Эфир мёртвых

Впереди, над деревьями, начала мелькать серая постройка, внешне напоминающая военную базу. Вокруг — бетонная стена с колючей проволокой. На самом здании — огромные красные буквы: «САД». Уже давно облезшие и потускневшие. Машина остановилась около ворот. Двигатель заглох. Внезапная тишина показалась слишком опасной. Кенма бросил взгляд на Куроо. Сложно было сказать, что он чувствовал. Это же Куроо. Кенма видел, как с него слетала маска спокойствия и юмора только тогда, когда тот проявлял к нему заботу. И каждый раз Кенма делал вид, что не замечает его щенячий взгляд. Но сейчас Куроо, кажется, был спокоен. Выдавало его только напряжение в теле. Кенма приложил ладонь к его лбу. — Ну как, док? — Горячий... — Кенма тяжело вздохнул, жалея о таком необдуманном выборе слова, уже зная следующую шутку. — Я всегда горячий. — Губы Куроо искривились в дурацкой ухмылке. Кенма закатил глаза. — То есть даже умирать без шуток ты не можешь? — Мы уже приехали. Нечего бояться. Они же говорили, что лечат заражённых. — Несмотря на свои слова, Куроо достал из бардачка пистолет, проверил патроны и, поставив на предохранитель, спрятал за пояс джинсов. Словив ещё встревоженный взгляд Кенмы, он объяснил: — Это на всякий случай. — Значит, ты само человеколюбие, но только с пистолетом за поясом? — Кенма нахмурился. — Я оптимист, а не идиот. Хотя насчёт второго утверждения мнения у нас разнятся. Куроо бодро выскочил из машины, подзывая Белку. Так и не скажешь, что несколько часов назад он еле стоял. Вероятно, вне влажного подвала действие грибка сильно замедлилось. Кенма вылез следом. От волнения ему казалось, что воздух стал тяжёлым. Таким, что не вдохнуть. Куроо с щелчком открыл багажник. Оттуда на него смотрел огромный оружейный набор. Теперь понятно, почему фанатики так отчаянно за ними гнались. Кенма привычно потянулся за пистолетом. Но как только его пальцы скользнули по холодному корпусу, в голове снова всплыла картинка. Выстрел, глухой звук падения и кровь. Много крови. Слишком много. Неужели столько может быть в человеке? И она везде. Его руки — в её крови. Пистолет выпал из рук. Кенма тяжело дышал, словно зверь, загнанный в клетку. Куроо просто взял пистолет и бросил его обратно в багажник. — Забудь. Если вдруг что — я и сам справлюсь. Идём. Он не хотел заставлять. Он знал, каково это. И плевал он на возможную опасность и непрактичность. Пока Кенма не придёт в себя, пистолет он не получит. Они подошли к огромным деревянным дверям. Кенма на пробу толкнул их — и замер. Те без усилий, но с пронзительным скрежетом открылись. Даже не запертые. Перед ним открылась ужасающая картина: кровавые пятна на стенах, пара трупов, разбросанных по земле и уже изгнивших. Сбоку виднелась собачья клетка, а в ней — тела мёртвых псов. Видимо, это была специально выведенная порода, так что вирус их не тронул. Но так было даже хуже: они умерли от голода после смерти людей. Судя по укусам, псы поедали друг друга, пока не умерли. Они оба замерли, тупо глядя на эту картину. Столько времени и сил было потрачено на вымерший лагерь. Шанс найти там нечто полезное близился к нулю. А это значило, что у Куроо всё меньше возможностей выжить. — Блять... — выругался Куроо. Голос сорвался, будто он подавился воздухом. Кенма, кажется, не слышал. Он не верил в увиденное. Кровь стучала в ушах. — Нет. Этого не может быть. — Он шагнул вперёд. Под кедами хрустнуло стекло. — Как они тогда передавали сигнал, если... — Наверное, автоматически. — Глаза бегали по стенам, ища опасность. — Это тупик. — Последние слова он произнёс с горечью. — Не тупик. — Кенма сжал кулаки. Ногти впились в ладони. — У них всё равно должно что-то быть. Кенма решительно шагнул внутрь. Он шёл мимо кровавых пятен и сгнивших тел к железной двери в «Сад». Без оружия было страшно. Но с оружием — в любом случае будет хуже. Куроо смотрел ему вслед, обдумывая, что делать дальше. Там должно быть опасно. И этот риск — бессмысленен. Но он решил не протестовать. Куроо привык доверять своему доку. Плевать, что тот раздавлен. Плевать, что весь на нервах. Куроо пойдёт следом. И каждый раз будет идти. Просто потому что это Кенма. — Ладно. Подожди, я возьму винтовку. — Куроо пошёл обратно к тачке. Когда он вернулся, то стал за Кенмой, охраняющей тенью. Всё равно док его вперёд не пустит. Кенма толкнул железную дверь. Оглушающий скрип казался слишком резким в мертвенной тишине. Но ему пришлось быстро отскочить назад, когда до этого опиравшиеся с другой стороны на дверь трупы вывалились наружу. — Чёрт. — Куроо инстинктивно оттащил Кенму за локоть. Кенма одёрнул руку после минутного промедления и пошёл вперёд, переступая