде сорванной ленты, Хвостик опять унёсся в конец коридора, где принялся неистово драть несчастное украшение. И опять же Жируня с Бегемотиком на собрата огромными глазами таращились, не понимая, кого вообще бояться.       — Ты как? — спросил Маркус, садя рыдающего Мэйлиана на руку.       — За что он так со мной?! — сквозь рыдания выдавил тот.       — Что уже случилось? — озадаченно спросил Сяо: он только закончил мыться и одеваться в чистую домашнюю одежду.       — Меня Хвостик укусил! — Мэйлиан потянулся к мапе, и Маркусу пришлось его отпустить. — Больно кусил! За што он так самной?! Яжиивозасисяа-а-ал! — навзрыд проорал Мэйлиан, причём так старался, что половину его слов не понять. Он не просто проглатывал половину букв, слогов!       — Не плачь, это просто котик, и он игрался. Видимо, бантик на твоём хвостике очень понравился Хвостику, — Сяо чмокнул сына в щёчку и прижал к себе, чтобы он успокоился. А сам покосился на подошедшего Хвостика: сел в стороне и смотрит самым милым созданием на всём белом свете. У него и правда от ангельского облика до демонического полсекунды пройти может. Но когда он вот такой ангелочек, то даже и не подумаешь, что он может вытворять. Тоже ребёночек. Что с него взять. И только те, кто проживает в особняке, и те, кто часто ходит в гости, знают, какой Хвостик на самом деле: маленький вреднючка! Но такой нежный, когда нежный!       — Больно кусил, — запыхтел Мэйлиан. — Не буду его больше защищать.       — Хвостик же хулиган, — Кристофер подошёл ближе к коту и погладил его.       Так как у Хвостика очень игривое настроение, он попытался вцепиться в руку, чтобы укусить и накаутировать задними лапами. Но Кристофер же сын своего отца: он будто унаследовал его ловкость. Поэтому, когда Хвостик резко вывернулся, дабы сцапать, Кристофер его за заднюю лапу сцапал и немного приподнял. Недовольная морда Хвостика демонстрировала его отношение к ребёнку. А Кристофер, как понял, что котька успокоился, положил его и сделал шажочек в сторону. Хвостик остался лежать, смотря тем самым безумным взглядом: глазищи вылупил, уши прижал, пыхтел так, будто сотню километров пробежал. Кристофер, стянув свою тапочку, осторожно кинул его коту. Что тут началось! Тапка пала смертью храбрых. Вот вроде котик такой маленький, миленький, на вид безобидный, а тапочку детскую разодрал за считанные секунды. И опять вопя демоном подскочил и стадом коней сбежал по лестнице вниз. А там как раз Лёд с детьми на спине вернулся, и Хвостик со всего маху в его лапы как вмажется! Не устояв, Лёд «клюнул» носом вперёд, роняя и себя, и, соответственно, детей. Ну, хоть тут без слёз обошлось. Больше вскрики неожиданностей.       — Папа, — Кристофер осторожно взял отца за руку, — а чего вы его с собой не возьмёте?       — Кого и куда? — не совсем понял Маркус, сжимая маленькую ладошку сына.       — Хвостьку в рейд. Он бы там всех тварей порвал. Прям как мою тапочку, — Кристофер с жалостью посмотрел на домашнюю обувь. То, что от неё осталось. А вторая тапка так на ножке и осталась. — Жалко, — грустно вздохнул он, — хорошие были. Дида подарил.       — Купим новые, — пообещал Маркус. — Но не надо было его коту отдавать.       — Я как-то не подумал, что до такого дойдёт, — честно сознался Кристофер, а потом добавил: — Кушать хочется.       — Дида там торт хомячит, — ржанул Рэйкс.       — О! — навострился Мэйлиан, передумав плакать. — Мапа, пойдём к диде! Вдруг поделится!       — Так-то ужин скоро, — задумался Сяо, однако всё равно пошёл. По пути помог куче-мале в холле подняться, тихо посмеиваясь над озадаченными мордашками малышни.       — Ужин! — навострился Рэйкс. — Погнали утащим быстрее!       — Руки заняты, — отозвался Карас.       Оставшиеся ребята повернулись к нему. На обеих руках Караса вольготно развалились Жируня и Бегемотик. Видимо, они решили, что этот двуногий в случае чего их прикроет и защитит. Но это не всё! На плечах смешными комочками уселись Шпик и Сарделька.       — Царь зверей какой-то, — подметил Кристофер.       Маркус промолчал, хотя и улыбнулся. Потому что друг ну уж очень потешно смотрелся. Зато Рэйкс от души ржать начал! Ну реально Карас — царь зверей! Особенно если в расчёт брать Фалко, охмурившего курицу!..