Дочь соукоку

— Сколько можно оттягивать? Ты к врачу пойдешь когда уже при смерти будешь? Осаму, это вообще не шутки. — Мужчина закатывает повыше рукава рубашки, нарезая салат. — Да господи, хватит уже. Нормально всё, хватит терроризировать меня. — Он откидывается на спинку дивана, прикрыв глаза и тяжело вздохнув. — Терроризировать?! У тебя на пол бочины рана, это дело нельзя запускать! Если Йосано не доверяешь, иди в наш лазарет! — Это просто бессмысленно. Ты ведёшь себя так, будто это первый раз, когда мы получаем ранения. — Но и нам уже не пятнадцать! Ты такими темпами протянешь года два. Завтра же идешь лечиться! — Чуя размахивает ножом, уже забыв про салат. — Пф, убери волыну. Я подумаю, ладно? — Не ладно! У кого нож, тот и прав! — Чуя шутит, но ему совсем не весело. Он моет руки, подходит к Дазаю и садится рядом. — Покажи мне. — Отстань. — Я сказал покажи! — Да ничего я не буду показывать! Чуя поднимает футболку мужа, тот сопротивляется и отталкивает рыжего. — Что, бесит, что я стал сильнее тебя? — Осаму широко улыбается, схватив мужа за запястья. Чуя кусает его в шею и резко срывает футболку. Дазай сдается, расслабив руки и отвернувшись. — Ты даже бинты с того дня не менял…? —… Накахара осторожно снимает старые бинты. Рана вообще не заживает, только расходится и, похоже, начинает гноиться. — Ты реально придурок. — Чуя приносит аптечку и сам обрабатывает и перевязывает рану, пока муж спокойно позволяет это и виновато молчит, отвернувшись. Когда с перевязкой покончено, Чуя подползает к нему, нависнув сверху. — Мне с тобой сходить или что? — Да схожу я, схожу. — Дазай кладет руки на щеки мужа и чмокает его в губы. — Обещаешь? — Обещаю. В дверь постучали. Странно, потому что к ним впринципе никто не приходит, а у Мико есть ключи. — Лежи, я открою. Чуя смотрит в глазок. Какие-то мужчина и женщина с папкой в руке. На полицию не похожи, но вызывают подозрения. Осаму принимает сидячее положение, нахмурившись и на всякий случай нащупав пистолет, спрятанный между подушек в диване. Чуя кивнул ему. Открыл дверь. — Здравствуйте? — Добрый день. Вас беспокоит служба опеки. Вы Накахара Чуя? — Я… — Он недоумевающе поднимает брови. — А вы по какому поводу? — С проверкой. На вас поступило две жалобы. Мико Накахара сейчас дома? — Женщина протягивает ему какое-то удостоверение в лоб и проходит в дом. Мужчина молча идёт за ней. — Она в школе, на занятиях… По какому поводу жалобы? Женщина игнорирует его и осматривает Дазая с недоверием, что-то записав. Проходит дальше. Мужчина тем временем идёт и осматривает каждый угол, но ничего не трогает. Чуя смотрит на мужа, пожимает плечами недоумевая. Тот спокойно сидит на диване. Когда они осмотрели весь дом, Женщина садится на диван. Мужчина стоит рядом и также молчит. — Вы кем приходитесь Мико? — Никем. Друг её отца, который тоже учавствует в её воспитании. — Осаму спокоен, как морской бриз. Чуя же нервничает. — Как часто вы остаетесь с ними? — Частенько, мы живём вместе. — Вы часто выпиваете? — Почему вопросы к нему, а не к отцу девочки? — Чуя встревает в разговор. Женщина замолчала, подозрительно долго что-то записывая. — Мы почти не пьем. Можно узнать, по какому поводу были жалобы? — Нельзя. У вас у самих есть догадки? — Ни единой. — Дазай скрещивает руки на груди. — Девочка чем занимается в свободное время? — Мы, ну то есть я постоянно слежу за её досугом. Мы проводим выходные вместе, постоянно ездим куда-нибудь чтобы развлечь её. — На занятия ходит какие-нибудь? — Занимается единоборствами. Тренируется дома или у частного