через тела. — Не тормози, — сухо бросил он, продвигаясь вперёд. — Я смотрю, ты осмелел, как только понял, что не придётся общаться с реальными людьми. — Куроо немного злился. Его не так злил грубый приказ, как безрассудность Кенмы. Изнутри здание выглядело ничуть не лучше. На стенах — разводы и облезшая краска. В воздухе — затхлый трупный запах. От мерзкого кислого привкуса на языке Кенму чуть не вывернуло. Он быстро натянул на нос ворот рубашки. Кенма слышал аккуратные шаги, идущие за ним следом. Куроо шёл сзади, ступая осторожно и тихо. Коридор закончился, и они попали в нечто вроде главного холла. Огромная бетонная лестница с железными перилами поднималась на три этажа вверх. Под ней был тёмный коридор, спускающийся, по всей видимости, в подвал. Огромные окна освещали холл, так что не было труда представить, каким это место было до катастрофы. Тогда, когда плесень и грибок ещё не ползли узорами по стенам. Когда кровавые пятна не портили чистые стены. И когда изгнившие трупы не валялись повсюду. Вот тщательно отредактированная глава с исправленной пунктуацией, орфографией и абзацами. Смысл и стиль я не менял, как ты просил: Кенма бросил взгляд на стену возле выхода. Вся в крови и с бороздами от пуль, она отпугивала больше всего. Казалась чем-то неправильным. Этого не мог сделать грибок. Это уже сделали люди. На земле под ней — въевшиеся в пол кровавые пятна, которые когда-то явно пытались отмыть, но так и не смогли. Очевидно, было это до того, как все тут умерли. — Нужно найти их лабораторию и поискать вакцину или записи. Хоть что-то. — Кенма бросил тревожный взгляд на тёмную лестницу в подвал, потом резко отвернулся и быстро пошёл по бетонной лестнице наверх. Куроо вздохнул и просто пошёл следом, переступая через тела. По привычке хотел было положить руку на перила, но вовремя себя отдёрнул. Пятна крови на перилах наверняка были заражены. Да и пачкаться об них — идея сомнительная. Кенма уже добрался до первой двери. Натянул рукав на ладонь, защищаясь от крови, и повернул ручку. Сердце упало. Слишком уж болезненной была картина. В центре комнаты стоял старый телевизор, с перебоями играющий старый диснеевский мультик. Видимо, военная база строилась над источником топлива, и после трагедии никто так и не выключил электричество. Вокруг стояли маленькие парты и стулья с вырезанными на спинках животными. Меловая доска с уже отслоившейся краской стояла на полу, облокачиваясь на стену. Дети, когда-то играющие здесь, сейчас лежали в углу комнаты. Так, словно перед смертью обнялись, чтобы не было так страшно. От их тел грибок расходился по полу узором. — Это... о господи... — слабо прошептал Куроо. — Глупо предполагать, что в поселении выживших нет детей. — Кенма сказал это грубо, но Куроо слышал в его словах горечь. Куроо молча проследил взглядом за Кенмой, когда тот прошёл в класс и, присев на корточки, с щелчком выключил телевизор. Теперь воцарилась тишина. Вечная тишина, которую вряд ли уже кто-то потревожит. Дверь быстро захлопнулась, когда Кенма вышел и пошёл дальше по лестничным пролётам. Кенма больше не рисковал входить в обычные комнаты. Не потому что боялся там увидеть нечто похожее на детский класс, а потому что не хотел, чтобы это видел Куроо. Чёрт его знает, то ли сыграла роль старшего, то ли обычная забота. Ему всё равно. Сейчас он искал самые крепкие или красивые двери. За ними наверняка будет что-то стоящее. — Ты будто ищешь что-то конкретное. — Я ищу кабинет их главы. Наверняка он у них был. И наверняка там будут ответы. — Кенма с лёгкостью взбежал на третий этаж. Там, в длинных тёмных коридорах, он нашёл, что искал. — Здесь! Огромные дубовые двери не поддались с первого раза, но проиграли Куроо, когда тот пару раз прострелил замок. Он сделал вид, что не заметил, как Кенма дёрнулся от звука. Со скрипом двери открылись. Комната была богато обставлена. Куда богаче, чем остальные комнаты здания. Полки с книгами и роскошный стол. Картину портил только труп, лежащий на кушетке с перерезанным горлом и ножом для бумаг в закостеневшей руке. Куроо с интересом осмотрел тело. — Зачем ему себя убивать? — Выбрал лёгкий путь. — Кенма не стал долго смотреть на тело, вместо этого пошёл к столу и начал перерывать ящики в поисках чего-то полезного. — По крайней мере он, как истинный капитан, ушёл на дно с кораблём. — Куроо стал осматривать полки и шкафы. — Трус. Не справился с ответственностью. — Стопка с отобранными Кенмой бумагами становилась всё выше и выше, пока он доставал их из ящиков стола. Тишину разрезал знакомый голос, когда Куроо, случайно найдя панель радиопередач, как обычно не смог удержаться от того, чтобы что-то нажать.

