Глава 52
5 декабря 2025 г., 05:20
В последний раз!..
Вэйлан сладко спал, видел интересные сны, где он царствовал на ледяной планете! В общем, начитался книги, какую ему Иллиан посоветовал, и теперь пересматривал сюжет прочитанного. Только вместо главных героев поставил себя, мужа, сына и кое-кого из друзей — правда, тут он ничего не контролировал. Кто приснился, тот приснился! И всё бы ничего, он бы продолжил смотреть яркий сон, наполненный ощущениями, звуками, насыщенной картинкой и запахами, если бы не одно НО. Во сне его вражеский враг схватил за хвост и куда-то потащил. И это настолько оказалось болезненным, что Вэйлан начал просыпаться. Проснуться проснулся и тут же на спокойно спящего мужа уставился с недовольством, будто это он виноват. А не он! Карас реально спал, свои сны смотрел, ему не до супруга.
Ничего не понимая, Вэйлан обернулся. А та-а-ам! Сын под жопой. Ноги на него скидал, сам весь скуксился, хвостом мапкиным обмотался, вцепился в шерсть и на себя тянет, пытаясь укрыться. Ну, теперь понятно, чего вдруг больно так. Вэйлан даже тихо заругался. Откуда сын вообще появился?! Точно ведь без него укладывались! Вэйлан прекрасно помнил, как вместе с Карасом укладывал сына сопеть, сунув ему под бочок игрушку-обнимашку в виде лошадки. Одеялком его укрыли, в висок поцеловали, да сами спать пошли.
— Великий Зверь! — тихо прорычал Вэйлан. — Абелас, ты мне сейчас хвост оторвёшь!
От рыка супруга проснулся Карас. Он больше растерялся от того, что ему снилась работа, а тут, оказывается, он ещё в кровати лежит.
— Что происходит? — спросил Карас, пялясь в потолок, цепляясь взглядом за отблеск ночника: широкая колба на подставке, в которой плавали сгустки чего-то в сине-зелёной жидкости. Ни Карасу, ни Вэйлану от этого ночника ни горячо ни холодно: он стоял специально для Абеласа, если он захочет по каким-то причинам прийти к родителям. Со светом всё удобнее. Хотя в коридоре в ночное время всегда горели несколько бра.
— Карас, помоги мне, пожалуйста! — взмолился Вэйлан.
— Заболело что-то?! — Карас подскочил и тут же увидел, в чём проблема. — О, милый, мне кажется, у тебя завелись блошки! — Не удержался он от шутки.
— Очень смешно! — прорычал Вэйлан. — Он мне сейчас хвост оторвёт!
Виновато хихикнув, Карас вскочил с кровати, быстренько её обежал и задумался, как бы ребёнка от хвоста оторвать. При этом не оторвать сам хвост. Судя по всему, вцепился тот крепко. Интересно только, чего нахмурился-то так.
— Капытка! — позвал Карас, придерживая сына за плечи, чтобы не упал с кровати. — Проснись!
Абелас сделался совсем грустным, расслабил пальцы, и Вэйлан задышал активнее, чувствуя облегчение. Карас осторожно вытащил шерсть из рук сына, размотал хвост, не понимая, как он так умудрился в него закутаться. И зачем. И как Вэйлан не проснулся, когда сын закутывался?! Это же наверняка не очень приятно. Хвост же не змея, он не настолько гибкий. Высвободив супруга из хватки сына, Карас отнёс Капытку на своё место, укладывая ближе к середине, а сам просто сел на край кровати.
— Вот вычудил-то! — удивился Карас. — А ты его как не почувствовал? — Спросил он у супруга.
— Вообще без понятия, — отозвался Вэйлан.
— Кутался-кутался, взяли и раскутали! — обиженно надулся Абелас.
— Так ты не спал?! — удивлённо воскликнул Карас.
— Почти уснул! — буркнул Абелас.
— А ты зачем так сделал-то? — Вэйлан подполз поближе и сграбастал сына в охапку, прижав к себе. А у того сразу моська довольная сделалась!
— Видимо, чтобы ты его вот так пообнимал, — подметил Карас. — Я тебе говорил: уделяй Капытке больше времени! — Строго сказал он супругу.
— Да! — звонко крикнул Абелас, соглашаясь с отцом.
— Меня на всех не хватает! — захныкал Вэйлан, растекаясь ленивой лужей.
— Мапа! — с обвинением заголосил Абелас, подрываясь на ноги, тыча в мапу сердитым пальчиком. — Ты должен любить только нас с папой! И всё! Кто у тебя там ещё есть, что тебя надо на ВСЕХ хватать?! Кто эти ВСЕ такие?!
— Мне теперь тоже интересно стало, — Карас даже на ноги поднялся, так же недовольно смотря на супруга, точно копировал сына.