тренера. — Дазай отвечает быстрее, чем Чуя открывает рот. — Конфликты в семье часто происходят? — Редко. У нас очень тёплые отношения в семье. — Чуе начинает надоедать этот опрос без нормального объяснения причины. — Откуда у ребёнка синяки на лице? — Вам же сказали, она увлекается единоборствами. — Дазай снова встревает. — Я продолжаю разговор непосредственно с опекуном девочки. Когда Мико должна вернуться домой? Я смогу поговорить с ней лично? — Не скоро. Она сегодня гуляет с друзьями. — Когда она возвращается домой? — В девять вечера. — Понятно. Её вызовут к школьному психологу, чтобы не тратить мое время сейчас, в случае неявки будет повторный визит. До свидания. Чуя стоит как вкопанный, смотря на дверь, которая только что закрылась. — Это что ещё за хуйня?! — Он оборачивается на мужа, который неодобрительно качает головой и хмурится. *** — Я прикончу тебя, сука. — Мико хватает девочку за шкирку, когда та выходит из школы. Юна запищала. Мико отводит её на задний двор. — В чем дело, Мико?! Отпусти меня! — Ты понимаешь, что ты, пизда тупая, оклеветала мою семью и у нас теперь проблемы?! — Мне так сказал Айван! Я ни в чем не виновата! Мико толкает её в стену спиной, держа за рубашку. — А ты решила распиздеть на всю школу. — Я никому ничего не рассказывала! — Тогда откуда все думают, что меня бьют? — Да потому что ты сама выглядишь как ободранка, вот все так и думают, а Айван вообще-то переживал за тебя, пустоголовая! — Это ты подала жалобу на моих родителей? К нам уже пришли из опеки из-за тебя! — Да Айван это сделал! Мне нет дела ни до тебя, не до твоих папаш! — Она вырывается, Мико снова хватает её и толкает на землю. — Он не мог этого сделать, курица. Если у тебя язык это лживый кусок мяса, то хоть на брата своего постыдилась бы пиздеть! — Хватит! — Айван подбегает к Мико и оттаскивает её от сестры. Юна поднимается, оттряхивает юбку, приводит себя в порядок, пока её брат удерживает вырывающуюся Мико. — Она врёт! Она всё распиздела, ещё и на тебя гонит! Она предательница! — Айван, скажи ей, что ты пожаловался опеке. Мальчик отпускает Мико. Та смотрит на него выжидающе. — Я… — Так это ты… — Я не делал этого. — Ты врешь! — Юна возмущенно пищит на него, скрестив руки на груди. Мико смотрит то на одного, то на другого. Мечется. Не понимает, кому верить. — Я не вру! Я пообещал Мико ничего не делать! — Но ты звонил опеке, признавайся! Вчера вечером! — Она щелкает пальцами. — Да… То есть, нет! Мико, не верь ей! — Но ты сам сказал «Да». — Врунишка Айван. Ещё и всем своим одноклассникам про неё рассказал, а свалил на сестру! — Она снова щелкает пальцами. — Извини… то есть, я не делал этого! Мико даёт ему сильную пощечину и уходит, чтобы никто не видел её слез. — МИКО, ПОВЕРЬ МНЕ, ЭТО ВСЕ НЕПРАВДА! — Он бежит за ней, хватает за плечи, разворачивает на себя. Видит её слёзы. Мико плюёт ему в лицо, вытерев слёзы рукавом и убежав прочь, оставляя близнкцов вдвоем. — Ты… ты снова сделала это! — Айван кричит на сестру, щелкает пальцами. Девочка бьёт себя по щеке. — Ах ты… Не смей! У нас был уговор! — Ты нарушила его! Мы обещали не использовать способности друг на друге, а ты поступила как последняя тварь! Ты знаешь, как я люблю её! — Знаю, и хочу чтобы вы перестали общаться! Она грязная, отвратительная и плохо влияет на тебя, ты совсем забыл обо мне! — Мы взрослеем, Юна, найди себе свою жизнь и отстань от меня!!! Юна щелкает пальцами и направляется прочь. — Я ебаный нытик. Ах ты… — Он вскрикивает от ненависти и щелкает пальцами. Юна со всей силы бьет себя кулаком в живот.