[Все выжившие! Прошу откликнитесь! Это «Сад». Мы — поселение выживших в Северной Дакоте. Здесь безопасно! У нас есть вакцина. Мы обеспечим вас всем необходимым.]

Куроо бросил взгляд на Кенму и получил в ответ лаконичный приказ: — Отрубай его к чертям. Незачем остальным ехать в никуда. — Кенма стал перебирать найденные бумаги, разбирая стопку и отбрасывая в стороны всё неинтересное. Голос прервался, когда Куроо выключил радиовещание. Отключил его раз и навсегда. Теперь действительно не найдётся таких дураков, как они. После чего подошёл к Кенме и начал заглядывать из-за плеча. Ей-богу, как маленький ребёнок. — Вот, держи, любитель людей. Как тебе такое? — Кенма передал ему бумагу. Это было чем-то похоже на газету. Как будто внутри этого здания люди решили восстановить все прелести цивилизации и начали именно с печати новостей. Куроо недолго думая забрал бумагу и начал бегло читать строки. Но ему хватило заголовка, чтобы понять...

«СЕГОДНЯ ПРИГЛАШАЕМ ВСЕХ ЖИТЕЛЕЙ САДА ПОСМОТРЕТЬ НА ПРИЛЮДНУЮ КАЗНЬ ВОРА»

Ниже уже мелким шрифтом подробно описывалось, что он украл:

«Мужчина украл лекарства, среди которых лучшие антибиотики и обезболивающие, после чего пытался бежать. Мы не можем простить такого варварства! Все мы знаем, что в нашем лагере «Сад» все равны, и мы не позволим выскочкам насмехаться над нашими ценностями. Мужчину покарают расстрелом возле стены позора.»

Им сразу вспомнилась стена позора. Красные разводы и борозды от пуль. Неужели именно она, стоя прямо посреди зала, служила местом казни? — Надеюсь, теперь-то ты понял, что все люди гнилые и без вируса. Их даже спасать нет смысла. — Я не могу в это поверить... Как можно было додуматься до казни? Это же... это... — Дико? Да. Потому что люди — это те же животные, только хуже. — Кенма раздражённо отбросил бумаги, не найдя ничего полезного, и пошёл к выходу. — Идём. Наш последний шанс — это найти их медпункт или лабораторию. Плевать, лишь бы там было лекарство. Куроо ещё какое-то время читал и перечитывал статью, пытаясь это осознать. Потом резким движением смял бумагу, выкинул её на пол и пошёл следом.