Вэйлан с подозрением уставился на своих жеребчиков, а те смотрят сердитыми буками. Ишь! Обиделись! Вредный фенек! Каких-то ВСЕХ завёл себе, а на семью не хватает! В семье-то всего двое! Муж да сын! Ну, ещё есть названный брат — Волкан, а к нему прилагается его супруг и сын. Ну и да, есть ещё дида. А если дида, то прилагаются все, кто с ним общается. Ну так-то да. Добротная толпа получается.
— Двое на одного — не честно! — заявил Вэйлан.
— Кто эти ВСЕ такие?! Я требую ответов! — Абелас топнул ножкой, немного покачнулся из-за неровной неустойчивой поверхности. Он бы и сам устоял, но у Караса руки сами дёрнулись придержать его.
— Аккуратнее, — попросил Карас.
— Да стою я, — шепнул Абелас, немного повернувшись к отцу. А потом опять к мапе и ещё сердитее сделался: — Быстро отвечай!
— Я что, на суде каком-то? — растерялся Вэйлан.
— Так-то мы от тебя ответ ждём! — Карас типа сердито уставился на супруга, а тот губы поджал.
— Мапа, надо говорить, а с такими сжатыми губами ты этого не сделаешь, — посетовал Абелас. — Папа, почему мапа не хочет с нами разговаривать?
— Ни фига себе! — возмутился Вэйлан. — Накинулись тут на меня! Ещё и вдвоём! А что я вам сделал?! Вы почему на меня такие злые?! — Он и сам от возмущения на ноги подскочил, эмоционально размахивая хвостом. — Вот как обижусь на вас!
— Папа! Наругай его! — потребовал Абелас, повернувшись к отцу, недовольно хмуря брови и сжимая кулачки. — Он променял нас на каких-то всех! Мапу надо наказать!
— Я тебя сейчас сам накажу, — Вэйлан недовольно скрестил руки на груди.
— Никто никого наказывать не будет, — примирительно сказал Карас, усадив сына на руку.
— Но у него там какие-то все! — обиженно пробормотал Абелас, обнимая папу за шею.
— Капытка, я всё же думаю, что мапа имеет в виду, что у него очень много важных дел и он часто устаёт. Так ведь, — Карас глянул на супруга.
Всем своим видом показывая обиженное недовольство, Вэйлан брякнулся на кровать жопкой кверху, задирая хвост, будто он белка.
— Труселя же видно! — пискнул Абелас, закрывая глаза ладошками. — Срамота!
— Между прочим у меня красивые трусики! — обиделся Вэйлан, спрыгивая с кровати и уходя в ванную. — И у нас тут все свои! — Обижено выкрикнул он и с хлопком закрыл дверь.
— Довели мапу, — протянул Карас.
— А что за дела, которые важнее нас? — надулся Абелас.
— Не сердись на мапу, он у нас впервые мапа, ещё неопытный, ему сложно, — улыбнулся Карас.
— Но ты же знаешь, — озадачился Абелас.
— Каждый воспринимает это по-своему! — умно изрёк Карас.
Абелас задумчиво задумался. А тут опять Оливий со своим новым днём.
— А ты чего так не бегаешь? — спросил Карас у сына.
— Я же не Алиффка! — заявил Абелас, спрыгивая на пол и выбегая в коридор.
— Логично, — задумался Карас, выглядывая в коридор. Он сначала озадаченно глянул на убежавшего следом за Оливием сыном, а потом просто вздохнул: дети!
— Я на вас обиделся! — выглянув из ванной шепнул Вэйлан и опять обратно юркнул.
— А мы тогда на тебя диде нажалуемся! — пригрозил Карас. — Ишь, какие-то там все у него!
— Это нечестно! — от всей своей души возмутился Вэйлан, выходя в комнату.
— Что тут у вас? — в комнату осторожно заглянул Олимп.
— Меня муж не любит! — пожаловался другу Вэйлан.
— Это у тебя там какие-то ВСЕ! — не унимался Карас.
— Ясно всё с вами, — выпучил глаза Олимп и, решив, что молодым помощь не нужна, пошёл дальше.
Из-за Оливия почти все поднялись раньше, чем планировали. Ребёнка определённо это нисколько не волновало. К тому же его поддержал Абелас, и они уже вместе носились по коридору туда-сюда, призывая всех подняться.
— Какого пирожка сегодня все такие активные? — задумчиво протянул Хестан, прихлёбывая кофе. Поднялся всё-таки!
— Какой тебе ещё пирожок? — навострился Лаимм. — Я твой Пирожок!
— Ты мой Пиражуня! А пирожок это вот, — Хестан показал пирожок с картошкой. — Не буду же я материться, в конце-то концов! Тут детворы полный дом!
— ПанарОжали панарОжек! — заржал Лаимм, вовсю хозяйничая возле плиты.
