Не взаимно, ты прости...

После кончины Саши Виталика терзали бессонница и всепоглощающая апатия. Музыка Окорокова давно не звучала, голос его музы умолк. В группе появился новый продюсер, которому не нужен был измученный горем композитор. Таня оставалась единственным человеком в его жизни, которая действительно его понимала. Сочувствие окружало его, ведь Виталик и без того был подавлен, а гибель Саши окончательно сломила его. Смысл существования испарился. Дни превратились в однообразную череду: алкоголь, мерцающий экран телевизора. Он потерял себя, перестал следить за отражением в зеркале. Прежний Виталик, добрый и располагающий к себе молодой человек с аккуратными усами, исчез. Его место занял затравленный зверь, заросший и апатичный. Внешность перестала иметь значение, все стало безразлично. Мир словно перестал его замечать. А когда-то их объединяла "Комбинация" – группа, рожденная их общим творчеством. Саша был воплощением света и жизнерадостности, его улыбка наполняла мир красками. Он был далек от злобы, и даже вспышки гнева, редкие и обоснованные, лишь подчеркивали его доброту. На кладбище, среди безмолвных надгробий, композитор находил умиротворение, одиночество отступало. Саша, даже в смерти, будто оберегал друга отчаяния. "Нужно жить дальше, хотя бы ради Шишинина" – эта мысль стала спасительным якорем на обратном пути. Впервые за месяц он принял душ, и даже привёл в порядок заросшее лицо. День был посвящен уборке, и, измотанный, Виталик уснул глубоким сном. Он снова оказался на том самом поле, где когда-то они были вместе с Сашей. Саша стоял спиной, глядя в небо. – Какая сегодня чудесная луна, – произнес он спокойно и ласково. Затем он повернулся. Виталик застыл, не веря своим глазам: перед ним стоял Саша, живой и невредимый. Улыбка осветила его лицо. – Виталя, как я рад тебя видеть, – он подошёл к потрясенному другу и обнял его. Виталик ответил на объятие, прижавшись щекой к щеке. Саша был теплым и мягким. Дружелюбно посмеявшись, Саша погладил Виталика по голове. Отстранившись, он повернул его к себе и заглянул в заплаканные глаза. – Ну чего ты плачешь? Виталь, зачем ты так убиваешься из-за меня? Неужели ты думаешь, я хотел бы видеть твои страдания? В голове Виталика пронеслись счастливые воспоминания: знакомство, создание первой песни, первая запись, первый успех. Саша улыбнулся искренне и нежно, как всегда. Он сидел в траве, а Виталик лежал рядом, свернувшись калачиком и положив голову ему на ноги. Саша нежно поглаживал друга по голове, глядя на него с теплотой. Виталик поднялся и обнял его. Хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Легкий ветерок ласкал его волосы, а яркая луна наблюдала за ними. – Ты обещал, что никогда не уйдешь… – прошептал хныкающе Виталик. – Прости, мне жаль, что все произошло именно так, прости за то, что я так и не сказал тебе самого важного, прости за ту боль, которую я причинил. Видишь, даже после смерти я заставляю тебя страдать. Хах, я как обычно все порчу… – Саша прошептал ему на ухо и прижался к нему. – Забери меня с собой, пожалуйста, я не хочу жить без тебя, Саш! – истерично закричал Виталик, когда Саша отстранился. – Саша, пожалуйста! Виталик мертвой хваткой вцепился в него. – Виталь… Пожалуйста, отпусти меня… Ты должен отпустить меня и перестать по мне скучать. Я не могу взять тебя с собой, ведь твой черед еще не наступил. Пожалуйста, забудь обо мне и живи дальше, тебе же легче будет. Виталий не хотел ничего слышать, как ребенок вцепился в Сашу и не желал его отпускать. Саша сумел отстраниться от плачущего друга, поднялся с земли, поднял его за собой и поцеловал. Легкий, но горячий и нежный поцелуй. Затем он отпустил Виталика и сказал: – Виталь, я люблю тебя, знай это, пусть твоей душе будет спокойнее. Пожалуйста, отпусти меня и забудь… – он взял Виталика за руки и поцеловал их. – Позаботься о Вике с Наташкой, и о наших девчонках… С этими словами он отстранился и пошёл вперед по полю, с нежной улыбкой глядя на Виталика. Голос эхом разнёсся в ночи: – А теперь, прости меня, и прощай, Виталик… "Прощай" эхом отозвалось в сознании парня, и после этого он… проснулся.