Хестан за ним пристально следил, хмуро сдвинув брови к переносице: может, реально на хер всё и рвануть на ферму? Ну а что? Кое-какие финансы имеются. Кредит взять или что-то такое, да купить участок или перекупить у кого-то ферму. Там уж Пиражуня оторвётся вовсю! Ну и так-то он прав: какая разница, где они друг за другом хвостиками ходить будут? Но есть в этом во всём целых два НО. Первое: Хестана всё ещё не покидало ощущение, что рано для таких масштабных перемен. Второе: а точно ли Пиражуня будет уделять ему, Хестану, время, если у него будет настолько много работы? Вот да-а-а…
— Последнюю донямкал, — погрустнел Лаимм.
— А? — голос супруга заставил Хестана вынырнуть из размышлений.
— Во! — Лаимм продемонстрировал мужу пустую баночку из-под вкусного желе с кусочками фруктов. Вот только крышка уже выкинута, и получилось, что он показывал маленькую пластмассовую тарелочку.
— И чё тут было? — не понял Хестан.
— Вкусна желешка! С пЭрсиком!
— И чё? — Хестан понимал всё меньше.
— Дык последняя была.
— И чё?..
Лаимм вылупился на мужа типа страшнючим взглядом.
— У тебя запор? — растерялся Хестан.
— С чиво ты зял? — на этот раз растерялся Лаимм. — Ты чу миня путаишь?! Я те чу сказал?! Желешка кончилась!
— Так и что с того, что она кончилась?! — возопил Хестан. — Ты от меня-то чего хочешь?!
— Купи! — прорычал Лаимм, прижимаясь лбом ко лбу мужа.
— Каким образом, если я тут сижу, а магазин там, в городе?
— Дык ехай и покупай.
— Можно на работу не ходить? Поедем с тобой в магазин за твоим желе? — осведомился Хестан.
— Ничу падобнава! Иди и робь! — не согласился Лаимм. — Я буду страдать! Без желешки! — Шмыгнул он носом.
— Страдальчески? — уточнил Хестан.
Прижимая пустую баночку к груди, Лаимм грустно покивал. А потом, будто его кто пнул, ускакал к плите и ну всё ворочать и перемешивать. Банка при этом отлетела чуть ли не Хестану в лоб: успел перехватить. Не зря же на тренировки ходит. Но! На фига Пиражунька эту банку в него-то швырнул?! Это что за хулиганское поведение?! Хестан решил этого так просто не оставлять! Встал и как шлёпнет любимку по жопке! Несильно так. Лаимм, встрепенувшись, вылупился на мужа огромными глазами, в которых так и читалось: за што ты миня така?!
— Нечего в меня банками кидаться! — проворчал Хестан, выкидывая несчастную чашку из-под желе в мусорку.
— Ишь какой нежнавый! — поцокал Лаимм. — Дашь денешку? — Он глянул на мужа большими влюблёнными глазами.
— Куда это тебе? Опять пряжи поназаказывал, а денег не хватило?
— Нит! В магазинчик паехаю! Желешеньку себе возьму.
— Ты офигел?
— Чу опять тако?
— Ты опять? Опять вот да?
— Чиво опять?
— Опять без меня в магазин собрался! — заругался Хестан. — Будешь опять там с этими торгашами заигрывать! Запрещаю! Дома сиди! У тебя дома дел полным-полно, вот и работай! А за желе я тебе сам заеду. После работы.
— То ись, я, начица, буду тама со всеми заигрывать, а ты ни будишь? — Лаимм уставился на мужа подозрительным прищуром. — Тако ощущеньице, што меня где-то нае…
— А мне-то чего с ними заигрывать? — не согласился с супругом Хестан. — Это ты там вечно что-то да покупаешь! У меня до сих пор шок, и кулаки зудят, как ты с продавцом шоколадок здороваешься и общаешься. Ужас какой-то!
— Да почему ужас-то? — не понял Лаимм. — Просто часто видимся!
— Вот именно! — прорычал Хестан, а тут как раз Кристан с Маркусом пришли и замерли в проходе, недоумевая, чего опять старшие Хао ругаются.
— Вон! — Лаимм указал пальцем на Маркуса, — адай мне тады Манюню! Раз не хатишь одного отпускать!
— Что у вас происходит? — спросил Кристан, водя озадаченным взглядом то на мапу, то на папу.
— Я грю: желешеньку с пЭрсиком последнюю снямкал! — запричитал Лаимм. — Грю: дай денешек, поехаю в магаз, куплю! А он мне: нет, и сё тутава! Без ниво ни атпущаит! А желешка-то последняя! Вкусная, зараза такая, — почмокал Лаимм, похлопав себя по животику.
— А я тут при чём? — полюбопытствовал Маркус.
— Дык свози меня в магазинчик, — попросил Лаимм.
— А потом мне подробный рапорт, как и с кем он себя вёл! — заявил Хестан.
— Пап, ты смеёшься? — офигел Кристан.
— Я всё сказал! — заявил Хестан, а чтобы все поняли, что разговор окончен, целиком сунул бутерброд, — приготовленный в микроволновке, — в рот, смачно зачавкав, качая головой от удовольствия.
— Кисяндрий, ты такой Кисяндрий, — повздыхал Лаимм, возвращаясь к готовке.
